С тобой навеки (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А потом этот стресс, долгие часы за книжками допоздна, тревожность из-за необходимости выложиться на максимум, всё это сказалось на мне, и я просто не могла продолжать. «Твоё здоровье или твоё обучение, — сказал мой доктор. — Выбери что-то одно».

— Руни? — зовёт Уилла. — Кажется, ты отключилась на минуту.

— Извини, — я встряхиваюсь и выдёргиваю себя из транса. — Ты нормально меня слышишь?

— Теперь да. Я не услышала ничего после того, как спросила, как у тебя дела.

— Аа, — я нервно откашливаюсь. — Ну, дела… нормально. Очень не терпится побыть подальше от дома. Ещё раз спасибо, что предложила мне шалаш. Но ты до сих пор не сказала, что мне дать Бергманам в качестве арендной платы.

— Я же тебе сказала, ты не будешь оплачивать аренду. Даже если попытаешься, тебе спуску не дадут. Ты для них практически семья.

Бойфренд Уиллы, Райдер, средний ребёнок из семи братьев и сестёр Бергманов, шумной и дружной семьи, которая приняла меня в свои ряды. Его мама, Элин, переселенка из Швеции, чьи объятия и готовка — это нечто родом из мечты. Его папа, представляющийся как доктор Би — один из тех людей, которые мгновенно превращают любое собрание в вечеринку. Пусть Уилла и Райдер встретились, пока мы учились в КУЛА, и Бергманы называют домом Лос-Анджелес, ранние годы их семьи прошли здесь, в штате Вашингтон, и часто в их А-образном доме для отдыха, так называемом «шалаше».

Бергманы — это хаотичная, тесно сплочённая семья, о которой всегда мечтала моя душа единственного ребёнка, и они всегда принимали меня с распростёртыми объятиями. Поскольку Уилла практически одна из них, а я — её человек, теперь я тоже практически одна из них. По крайней мере, была, пока не случился Шарадный Поцелуй с Акселем, старшим сыном Бергманов.

Теперь они сделали всё неловким. Видимо, только Аксель и я были травмированы моим незапланированным ходом в шарадах. После этого никто не казался хоть отдалённо смущённым. Конечно, они ахнули, когда поцелуй случился (ну то есть, это шокировало всех, включая меня), но к тому моменту, когда я вышла из туалета и обнаружила выразительное отсутствие Акселя, они уже двинулись дальше. Смеялись, дразнились, накрывали стол для ужина. Будто это ерунда.

Они или невероятно талантливые актёры, или же они не особо удивились, что я наконец-то бросилась на Акселя после того, как лелеяла давние чувства к нему, которые я очень долго пыталась скрыть… на Акселя, который удостоил меня столь редкой шутки, когда сказал про «новую любовь к шарадам», но мои выходки его явно отпугнули. Вся ситуация была такой постыдной.

Я чувствовала тошноту. Я смутилась. Так что тем вечером я пробормотала отговорки, и с тех пор, на протяжении последних шести недель я почти не появлялась, что было несложно, ибо я сильно болела.

Хотелось бы мне придумать, как сгладить ситуацию? Да. Хотелось бы мне знать, как снова наладить взаимодействие и не умирать от стыда? Да. Но я понятия не имею, с чего начать, и я сейчас не могу с этим разбираться. У меня нет моральных сил думать о Бергманах, особенно об Акселе. Но у меня есть моральные силы следующие несколько недель пожить в их пустом шалаше, прятаться от реальности и придумывать, как я в итоге со всем разберусь.

Это побег, в котором я отчаянно нуждаюсь. И поэтому я очень хочу дать что-то Бергманам взамен моего пребывания здесь.

— Уилла, мне не нравится оставаться в их доме бесплатно.

— Ничего, потерпишь, — говорит она. — Он стоит там. Не используется. Райдер говорит, что он будет пустовать до Нового года. Тогда настанет черёд Фрейи и Эйдена, так что до тех пор можешь оставаться.

— Уилла, серьёзно, я не могу…

— Слушай, Ру, это место оплачено. Оно существует просто для удовольствия. Родители Райдера почти не приезжают, так что их дети могут использовать его как угодно. Нет необходимости платить, когда все мы не платим. Мы просто занимаемся минимальным ремонтом.

— Я могу делать ремонт!

Она вздыхает.

— Ты не будешь тратить свой отпуск на замену отвалившейся черепицы и на повторную обшивку террасы.

— Не искушай меня. Мне нравится работать руками.

— Ты должна расслабляться.

— Ладно. Я буду довольствоваться тем, что отмою всю ванную комнату зубной щёткой.

Уилла издаёт фыркающий смешок.

— Боже, я скучаю по тебе. Как думаешь, ты задержишься достаточно надолго, чтобы мы увиделись? Я приеду через две с половиной недели. Я бы приехала раньше, но после игры меня ждёт всякая фигня с прессой и спонсорством… то бишь, те вещи, которые реально оплачивают счета.

Я смотрю на своё отражение в зеркале заднего вида. Я всё ещё выгляжу больной. Бледная кожа, полумесяцы мешков под глазами. Ну, хотя бы когда мы встретимся, и я наконец-то наберусь смелости сказать ей, я буду выглядеть соответствующим образом.

— Наверное, я ещё буду здесь, — формально у меня нет необходимости возвращаться до Рождества, которое я отпраздную с папой, а потом надо будет встретиться с моим научным руководителем, чтобы решить, что я дальше буду делать со своим обучением, но я наверняка вернусь домой где-то в районе дня Благодарения, в конце ноября. Праздник всегда получается не ахти, поскольку присутствуем только папа и я, но странно рассматривать вариант провести праздник без него. Хотя я готова поспорить, что не будь меня дома, он бы с удовольствием работал в офисе или на площадке, ничуть не виня себя за то, что оставил меня одну.

— Супер! Мне уже не терпится, — отзывается Уилла. — Но слушай, ничего страшного, если планы поменяются. Если поедешь домой до моего возвращения, тогда мы увидимся на дне Благодарения. Поедим. Поспим. Поиграем в настолки. А потом будет футбольный турнир на заднем дворе…

Меня накрывает волной чувства вины. Уилла предполагает, что я приду к Бергманам на день Благодарения, как сделала это в прошлом году, после краткого и раннего обеда с папой. Я не хочу говорить ей, что я не уверена, смогу ли. Буду ли я чувствовать себя достаточно хорошо, поскольку я тупо никогда не знаю, когда денёк выдастся особенно тяжёлым, и я смогу находиться лишь дома. И смогу ли я увидеть Акселя после Поцелуйного Кошмара.

Уилла всё ещё радостно болтает, планируя наш день.