Наташа запнулась, глядя на крошечный катер — темный, с широкой кормой и задранным носом.
Отец вздохнул и пожевал губами, словно проглотил что-то. А мать решительно двинулась по деревянной узенькой доске-сходне прямо на суденышко. Подошла к коренастому моряку в берете, точь-в-точь как на Саньке. Это был капитан «Витязя».
— Не советую идти с нами: с детьми трудно будет.
Но мать вернулась на пирс, подхватила чемоданы и, не глядя на отца, направилась опять на катер.
Следом за моряком по металлической лестнице спустились вниз, в кубрик. Посредине стоял стол, возле стен в два яруса — койки. Одну из них уступили ребятам.
— Устраивайтесь «валетом», — посоветовал капитан. — Удобнее.
Наташа с Саней переглянулись: как это «валетом»? Но мать поняла: уложила детей головами в разные стороны.
Вскоре опять увидели Трех братьев, «ворота», маяк — теперь все проплывало перед глазами в обратном направлении. Впереди расстилался океан с темной дугой горизонта. Катер начало покачивать.
— Держитесь, — предупредили их.
«А чего держаться? — подумала Наташа. — Как на качелях»…
Волнение усиливалось. Судно стало бросать: подъем — провал, подъем — провал…
— Задраить иллюминаторы! — В кубрик, громыхая тяжелыми сапогами, скатился моряк и принялся завинчивать на болты медные рамки круглых окон.
Сразу сделалось душно. У Наташи закружилась голова, к горлу подступил непослушный давящий комок. Попробовала встать, но ее, как мячик, отшвырнуло в угол койки.
«Шш-ш-шшь», — зловеще набирала силу волна, затем — «ух!» — и катер валился в бездну.
Иллюминаторы накрывала колышущаяся зеленая муть воды…
— Мам-ма! — закричала Наташа, зажимая рот руками.
— Не поднимай голову, лежи спокойнее!
Мать и сама стала неузнаваемой: зеленой, жалкой — качки она не переносила.
— А-а-а! — завизжала что есть мочи Наташа и забила ногами.
Кто-то из моряков подбежал к ней и сунул в рот холодный соленый огурец.
Саня съежился в комочек и, прижавшись к стенке, растерянно водил глазенками. Он чувствовал себя лучше всех. Когда Наташа, плача, попыталась приподняться, боязливо закричал:
— Наталик, Наталик, лежи! Что тебе мама сказала?!
— Отстань! — зло оборвала Наташа и принялась громко стонать.
Море успокоилось только на следующий день. Еле держась на ногах, пассажиры выбрались наверх. Палуба блестела чистотой — волны потрудились на славу. Катер шел по заливу, на берегу которого острым конусом вздымалась высоченная гора. Над ее заснеженной вершиной курились облака.
— Ярый вулкан, — пояснил рулевой.
Понизу темнела дуга каменистого голого берега. От вулкана тянулись в обе стороны цепи гор. Одна, восточная, гряда падала в море, а другая упиралась в Ярый.
— Мама, мы здесь жить будем? — настороженно спросила Наташа.
— Нет, нам еще дальше.
На северо-востоке залива в сушу врезалась бухточка. Туда и свернул «Витязь». Капитан подал команду, — громыхнула цепь, шлепнулся в воду якорь.
От берега к ним направился моторный катер. В нем сидели военные. Один парень — рослый, с кудрявым чубом, который выбивался из-под зеленой фуражки, поднялся на борт и откозырял: