Любить и мечтать: читать начало книги онлайн

Начались репетиции. Атмосфера их была полна молодого озорства, доброжелательности, доверия друг к другу. Впервые пришел в наш театр режиссер Евгений Каменькович, современный, спортивный, обаятельный, с большим чувством юмора и мгновенной реакцией на всё.

«Застольный период» продолжался недолго. Режиссеру не терпелось начать двигаться, что-то импровизировать — словом, сочинять спектакль.

Мне тогда очень понравилось, что он, как ветер, ворвался в эту пьесу и заставил нас играть иногда более непредсказуемо, нежели нам было свойственно.

Мне нравился драматург Алешин и его пьеса, но еще больше я любила спектакль, может быть, потому, что он долгое время был у меня единственный, а может быть, потому, что я влюблена в своих партнеров, в режиссера, в музыку, в хаос, который царит в начале, а в конце вдруг переходит в строгую чистоту. Я любила свою роль: мне казалось, что я сама из своего возраста постепенно превращалась в девчонку, которая подспудно живет в душе каждой женщины, но иногда так и не может выйти наружу.

Спектакль начинался с музыки. Наш концертмейстер Инна Москвина садилась за рояль — и открывался другой мир. Инна Ивановна отдала нашему театру больше сорока лет своей профессиональной жизни. Скажем: «старейший концертмейстер» — и это правда. Но правда есть и другая. На сцену выходит хрупкая, с осиной талией женщина в соломенной шляпке, эту шляпку она снимет, подойдя к роялю, и лучом света осветятся ее прекрасные золотые волосы и вся тонкая фигура в белом девичьем платье. И зазвучит музыка, передающая все оттенки настроений, дополняющие то, что происходит на сцене. Она — полноправный участник спектакля.

Дружеская атмосфера, сложившаяся во время репетиций, надолго осталась в наших взаимоотношениях с партнерами, и мне хотелось бы хоть коротко сказать о каждом из них.

Главная героиня спектакля — актриса Зинаида Матросова, удивительно органичная, земная, ладная, красивая и естественная. После этого спектакля в ее жизни изредка появлялись значительные роли, и пока она ждет своего счастливого часа, когда во всей полноте раскроется ее талант.

Наш молодой герой в спектакле — Юрий Васильев. По своим данным он настоящий долгожданный герой — стройный, высокий, с копной пепельных волос, прекрасно двигается и поет, необычайно заразителен на сцене и полон неуемной, веселой, обаятельной энергии. После «Восемнадцатого верблюда» он прекрасно играл и играет героев в спектаклях «Идеальный муж» О. Уайльда, «Молодость Людовика XIV» А. Дюма, «Трехгрошовая опера» Б. Брехта и других. Спектакль «Молодость Людовика XIV» тоже поставил Евгений Каменькович, в этом спектакле я сыграла Анну Австрийскую, но, по-моему, неинтересно, без изюминки и неожиданностей. Юрий Васильев многое унаследовал от Андрея Миронова — страсть к профессии, обаяние на сцене и в жизни и огромную творческую энергию.

В «Восемнадцатом верблюде» меня поразил мой партнер по любовному дуэту Зиновий Высоковский. Все его хорошо знают как блестящего эстрадного артиста, остроумного и комедийного, а в наших сценах он был умным, сдержанным и очень глубоким.

Впоследствии эту роль исполняли Юрий Авшаров и Борис Кумаритов, с которыми мне было всегда приятно и легко играть.

А в роли главной героини позже была актриса Татьяна Титова, тоже удивительно правдивая и достоверная.

Я часто задумываюсь, почему спектакль так нравился публике? Ведь пьеса не поднимала каких-то глобальных проблем. Но в ней царили добро и человечность, и смотрелась она легко, словно комедия, и все узнаваемо, и все мчится, как в жизни.

Но есть минуты в каждой роли, когда зритель, узнавая видимую, внешнюю сторону жизни, посмеиваясь над ней, вдруг ощущает свое душевное родство с героями спектакля. Потому что как бы мы ни шутили, ни острили, ни обманывали себя счастьем успехов или преуспевания в жизни, все равно все хотят понимания, простого человеческого тепла, и главное — любви.

Духовная красота или ее отсутствие — вот что всегда задевает зрителя. Ведь они — это наши герои и это мы сами. Людям свойственно все человеческое, и поэтому так берет за сердце то, что не чуждо любому.

Я любила эту роль, потому что она в какой-то степени была созвучна и моей душе.

Сказав о спектакле, о режиссере, о своих партнерах, я хочу поблагодарить драматурга — Самуила Иосифовича Алешина, который дал мне счастливую возможность прожить жизнь моей Агнессы Павловны. А ведь я не впервые играла в спектаклях, поставленных по его пьесам. До этого у меня была роль Госпожи Посла в спектакле «Ее превосходительство», режиссером которого выступил всеми нами любимый актер Александр Ширвиндт.

