Узкая винтовая лестница не позволяла воинам биться широким фронтом, только по одному.
– Бараны! – Снова крикнул рыцарь. – Здесь сенешаль графства Дрё! Вы, скоты, схватили его будущую невесту и тестя! Сдавайтесь, от греха подальше!..
Наступила напряженная тишина, которую прорезал громкий голос разбойника, скорее всего – предводителя шайки:
– Если тут сенешаль, пусть он и говорит!..
Годфруа из-за спины рыцаря крикнул:
– Я, Годфруа де Леви, сенешаль Дрё. Выходи, если не хочешь, чтобы я всех твоих людей и тебя на кол не посадил!..
Разбойник сверху ответил:
– А я просто зарежу твоего тестя, тещу и невесту! Ох! И красавица она! А может…
Годфруа не дал ему договорить:
– Пес! Если ты, козлиная твоя рожа, прикоснешься к сеньору де Лузиньян, его жене или, не дай Бог, к девице Луизе, я разорву тебя на части!.. Выходи биться! Один на один! Клянусь Богом! Нам никто не помешает!..
– И, что?.. – крикнул сверху разбойник. – Ты отпустишь меня, если я выйду победителем?..
– Да, отпущу! Клянусь!.. – ответил де Леви.
Рыцарь, стоявший рядом с ним, дотронулся до его плеча и спросил:
– Хозяин. Вы же ранены? Как вы станете биться с ним?..
– Как всегда…
В это время, сверху раздался голос разбойника:
– Черт с тобой, сенешаль! Поднимайся ко мне! Только, чур, один!..
Годфруа пошел по лестнице, рыцарь схватил его за рукав:
– Хозяин! Это может быть ловушкой…
– Плевать… – ответил ему де Леви и поднялся на этаж.
Весь второй этаж полуразрушенной башни представлял собой один большой склад награбленных вещей, которые валялись большими грудами между охапками соломы, служившими постелями для разбойников. Кучи потускневшего серебра, кресты и церковная утварь, перемешались с отрезами тканей и какими-то мешками.
Посередине комнаты стоял высокий разбойник, одетый в котту с короткими рукавами. Он был вооружен мечом и короткой секирой, свой круглый датский щит он забросил за спину. Его серые стальные, словно у волка, глаза спокойно смотрели на рыцаря, который поднялся для поединка.
– Это ты, что ли, сенешаль?.. Что-то ты мелок, как-то, для такой должности!.. – Засмеялся разбойник.
– Ничего, скотина! С тебя и такой сойдет… – Плюнул на пол де Леви, осматривая врага и комнату.
В дальнем углу он увидел пять разбойников, которые охраняли связанных сеньоров де Лузиньян и его невесту, прекрасную Луизу…
– Эй, уроды! – Крикнул им де Леви. – Смотрите у меня! Не смейте прикасаться к ним! Мессир Гуго! – Он крикнул отцу невесты – седому и статному сеньору де Лузиньян. – Я сейчас освобожу вас!..
– Какой наглец!.. – крикнул главарь разбойников и нанес де Леви быстрый удар секирой.
Годфруа уклонился от удара и принял его на щит. Щит затрещал, но выдержал мощный удар, который отозвался болью в вывихнутом плече рыцаря.
Разбойник начал бешеную атаку, чередуя удары мечом и секирой. Годфруа пока защищался, оценивая умение противника.
Силой, главарь разбойников, действительно превосходил де Леви, но умением он не отличался. Его удары были рассчитаны только на силу, а не на технику. Годфруа быстро, уже ко второй атаке, понял это. Он начал немного теснить врага, принимая его удары на щит, который был расположен в правой руке, что сильно смущало противника. Левая рука де Леви, вооруженная мечом, резкими выпадами приводила разбойника в ярость, что было на руку де Леви. Враг терял самообладание, выходил из себя, все больше и больше раздражаясь на маленького и невысокого рыцаря, так умело бившегося с ним…