– Это смерть вас коснулась своими крылами, синьорина Беатрис, или, как вас там, не знаю… – ответил ей рыцарь. – Заврались вы с ним, правда, неумело заврались.
– Я не понимаю, о чем это вы?..
Лука сел на край постели и, нежно поглаживая голову Беатрис, прошептал:
– Неужели, святые угодники, у вас не хватило мозгов договориться о том, что вы будете твердить нам, если дело провалится? Какая беспечность, наглость и самонадеянность… – он зевнул и, потеряв к ней всякий видимый интерес, сказал рыцарям. – Вязать сучку, ой, простите, синьорину Беатрис.
Лука встал и направился к дверям. Девушка с ненавистью посмотрела ему вслед и прошипела:
– Ничего, проклятый франк, вы еще заплачете горькими слезами…
Лука повернулся и, вложив в свою улыбку весь сарказм, ответил:
– Надо же! мы стали натуралистами! Только, синьорина, позвольте мне последнюю ремарку. – Он поправил свои волосы. – Слезы всегда горькие – сладких-то не бывает. А если мы и поплачем, то, к несчастью и великой горечи для вас, вы не увидите это, потому как сегодня или завтра вас казнят… – он поморщился и добавил, – наш король, да продлятся его годы царствия, слишком ранимая душа и чересчур мягок. Он может отложить казнь, да и мессир Ги, наверняка, будет хлопотать, словно одурманенный слепец, за вас… – Лука посмотрел на нее с сожалением. – Может, все-таки, начнем рассказывать? А? Облегчим себе душу… – Беатрис молча отрицательно покачала головой. – Ну, как знаете. – Лука пошел к выходу и через плечо обронил. – Ваша воля. Вяжите ее, ребятушки, да тащите во двор замка, где ее напарник дожидается…
Лука вышел из комнаты и направился к королю. Шарль закончил умывания и готовился к походу в часовню на утреннюю службу, стараясь выглядеть бодрым, он шутил со слугами и частенько заглядывал в окно, где воины наспех сооружали пьедестал для казни.
– А-а, мой ангел-хранитель! – Наигранно веселым тоном приветствовал Шарль Луку. – Всех злодеев изловил? Мне можно теперь спать спокойно?..
Лука поклонился и ответил, стараясь не сильно дерзить:
– Сир, вы заснете спокойно лишь тогда, когда Манфред и Конрадин сложат свои головы у ваших ног…
– Господи, Лука, какой у тебя пессимизм! Нельзя же вечно и во всем искать крамолу и угрозу мне и моей жизни?! – Шарль нервно отбросил перчатки, поданные ему оруженосцем. – Что ты суешь мне! Они же совершенно не подходят к цветам моего блио! – Он повернулся к оруженосцу и начал его ругать. Лука улыбнулся, понимая, что и Шарль сильно встревожен ночными событиями. Король заметил улыбку своего телохранителя, он повернулся к нему и произнес. – Ну, и чего мы улыбаемся? Нам от чего-то смешно? Интересно! Мессир де Сент-Эньян, поделитесь своей радостью с нами, своим королем!..
Лука перестал улыбаться, потоптался с ноги на ногу и ответил:
– Радость есть, но она, к несчастью, невелика… – он бросил взгляд в окно, откуда доносился стук молотков и удары топоров плотников, мастеривших пьедестал для казни. – Раскрыт, можно сказать, обширный заговор, сир…
– Матерь Божья! – Наигранно испугался Шарль де Анжу. – Обширный заговор! Неслыханное дело…
– Не надо ерничать, сир… – Лука нахмурился, ему не нравилось, когда Шарль наплевательски относится к своей безопасности. – Между прочим, в заговоре замешана синьорина Беатрис…
– Я и не сомневался… – пробурчал Шарль. – Как же заговор и без женщины! Абсолютно по-французски! А ты, случаем, не перепутал страны? Мы ведь в Италии…
– Нет, сир. – Ответил Лука. – Враг, организовавший покушение на вашу жизнь, был слугой синьорины Беатрис. Она смутилась и потеряла сознание, когда я припер ее к стенке своими прямыми вопросами!
– Да, я представляю, чего натерпелась несчастная Беатрис, когда ты, вот с таким видом, вломился поутру к ней и огорошил спросонья несуразными вопросами… – Шарль скривился и недоверчиво покачал головой. – Небось, и Библию притащил для острастки? Да?.. – Лука молча кивнул головой. Король с довольным видом улыбнулся и, качая головой, произнес. – Отпусти ее, горемычную…
– Но, сир! – Лука даже раскрыл рот от изумления. – Как можно? Отпустить главную подозреваемую?!
– Ой, ну и дурак же ты, Лука! – Шарль хлопнул себя по бокам. – Отпустить, это не значит, что мы поверили в ее невиновность! Приставь к ней надежных и опытных соглядатаев, лучше, если они будут из местных жителей. Собери достоверные сведения, уличающие ее как шпионку и врага… – Король благодушно улыбнулся Луке. – А пока мы понаблюдаем за ее реакцией на казнь и пытки, как его там?.. – он замялся, позабыв имя организатора убийства.
– Лучано, сир…
– Вот-вот, именно! – Шарль отмахнулся, давая понять, что не намерен больше обсуждать свое решение.
Лука вздохнул и побрел во двор замка, куда рыцари только что вытащили связанную Беатрис. Он появился во дворе замка как раз в тот момент, когда рыцари, исполнявшие приказы чересчур ретиво, пинками подгоняли девушку к столбу.
– Эй, ребята! – Лука нехотя крикнул, останавливая их. – Бросьте ее! Король повелел отпустить синьорину Беатрис!
Рыцари посмотрели на него с удивлением и развязали девушку. Лука медленно подошел к ней и произнес:
– Его величество повелел отпустить вас, синьорина Беатрис… – он говорил сквозь сжатые зубы. – Приношу свои извинения за досадную ошибку…
Она растерялась, бросила мимолетный взгляд на привязанного к столбу Лучано, тяжело вздохнула и произнесла в ответ:
– Господь милостив, шевалье. Он и простит вас…