Мне роль Госпожи Посла досталась в тот момент, когда я в третий раз была избрана депутатом Моссовета, так что имела возможность иногда наблюдать советских деловых женщин. Вспомнилась и наш министр культуры — Екатерина Алексеевна Фурцева, с ее задорным носиком на обаятельном русском лице, с прелестными ножками, изящной фигуркой… Как женщина она мне очень нравилась: ее манера вести себя, ее решительность, артистичность…

По пьесе моя героиня — очень разносторонняя личность. И как же мне помог Александр Анатольевич Ширвиндт с его чувством юмора, умением подсказать не навязывая, а будто играючи, шутя.

Не сказать о том, какой обаятельный, красивый, контактный, добрый и умный человек наш Александр Анатольевич — просто невозможно. Я вообще люблю, когда на сцене красивые люди: красивые мужчины, в которых можно влюбиться, красивые женщины, из-за которых можно потерять голову.

Ведь очень часто о некоторых актрисах думают: «Ах, какая красавица!» И это прекрасно, так обязательно должно быть в театре, если в жизни уже почти исчезло поклонение человеческой красоте.

Между прочим, о красоте актрис очень хорошо сказала Алла Демидова в своей книге «Вторая реальность»: «Я убеждена, что легенда о красоте многих прославленных актрис идет от их веры в нее, от ощущения легкости и радости, которые сопутствуют этой вере, от счастья, которое давала им игра на сцене».

Удивительно верно! Даже в своей скромной актерской жизни я замечала, что зачастую вхожу в театр пожилая, стертая, незаметная, а ухожу по крайней мере лет на десять помолодевшая, с блестящими глазами, легкой походкой.

Александр Ширвиндт — лучшее подтверждение того, как нужны на сцене красивые люди. А уж если они еще и умны, талантливы, ироничны, то это просто чудо. При взгляде на него мысли о его неудовлетворенности, одиночестве исключаются. У такого красивого, элегантного человека должно быть всегда всё хорошо, ведь он всегда ровен, мягок, приветлив. А ведь, наверное, не всё?..

Он сыграл ряд таких ролей, о которых заговорили как о больших творческих удачах, так как удача на эстраде, разных встречах, юбилеях ему сопутствует всегда, в этом жанре он является всеобщим любимцем. А вот спектакль «Чествование», где он играет не комедийную роль, показал, как тонко, прикрываясь юмором, он заставляет почувствовать драматизм роли; разговаривая очень просто и современно, часто отшучиваясь, он дает понять, как умен, мужественен и одинок его герой.

Он работает в паре с Михаилом Державиным — актером, который необычайно мягко, с юмором может играть самые разнообразные роли, и всегда зрители воспринимают его с любовью.

Как я уже говорила, моя «зона молчания» длилась несколько лет, а точнее — около пяти. И спектакль «Восемнадцатый верблюд» стал на какое-то время единственной моей отдушиной, единственным источником радости творчества.

Для меня довольно непривычно проводить отпуск в санатории, но однажды приходится задуматься о том, что нужны какие-то процедуры, помогающие восстановить силы и необходимый для актрисы внешний вид. И вот мы с мужем уже гуляем по тенистой тропе, купаемся и загораем в санатории «Актер» в Сочи. Конечно, встречаются знакомые. Некоторых из них я не видела уже много лет. Жизнь в Москве очень бурная, у всех дефицит времени, все спешат. Бывает, что человек тебе интересен, приятен, хочется с ним общаться, но… как всегда, отсутствие времени ставит непреодолимые преграды.

А здесь, на отдыхе, можно посидеть вместе на лавочке или на пляже, прогуляться по пешеходным тропам или просто пригласить кого-то в гости. Эти общения очень приятны. Актеры — народ в большинстве своем веселый, остроумный, словоохотливый. Столько узнаешь новостей, услышишь интересного, а иногда и очень для тебя важного, ценного, что надолго оставляет след!

Лежу у самого моря на пляже. Рядом со мной присел большой, красивый, ничуть не постаревший Валентин Гафт — мой первый партнер в любимом спектакле, мой граф Альмавива. Очень хороший артист, талантливый человек, непростой, неуспокоившийся. Он рассказывает о себе. Вспоминаем репетиции «Женитьбы Фигаро», пьесы Шварца «Тень». Гафт — один из тех немногих актеров, которые, разговаривая, не показывают себя. Он весь — мысль, весь — сжатая пружина, даже здесь, на отдыхе, когда можно расслабиться, стать ленивым — никаким.

Никаким он быть не может. Творчество клокочет в нем или неприятием, или ненавистью, или восторгом — мечтой. Он известен и как очень талантливый пародист. Но он и поэт-романтик, например, в таком вот маленьком стихотворении: