На авиацию КБФ возлагались задачи нанесения бомбо-штурмовых ударов по кораблям и транспортам противника в пунктах их сосредоточения у о. Эзель и на подходах к нему, прикрытия с воздуха пунктов сосредоточения сил в Рижском заливе, авиационного обеспечения высадки десанта на всех этапах боя за высадку и, наконец, предварительной разведки системы противодесантной обороны на о. Эзель.
Географические условия высадки в наибольшей мере приближали действия десанта «прыжками с острова на остров» к действиям при переправах через водные преграды.
Бой за высадку на о. Эзель начался в 5 час. 48 мин. 5 октября непосредственной артиллерийской подготовкой и форсированием пролива Вяйкевэйн на 70 автомашинах-амфибиях. Успех высадки первого броска второго десантного отряда благоприятствовал быстрому захвату базы высадки на участке Таалику. В силу этого было решено высадить там весь десант. Высадка на широком фронте, по словам самих же немцев, связала такое большое количество их войск, что резервов для перехода во встречное наступление у них не оставалось.
8 октября противник, отошедший к перешейку на полуострове Сворбе, организовал здесь упорную оборону. Освобождение этого полуострова стало задачей другой операции, проведенной войсками Советской Армии совместно с Краснознаменным Балтийским флотом позже, в октябре 1944 г.
Десантная операция по освобождению островов Моонзундского архипелага осенью 1944 г. была по масштабам самой большой из проведенных Краснознаменным Балтийским флотом во время Великой Отечественной войны. Она внесла существенный вклад в развитие военно-морского искусства, обогатив опыт действий в условиях тесного островного района. Ее опыт может быть сопоставлен и сравнен с опытом аналогичных действий в 1917 и 1941 г.
В некоторых послевоенных трудах немецких авторов высказываются суждения о том, что освобождение островов Моонзундского архипелага советскими вооруженными силами осенью 1944 г. не имело решающего значения для их последующих действий. Чтобы придать хоть какую-то объективность этому утверждению, немецкие авторы заявляют, будто захват гитлеровцами этих островов, находившихся осенью 1941 г. в глубокой изоляции от основных советских сил, не мог оказать тогда сколь-нибудь серьезного влияния на ход операции на Востоке {143}.
На самом деле захват гитлеровцами островов Моонзундского архипелага осенью 1941 г. открывал, как известно, их [160] надводным кораблям свободный доступ в Финский и Рижский заливы, в значительной мере снижал возможность противодействия их прибрежным морским перевозкам в средней части Балтийского моря, а также угрозу ударов по Берлину и другим важным объектам Германии советской авиацией.
Освобождение островов Моонзундского архипелага осенью 1944 г. с чисто военной точки зрения обеспечивало советским силам контроль над входами в Финский и Рижский заливы, создавало непосредственную угрозу левому флангу немецко-фашистских армий в один из критических для них моментов, наконец, благоприятствовало действиям КБФ на коммуникациях противника в средней и южной части Балтийского моря.
Взаиморасположение этих островов между собой и материковым побережьем Эстонии, с одной стороны, обстановка, сложившаяся к концу сентября 1944 г. на сухопутном фронте в Прибалтике, - с другой, благоприятствовали использованию если не принципиально новой, то во всяком случае не вполне обычной формы десантной операции - морской переправы.
Основным способом действий в этой операции явились «прыжки с острова на остров». Данный способ давал возможность использовать для высадки почти любые типы высадочных средств, в том числе и маломореходные и даже переправочные средства саперных частей. Относительно узкие проливы, разделявшие острова, позволяли использовать автомашины-амфибии, а также решить трудную для сил КБФ, находившихся в Рижском заливе, задачу огневого обеспечения высадки. Эта задача при всех трех высадках в основном решалась батареями сухопутной артиллерии, выдвинутыми на огневые позиции перед участками высадки.
Авиационное обеспечение высадок на острова Моон и Даго фактически было слабое, так как время проведения операции совпало с перебазированием соединений и частей авиации КБФ. Во время высадки на о. Эзель и действий частей на берегу авиационное обеспечение стало значительно более мощным. Однако нельзя не заметить, что высадка воздушного десанта в центре острова 5 и 6 октября могла бы исключить возможность отхода врага на полуостров Сырве и благоприятствовать быстрому его разгрому.
