Ева неохотно выбралась из машины, осмотрела дом. Двойная широкая прихожая. Небольшая табличка у входа, предупреждавшая о системе сигнализации. Она дважды быстро нажала на кнопку дверного звонка, подождала несколько секунд, а затем нажала ее снова. Было 3:13 пополудни. Кайл, вероятно, на работе – какой бы та ни была.
Ева уже собиралась уходить, когда дверь открылась, – вот только по другую сторону порога появилась Флора. Ее красивое личико было подпорчено синяком, из-за которого заплыл один глаз и распухла правая щека. На ней была бесформенная синяя сорочка. Одной рукой Флора ухватилась за дверной косяк, другой держалась за дверь, как будто собиралась захлопнуть ее перед лицом Евы.
– Чего вы хотите от нас?!
– Я просто хочу поговорить.
– Мне нечего вам сказать. Nada[13]! Уходите.
– Твое лицо… – сказала Ева, затем неуверенно протянула руку и быстро толкнула закрывающуюся дверь. – Пожалуйста. Всего на несколько минут.
Флора зажмурилась. Поврежденный глаз был слишком отекшим, чтобы закрыться полностью, и Флора дотронулась до него тыльной стороной ладони. Оглянулась, вздохнула и вышла на бетонную площадку, захлопнув за собой дверь.
– Идите за мной. – Флора обошла дом сбоку и встала в тени одинокого дерева, спрятавшись между домом и сараем, вне поля зрения кого-либо на дороге. Ева присоединилась к ней.
Ева достала из сумочки фотографию Келси.
– Это моя дочь. Она пропала. – Ева наблюдала за выражением лица другой женщины, ища какой-нибудь признак узнавания. – В последний раз ее видели в Нихле.
– И что?
– А то, что в последний раз ее видели с Кайлом Саммерсом. – Ева сделала паузу. – Твоим бойфрендом.
Флора сложила руки на своей пышной груди, выставив вперед подбородок.
– Я понятия не имею, где ваша дочь.
– Но ты знаешь, где Кайл.
– Его здесь нет.
– Тогда скажи, где я могу его найти?
Ева проследила за взглядом Флоры, который переместился на большой дом. Казалось, она зациклилась на окнах второго этажа.
Флора сказала:
– Он путешествует.
– Ты уверена, что его здесь нет?
– Уверена. Он в отъезде, я клянусь. Его нет дома.
Ева подошла на шаг ближе. Она сделала вид, что изучает поврежденную щеку Флоры.
– Почему ты защищаешь его?
– Я не защищаю. – Флора отвернулась. – Если это все, чего вы хотели, то вам следует уйти прямо сейчас. Я не знаю, где ваша дочь, а Кайла здесь нет.
– Что же у него есть на всех вас, раз все так боятся перечить ему?
Флора ответила, не оборачиваясь:
– Просто мы сплоченное сообщество. Когда кто-то угрожает одному из нас, мы объединяемся.
– Ты даже не из Нихлы, не так ли?
Флора слегка повернула голову. Солнечный свет падал на ее распухшее лицо, окрашивая багровый синяк на оливковой коже в кроваво-красный цвет. Когда она заговорила, в ее голосе звучали печаль и смирение:
[13] Нечего, ничто (исп.).