Герман. Нет, пока что нет. Он опустошен. Но дайте ему время. Я рассчитываю, что лет через десять я стану почетным председателем и выйду на пенсию.
Отто. Но захочет ли он стать вами? Я ничего плохого не имею в виду. Это вопрос.
Герман. Это семейное дело. Теперь его очередь.
В комнату быстрым шагом входит Гретль.
Гретль. Герман! Что ты делаешь? Ты все пропустишь!
Герман. Ну, значит, пропущу. Ты не хочешь поздороваться с Отто?
Отто. Прошу прощения, госпожа Мерц.
Гретль. Это брит-мила моего первого внука.
Герман. Что? Он не твой внук! Он внук Вильмы. Он двоюродный внук сестры твоего мужа.
Гретль. Он держит меня за идиотку. Это моя первая брит-мила у внука.
Герман (Отто). Это как крестины, только в спальне моей матери.
Гретль. Крестины?
Герман. Отто понимает, что я имею в виду.
Гретль (гневно). А вот я не понимаю, что ты имеешь в виду. (Обращаясь к Отто.) Это договор между мальчиком и Богом, который заключается со времен первого завета между Авраамом, первым евреем на земле, и Богом, только Аврааму было 99 лет, когда Бог сказал ему, что он должен сделать обрезание своему сыну и всем слугам, и тогда же Бог пообещал Аврааму и его семени землю Ханаана. Книга Бытия, глава 17!
Младенец, который утих на какое-то время, вдруг начинает кричать от неожиданности и боли. Гретль, тоже с криком, выбегает из комнаты.
Герман. Она никогда не перестает меня удивлять.
Герман долго и пристально смотрит на портрет Климта. Отто ждет.
Отто. Вы знали Климта?
Герман как будто не слышит.
Входит Людвиг в шляпе и в пальто. Он занят своими мыслями и спокойно говорит сам с собой.
Людвиг. По закону Аристотеля, верным может быть или утверждение, или его отрицание. Третьего не дано. Следуя Гилберту в отношении гипотезы Гордона, сначала надо допустить, что гипотеза неверна. Если мы сможем найти опровержение…
Он замечает Германа.
Герман!
Осматривается.
А где брит-мила? Я был у доктора.
Герман. У Эмилии в спальне. Все хорошо?
Людвиг. У меня хорошо. Насчет доктора не уверен.
Он выходит.
Отто. Может быть, вы бы хотели…
Герман. Нет, все в порядке. Ребенку еще должны присвоить древнееврейское имя, потом молитва и благословление, а затем – празднование, так что у нас еще полно времени.