"В тени престола": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Король Филипп позднее попытался несколько раз примирить Кадока и де Леви, заставил его вернуть Ги деньги, полученные в качестве выкупа за англичан, но изменить отношение своего верного и благородного рыцаря и наемнику не сумел.

Ги вернул Кадоку деньги, которые тот, скрепя сердцем, по приказу короля послал де Леви. Кадок удивился, когда получил обратно кошель с ливрами. Он раскрыл его и высыпал на стол. Среди золотых ливров он увидел листок бумаги. Он подозвал слугу и сказал:

– Прочти…

Слуга взял бумажку и начал читать:

«Возвращаю деньги «Иуде» назад. Сребролюбие покарало Иуду Искариота и покарает тебя. Если увижу тебя в мирное время – убью на ордалии! Ты ведь теперь – рыцарь!

Вечно твой, Ги де Леви и де Сент-Ном, рыцарь».

– Это все? – Спросил Кадок.

– Все, господин…

– Пошел вон, пес!..

Через несколько лет, когда надобность в услугах Кадока королю Филиппу больше не понадобилась, он засадил его в мрачную Руанскую башню за вскрывшиеся факты воровства части королевских доходов, которые присвоил себе Ламбер де Кадок, бальи Пон-де-Одемера…

Его выпустили в 1227 году, когда Кадок отсидел более двадцати лет и у него не отняли всё, что он имел и чем наградил его Филипп, – и деньги, и ценности. Кадок был лишен званий, титулов, регалий и умер…

Говорят, что не вынес позора…

Говорят.

ГЛАВА XIX   В которой Ги де Леви и трое его друзей начинают в одном крестовом походе, а заканчивают в другом.

Нормандия была покорена к концу июня 1204 года. Папа Римский направил специальное послание рыцарству покоренного герцогства, в котором призвал покориться справедливой воле Святого Престола, давшей Филиппу право владеть герцогством на правах высшего сюзерена.

Король Франции, воодушевившись поддержкой Рима, направил «письмо Мира всем баронам и рыцарям Нормандии, имеющим лены по обе стороны «Английского моря»», в котором призвал их вернуться в свои «наследственные лены» для принесения оммажа своему «исконному и законному сюзерену» не позднее Рождества Христова 1204 года.

В случае невозвращения, «все сеньоры, державшие лены в славном герцогстве Нормандия, лишались всех прав на лены, которые передавались короне Франции «для разумного и надлежащего управления во благо мира и народа герцогства».

Большинство баронов и рыцарей возвратилось. Они были разочарованы своим королем Жаном, бросившим их, верных и храбрых защитников, на произвол судьбы во время нормандской кампании 1202 – 1204 годов обвинив, в трусости, сговоре и предательстве.

Филипп, после совещания со своей Курией, упразднил должность и регалии главного сенешаля Нормандии, введя систему бальи и наместников.

Это позволило, относительно мирно и безболезненно, закрепить за короной могущественное герцогство с его богатыми портами, ярмарками и народом…

Рыцарство северной Франции собралось, наконец, в крестовый поход. Многих знатных воинов немного тяготило участие в войне со своими единоверцами, среди которых было множество их родичей.

Король Филипп вместе со своим верным Раулем и рыцарем-госпитальером Гереном, новым советником и помощником короля, заседал в комнате Малого совета:

– Итак, мессиры. Нормандия покорена. На удивление быстро! Мы даже и подумать не могли еще несколько лет назад, что, вот так запросто, можно присоединить его.

Рауль, которому в этом году исполнилось шестьдесят шесть лет, заметно постарел и осунулся. Постоянное нервное напряжение и недосыпания измотали старого главу секретной службы королевства. Глаза его начинали слезиться, а руки дрожать. Он произнес:

– Это все верно, сир. Но, есть одна маленькая проблема…

Герен сидел и молча слушал. Это был рыцарь-госпитальер, поговаривали, что он был низкого происхождения и заслужил пояс и шпоры только благодаря своему уму и храбрости.

Второй версией происхождения Герена была одна старая и туманная история, началу которой послужила, по слухам, мимолетная интрижка отца короля Филиппа с одной сеньорой… теперь имя которой уже неважно.

– Жан зашевелился снова. – Произнес Рауль, перебирая пальцами красивые янтарные четки.

Король Филипп поднял брови от удивления:

– У него прошел приступ безумия? – Удивился король.