«Люблю тебя, Ро.»
Потом он исчез. Паника охватила меня из-за потери Люка, моей связи с парнями. Я выдохнула, прижимая руку к метке. Теперь я носила их всех с собой. Они были частью меня. Той меня, которая была сильнее, чем я когда-либо могла себе представить.
— Ты разговаривала с ними, не так ли?
Я подняла голову на звук голоса Резы. В этом было столько тоски. Я говорила так тихо, что едва могла разобрать собственные слова.
— Они сказали, что, по их мнению, нашли, где мы находимся.
Она впилась пальцами в мои ладони.
— Они идут?
Я кивнула.
— Мы должны быть готовы.
Свесив ноги с края койки, я попыталась встать и немедленно села обратно. Мышцы не могли удержать меня в вертикальном положении, но я не позволила панике снова овладеть мной. Я найду способ бороться.
— Они оставили нам какую-нибудь еду?
Реза встала и отошла в угол камеры.
— Они оставили тебе крекеры и сок, так как тебя тошнило раньше.
Я открутила крышечку с сока и выпила его залпом. Апельсиновый вкус был слишком сладким на языке после нескольких дней бездействия, но я надеялась, что сахар в нем поможет. Реза разорвала упаковку крекеров и протянула ее мне. Я запихивала в рот один за другим, едва пережевывая, прежде чем проглотить.
— Осторожнее. Ты же не хочешь, чтобы тебе было плохо.
Я заставила себя не торопиться со следующим крекером, жуя его более тщательно. Только после того, как вся пачка закончилась, я остановилась.
Реза изучала мое лицо.
— Твой цвет улучшается.
— Самая сильная боль прошла. Я просто чувствую слабость.
Она прикусила нижнюю губу.
— Надеюсь, что они приведут с собой достаточно подкрепления. Там по меньшей мере двадцать охранников.
— Ты считала?
— Я пыталась запомнить смены, кого и когда ожидать, слушала, когда они переговаривались в наушниках.
Я потянулась и сжала руку Резы.
— Мы уходим отсюда. Мы возвращаемся домой.
Ее глаза заблестели.
— Я даже не могу вспомнить, как выглядит мой дом. Интересно, не выдумала ли я все это просто у себя в голове? Были ли мои качели на крыльце такими удобными, как я помню? Мой дом был серым или голубым?
Мое сердце болело за Резу, но то, что я услышала о ее страхах, разожгло гнев глубоко внутри меня. Я крепко ухватилась за него. Мне нужна была каждая капля энергии, которую я могла получить. Я подпитывала это воспоминаниями о каждом ударе, каждой насмешке, которую Гаррисон обрушивал на меня. Я поддерживала огонь болью, въевшейся в кости.
— Мы заставим их заплатить.
Глаза Резы вспыхнули.