– Он прилагается с собственностью на три года после вступления во владение ею.
– Почему? – переспросила я.
– А почему тетя Ева что-либо делала?
Потому что она могла. Потому что она была жестокой. Потому что в глубине души она ненавидела нас. Кто знает?
– Есть ли что-нибудь еще, что я должна о нем знать?
– Полное имя Бернард Джетсон Монтгомери. Родом из Техаса. Жил в Нью-Йорке, Эшвилле, Северной Каролине и Лос-Анджелесе. Зарабатывает пять тысяч в месяц как смотритель дома на Мэд-Дог-роуд, плюс бесплатное жилье.
Я присвистнула.
– Пять тысяч в месяц? За что?
– Крейг не сказал. Просто назвал его смотрителем.
Я откинула голову на спинку сиденья. Ублюдок получал за месяц столько, сколько Ева дала мне на год. И за что? Не то чтобы он на самом деле следил за домом. Там была разруха. Я так и сказала.
Лайза колебалась.
– Крейг сказал, что Джету не разрешается помогать с главным домом. Это твоя ответственность.
– Серьезно? – Отсутствие реакции было единственным ответом, которого я заслужила. – А я никак не могу его уволить?
– Нет. В течение трех лет.
– Почему именно такой срок – три года?
И снова Лайза не ответила. В этом не было необходимости. Она тоже не знала.
– Есть какая-нибудь дополнительная информация о нем? Колледж, работа, досье в полиции?
– Нет.
– А про дом? Например, почему он принадлежал Еве?
– Мне жаль, Конни. Ничего.
Я вздохнула.
– Спасибо, что проверила.
– Да не за что. Конни?
– Да?
– Прости. За то, что сорвалась на тебя. Мне просто… одиноко. Здесь сейчас так тихо.
– У тебя есть Кук. И Дэйв.
– Мы обе знаем, что у меня никого нет, – вздохнула она. – Ладно, я всегда жалею себя. С тобой ведь все будет в порядке?
Нет.
– Да, конечно.
– Я могла бы отказаться от того, что Ева оставила мне. Мы могли бы переехать куда-нибудь вместе. Начать все сначала без ее денег.