Положительной чертой, характеризующей проведение операции в целом, является быстрота действий сил на всех ее этапах. Это обстоятельство имело решающее значение, так как после высадки на о. Моон только свежая погода 1 октября дала врагу сутки передышки. Быстроту действий советских сил вынужден был признать и противник:
«Советский флот и сухопутные силы в удивительно короткий срок подготовили переправу из Эстонии на Моон… Советскому командованию[161] удалось очень быстро усилить наступающие части тяжелым оружием, артиллерией и танками, так что немецким частям не оставалось ничего иного, как отступить на Эзель» {144}.
«Высадка десантов на Балтийские острова и завершающие бои, - читаем в другом труде, - были проведены советскими войсками необычайно быстро, энергично, с подъемом» {145}.
Действительно, о. Моон через 21 час 30 минут после высадки был очищен от противника, о. Даго - через 28 часов 30 минут и о. Эзель (исключая полуостров Сырве) - менее чем через 60 часов. Само собой разумеется, что такие темпы операции не оставляли времени для продолжительной подготовки к очередной высадке и действиям по ее обеспечению. Возникла необходимость изыскания таких форм и способов ускоренной подготовки соединений, частей и подразделений флота и армии, которые исключали бы путаницу и неразбериху, присущие спешке. В целом достигнуть этого удалось, отдельные недостатки не оказали серьезного влияния на ход действий. Правда, высокие темпы операции в некоторых случаях сказывались на материально-техническом обеспечении. Так, например, намечавшаяся планом высадка десанта в бухте Кейгусте не могла быть осуществлена из-за отсутствия горючего для торпедных катеров.
Значительным достижением при такой ускоренной подготовке операции явилась чрезвычайно быстрая и четкая организация взаимодействия сил флота и сухопутных войск. В этом отношении операция по освобождению островов Моонзундского архипелага осенью 1944 г. очень выгодно отличается от всех предшествовавших десантных операций.
На всех этапах операции по освобождению Моонзундского архипелага надежно и достаточно четко работала связь, обеспечивавшая управление силами и непрерывное их взаимодействие.
Существенным недостатком операции было почти полное отсутствие предварительной разведки участков высадки десанта (за исключением высадки разведгруппы на о. Моон). Вредных последствий это, к счастью, не дало, поскольку противник заблаговременно не создал противодесантную оборону на восточном побережье островов, что, несомненно, является его крупным просчетом.
Выбор высадочных средств из-за отсутствия судов специальной постройки на КБФ практически представлял собой вынужденную импровизацию. Правда, флот располагал некоторым количеством десантных тендеров, однако вследствие малой мореходности и незначительной скорости хода их трудно было своевременно перебросить в Рохукюла. [162]
Высадка первых бросков десанта с торпедных катеров в какой-то мере была обусловлена необходимостью быстрого перехода к пунктам высадки, что способствовало достижению внезапности. Вместе с тем нельзя не заметить, что использование торпедных катеров как высадочных средств являлось мерой героической. В то время Краснознаменный Балтийский флот имел их не так уж много, а моторесурс у находившихся в строю был невелик. Развитие обстановки на Балтийском морском театре уже тогда позволяло рассматривать торпедные катера как единственный класс надводных сил, способный в создавшихся условиях к ударным действиям на морских коммуникациях противника в средней и южной части Балтийского моря.
В известной степени была обоснованна высадка стрелковых подразделений с легким оружием с так называемых сторожевых (а на самом деле рейдовых) катеров типа «КМ», войсковых подразделений с более тяжелыми средствами - с тральщиков типа «Ижорец» и даже с моторно-парусных шхун. Вынужденной импровизацией являлось, конечно, использование для высадки переправочных средств саперных частей и автомашин-амфибий.
Таким образом, на развитие форм и способов десантных операций в целом и боя за высадку в годы Великой Отечественной войны в самой большой степени оказывали влияние непрерывный рост значения авиации как ударной и обеспечивающей силы, последовательное увеличение устойчивости противодесантной обороны.
