— Я не подведу тебя, Альфа.
Калеб коротко кивнул ему, развернулся и вышел.
Дикая улыбка расплылась по лицу Гаррисона.
— Мне нравятся огненные. Те, что съеживаются, разбиваются слишком легко.
Он набрал код на двери, и она распахнулась. Я стояла, сохраняла свободную стойку, перенося вес тела на подушечки ног. Я снова и снова прокручивала в голове уроки самообороны Энсона.
Гаррисон постучал дубинкой по своей раскрытой ладони. Я наблюдала, как его вес перемещается вперед-назад. Моим единственным преимуществом была скорость. Гаррисон — неуклюжий гигант. Я была в четверть его роста и надеялась избежать большинства его ударов.
Дверь камеры с лязгом захлопнулась за ним.
— Еще не передумала?
— Нет, — процедила я сквозь зубы.
— Плохой выбор. — Он взмахнул дубинкой, и я увернулась от самого сильного удара. Я нанесла быстрый удар по его почке, но это было похоже на удар о кирпичную стену.
Гаррисон хмыкнул и повернулся с большей скоростью, чем я думала, на какую он способен. Дубинка ударила меня с такой силой, что вышибла воздух из легких. Затем раскаленная добела боль пронзила ребра. По крайней мере, одно, вероятно, сломалось.
Я захрипела, борясь с огнем в боку, и уклонилась с траектории второго удара. Когда я уклонилась от третьего, Гаррисон зарычал. Он посмотрел на дубинку и щелкнул каким-то переключателем. Затрещало электричество.
Гаррисон усмехнулся, увидев искры.
— Твой маленький энергетический дар больше не работает.
У меня не было возможности задаться вопросом, что это значило для меня, прежде чем разряд электричества пронзил меня насквозь. Мышцы свело судорогой, и я рухнула на пол. Огонь вспыхнул во мне, и я открыла рот в беззвучном крике.
— 4-
Прохладная тряпка скользнула по лбу, когда тело сотрясала болезненная дрожь. Казалось, она дошла до костей.
— Что с ней? — спросил низкий голос.
— Не думаю, что лекарства способны стабилизировать ее состояние. Ей нужна ее связь.
Какая-то часть меня узнала голос Резы сквозь море боли. Была ли боль вызвана неделей повторных избиений или тем фактом, что я умирала, я не могла сказать. Какой бы наркотик они мне ни давали, чтобы привязать меня к этому миру без моей связи, он не действовал.
Охранник усмехнулся.
— Хорошая попытка. Этого не будет.
Еще один особенно сильный толчок сотряс меня. Чьи-то руки натянули тонкое покрывало мне на плечи.
— Ты можешь хотя бы принести мне еще одеяло? Не думаю, что Король-Альфа будет слишком рад, если его дочь умрет на твоих глазах.
Охранник пробормотал проклятие. Удаляющиеся шаги отдавались эхом.
— Роуэн, ты можешь открыть глаза? — Ткань снова скользнула по моему лбу.
Я попыталась сделать, как она просила, заставить веки подняться, но они казались такими невероятно тяжелыми. Одно, наконец, приоткрылось. Флуоресцентный свет обжигал глаза, будто кислота.
Реза пошевелилась, радуясь.
— Вот. Попей. Нужно поддерживать водяной баланс. — Она поднесла бумажный стаканчик к моим губам, и я медленно подняла голову, чтобы сделать глоток.
За последнюю неделю я поняла, что они никогда не давали нам ничего стоящего. Одноразовые тарелки и столовые приборы. Ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия.