— Что именно?
— Всё. И все. Риной они, сука, дочь назвали…
— Что в этом плохого?
— А что хорошего? — девушка горько усмехнулась, обнажая зубы. — Назвать дочь в честь кого… В честь лицемерной суки? Келеф, мне же плевать на этих людей. Мне на всех на них глубоко плевать, понимаешь?
— Зачем тогда им помогаешь?
— А потому что… Ай, неважно…
Юноша вздохнул, придвинулся чуть ближе. Если до этого момента он смотрел на город, где один за другим гасли огоньки, то теперь он пристально смотрел в усталые, тронутые крошечными морщинками глаза.
— Рина.
— Госпожа Рина, вообще-то…
— Рина. Объясни мне.
— Ну ты и скотина… Ты в курсе? — она слабо улыбнулась. — Ладно, ладно, выводи на чистую воду, давай. Тебя ж за этим Фрида послала?
— Я не знаю зачем она меня сюда привезла, — честно признался Келеф. — И зачем подарила тебе тоже не знаю.
— Да плевать. Как и на людей этих. Знаешь почему? Потому что я могу. И должна. Вот такая дилемма, хочешь верь, хочешь нет. Тебе должно быть наплевать на людей, чтобы править хорошо, но при этом все должны думать и видеть, что ты только о людях и заботишься.
— Все ради власти?
— Все ради… Агрх! Да отвяжись ты от меня! Пристал, как пиявка… Возьму, сбегу отсюда к чертям собачьим… Хех, собачьим, ага…