Влияние первого фактора сказывалось на всех этапах операции и в боях за высадку. Воздушная разведка противника затрудняла достижение внезапности высадки, вызывала необходимость организации мер борьбы с нею, а равно и со всеми другими техническими средствами наблюдения. Повышение ударной мощи вражеской авиации потребовало значительного увеличения масштабов обеспечивающих мероприятий, в особенности прикрытия с воздуха пунктов сосредоточения транспортов, высадочных средств и сил десанта, его погрузки-посадки и перехода морем.
В то же время весь опыт войны показал, что бомбардировочная и штурмовая авиация является основной ударной силой, обеспечивающей успех боя за высадку на всех его этапах. Количественный и качественный рост ВВС Военно-Морского Флота СССР во время войны и освобождение флотской авиации от выполнения задач на сухопутных направлениях позволили эффективно использовать ее в ряде десантных операций начиная со второй половины 1943 г. и до конца войны. Вместе с нею в большинстве десантных операций, проведенных [163] в это время, в очень крупных масштабах использовалась фронтовая авиация. Так, в Новороссийской десантной операции в сентябре 1943 г. кроме 148 самолетов ВВС Черноморского флота принимали участие и самолеты 4-й воздушной армии, в Керченско-Эльтигенской операции участвовало 389 самолетов авиации Черноморского флота и 612 самолетов Северо-Кавказского фронта. Во время высадок десантов на острова Выборгского залива в общей сложности использовалось 782 самолета ВВС Краснознаменного Балтийского флота и Ленинградского фронта. Наконец, в операции по освобождению островов Моонзундского архипелага осенью 1944 г. принимала участие авиация КБФ и 13-й воздушной армии. Если бомбардировочной авиации принадлежала наиболее важная роль в предварительной подготовке высадки, то в непосредственном авиационном обеспечении высадки десанта и его действий на берегу постепенно возросло значение штурмовой авиации, которая во втором периоде войны стала действовать даже ночью.
Рост удельного веса авиации в десантных операциях дал основание считать, что высадка достаточно крупных воздушных десантов на наиболее уязвимых участках расположения противника может способствовать успеху проводимой операции в целом, а высадка воздушных десантов тактического масштаба - успеху в бою за высадку.
Все это, вместе взятое, показывало, что успех десантной операции находится в прямой зависимости от степени достижения превосходства в воздухе, в особенности в бою за высадку. Отдельные удачи, как, например, высадка в Феодосии 29 декабря 1941 г., во время которой корабли и десант не имели прикрытия с воздуха, говорили либо о недостаточной активности авиации противника, либо о невозможности ее использования по условиям погоды. Нужно сказать, что и до войны уделялось много внимания роли авиации в десантных операциях, однако характер и масштабы ее боевого использования представлялись несколько иными.
Последовательно возраставшая во время войны глубина противодесантной обороны, насыщение ее огневыми средствами, возможность быстрого позиционного оборудования средствами полевой и даже полудолговременной фортификации, инженерными заграждениями и, наконец, увеличившаяся мобильность маневренных сил обороны значительно повысили ее устойчивость. Это обстоятельство вызывало необходимость предельного усиления ударной мощи десанта, в том числе и его головного эшелона, обеспечивавшей возможность преодоления передовой оборонительной полосы противника и вместе с тем увеличения мобильности сил высадки, позволяющей им осуществлять быстрый маневр направлениями для переноса усилий на наиболее уязвимый у неприятеля участок. [164]
Существенное влияние на организацию таких этапов десантной операции, как переход морем и развертывание сил в целом, а в бою за высадку - развертывание сил в районе высадки и высадка головного эшелона десанта, оказывал рост минной опасности и возраставшая трудность борьбы с нею в результате быстрого развития минного оружия.
Некоторые особенности в составе сил высадки на всех морских театрах (в основном малые боевые корабли, катера и в большинстве случаев подсобные высадочные средства), географические и метеорологические условия отдельных районов высадок десантов (восточная часть Финского залива, Выборгский залив, Керченский пролив, Мотовский залив), а также характер использования противником своих подводных лодок на Черном море в течение всей войны, а на Балтике до второй половины 1944 г. предельно облегчали организацию противолодочной обороны десантных отрядов на переходах морем. Однако в других условиях эта опасность могла бы оказаться очень большой.
Накопленный опыт в проведении десантных операций и боев за высадку говорил о необходимости: