— Разрешите паспорт. И пропуск.
— Какой еще пропуск? — недоумевала Наташа. — Куда это мы заехали?
— Все в порядке, — пограничник вернул матери документы. — Можете высаживаться.
Саня с восхищением глядел на овчарку, которую солдат держал за поводок. Шагнул к ней.
Мать перепугалась.
— Не беспокойтесь, вона зна кого хватать, — улыбнулся чубатый.
— Я тоже хочу такую, — протянул Саня.
— Вот и расти пограничником, такую ж получишь, — ответил военный.
Пограничники уплыли. С «Витязя» спустили шлюпку. Волны бросали ее, как скорлупку, и если бы не кранцы — сплетенные из веревок мешки, наполненные чем-то мягким, — то сразу бы разбилась о железный борт судна. Когда подкатывавшаяся волна поднимала шлюпку, она оказывалась почти на одном уровне с палубой. Выбрав такой момент, в нее ловко соскочили два матроса и сели за весла. Изловчилась и мать, тоже оказалась в шлюпке, но Саню принять никак не могла: только протянет руки к нему, а тот сожмется и ни с места. Только осмелеет — шлюпка вместе с волной уже уходит вниз.
Капитан что-то крикнул матросу, тот оставил весла и встал.
Капитан поднял Саню над собой и, когда суда снова сблизились, кинул мальчишку за борт. Накренившаяся шлюпка черпнула воду, мать ойкнула, а Саня уже держался за шею поймавшего его матроса. Переправили Наташу, и поплыли к берегу.
На пустынной прибрежной полосе стоял приземистый бревенчатый дом. За ним — длинный сарай да гора металлических труб. Тут же попыхивал дымком трактор.
— Ждем вас, — подошел к маме молодой коренастый мужчина в комбинезоне. — Пожалуйста, наше медвенское такси, — он показал на прицеп и засмеялся, широко открыв щербатый рот.
Сане, у которого тоже не хватало впереди зуба, он сразу понравился.
И снова началась качка. Трактор, гудя, бряцая и лязгая гусеницами, тащил за собой огромные, сваренные из буровых труб, сани. Они волоклись, переваливаясь с боку на бок, по косогорам, по мокрой, покрытой кочками тундре…
У Наташи опять закружилась голова, из носа пошла кровь.
Водитель остановил трактор.
— Меняется давление воздуха, не пугайся, это быстро пройдет, — сказал он Наташе. Саньку, который закапризничал, взял к себе в кабину.
— Меня зовут дядей Петей. Хочешь порулить?
Санька сразу замолчал и взялся за рычаг.
Долина постепенно сужалась, а сопки поднимались выше, громоздясь одна на другую.
— Когда же приедем? — без конца спрашивала Наташа.
— Теперь уж скоро, — в какой раз обнадеживала мать. Ей и самой не терпелось добраться до места.
…Мелькнула среди кустов речка. Под трактором заговорил бревенчатый настил моста. Сбоку выросла четырехгранная металлическая вышка.
— Буровая! — закричала Наташа. Она обрадовалась вышке, как доброй знакомой: в Грозном такими окружен весь город.
Вынырнул из леса домик, другой…
— Вот и Медвенка! — крикнул на ходу тракторист.
Только Наташа слезла с саней, подбежала девочка-ровесница.
— Это мой папа вас привез. — Потряхивая четырьмя косичками — две спереди и две сзади, — она живо разглядывала приезжих. — Тебя как звать? Меня — Асей…