Исход Русской Армии генерала Врангеля из Крыма: читать начало книги онлайн

Недалеко от города Александровска попало в плен 75 сестер милосердия, свыше 100 молодых евреев-политработников, канцелярия одного отдела 13-й советской армии. В отрезанных эшелонах в районе Софиевки было много всего оставлено, но эти эшелоны всю ночь оставались без охраны, так как наша конница подтянулась к Александровску. Там же остались и три бронепоезда красных — без охраны. Этим воспользовались красные и, сделав на маленьком отрезке пути обводный путь, ночью увели два бронепоезда, а третий, который сошел с рельс, взорвали. Жители из окрестных сел целую ночь грабили и тащили вещи из вагонов.

На другой день, 7 сентября, Дроздовская дивизия выступила в направлении на станцию Софиевка, пройдя станцию Аежина, хутор Скелеватый и село Натальино. На станции Софиевка остался 3-й Дроздовский стрелковый полк, 1-й Дроздовский полк ушел в село Софиевка со штабом дивизии, а остальные части расположились в селе Сергеевка. Возле станции Софиевка происходила еще настоящая вакханалия. На протяжении нескольких верст в сторону Александровска стояли эшелоны, около которых шныряли толпы людей. За две-три версты от полотна железной дороги валялись по полям стулья, корзины, чемоданы, различная бумага, вещи и всевозможные тряпки. Из вагонов выскакивали все время люди со всякими нужными и ненужными для них вещами. Во многих вагонах было полное оборудование для жилья, и теперь все это растаскивалось и грабилось жителями сел. Перевезти батареи, обозы 1-го разряда и даже перейти на другую сторону железной дороги, сплошь занятой эшелонами, даже на переездах, было не так-то просто. Приходилось людской силой расталкивать вагоны, чтобы образовать проходы между ними. Проходя мимо, командир 2-го батальона 2-го полка вспомнил, как были забиты застрявшими составами все пути у станции Гниловская, когда Дроздовская дивизия, оставляя Ростов в декабре 1919 года, переходила 27 декабря по льду Дон, и вслух выразился: «Это Гниловская номер 2, но на этот раз у красных».

День 8 сентября наши части оставались на своих местах расположения. На аэродром в Александровске спустился аэроплан красных, прилетевший из Каховки в штаб 13-й советской армии. Летчик не имел представления, что город уже занят частями Русской Армии, и был страшно поражен, когда его на месте арестовали. На вечер в Софиевке, наконец, был назначен концерт группы Павла Троицкого для чинов Дроздовской дивизии, но в самый последний момент был отменен, так как дивизии было неожиданно приказано приготовиться к наступлению на Синельниково. 1-й и 2-й Дроздовские стрелковые полки получили приказание перерезать железную дорогу Синельниково — Екатеринослав, а 3-й Дроздовский полк должен был, после занятия Синельникова, вместе с бригадой Конной дивизии генерала Бабиева перерезать дорогу Синельниково — Павлоград. Дроздовская дивизия выступила в поход в 21 час 8 сентября. Со 2-м полком пошли и три эскадрона 2-го Дроздовского конного полка. Остальные эскадроны были еще в пешем строю. Дивизия целую ночь двигалась по отвратительной дороге, с большими задержками у бесчисленного числа лощин и оврагов и без единого привала. На рассвете, пройдя село Ново-Гуполовка, 1-й полк подошел к селу Михайловка, а 2-й полк — к селу Васильевка. После нескольких коротких очередей конные эскадроны 2-го полка атаковали и заняли Васильевку, зарубив несколько красных на улице. Оба села были заняты дроздовцами, дальнейшее продвижение их было стремительным, и красные не смогли нигде задержаться. Возле Васильевки была захвачена кавалеристами повозка с сестрой милосердия и громадным красным флагом с надписью: «Да здравствует непобедимая Рабоче-Крестьянская Красная Армия!» В районе села Афанасьевка Конным полком Дроздовской дивизии было захвачено одно орудие и 2 зарядных ящика. Орудие было с замком, панорамой и в запряжке, но только при трех лошадях. Расстояние от Михайловки до Синельникова, 18 верст, дивизия прошла очень быстро и в четырех верстах от станции 3-я батарея обстреляла цепи красных, а 2-й полк двинулся к железной дороге Синельниково — Екатеринослав. 3-й Дроздовский полк в это время вел бой правее. Выйдя к железной дороге, дроздовцы увидели дымки успевших выскочить из Синельникова двух броневиков красных и мчавшийся на всех парах поезд, увозивший станционное начальство и обстреливаемый 7-й гаубичной батареей. Один батальон 2-го полка со взводом 3-й батареи двинулся на разъезд железной дороги на Екатеринослав, а остальные части полка свернулись и пошли в Синельниково. У разъезда произошел небольшой бой с отступавшими конными и пешими красными, и разъезд был занят дроздовцами. Красные поспешили отступить, а батальон, простояв возле разъезда около трех часов, также свернулся и отошел на Синельниково. Пройдя станцию Синельниково-Малое, батальон в колонии Гейденфельд, что в полутора верстах севернее Синельникова, присоединился к своему полку. Кубанская бригада прибыла к шапочному разбору и в бою под Синельниковом не участвовала. Как потом выяснилось, причиной их опоздания было их веселье в Александровске, накануне в городском саду, во время которого их командир скомандовал: «По коням». Их опоздание во многом уменьшило успех проведенной операции, так как успели удрать бронепоезда, меньше попало в плен, даже те красноармейцы, которые бросили винтовки в окопах, сами спокойно ушли. Не было кому их преследовать.

В этой операции дроздовцами было взято в плен свыше 3500 красных, захвачено орудие с панорамой, замком и передком, с тремя лошадьми, два зарядных ящика, пулеметы, много оружия и обозы красных. Дальнейшего продвижения и закрепления за Русской Армией Синельникова не предвиделось. Части Дроздовской дивизии, согласно полученному приказу, в 21 час двинулись в обратный марш, вдоль железной дороги, на Александровск. В 7 часов 10 сентября дивизия прибыла в Ново-Гуполовку, где и разместилась по квартирам. Линия железной дороги была по-прежнему в хаотическом состоянии, а брошенные эшелоны еще не убраны. Пакгаузы и вагоны на станции Софиевка все сгорели. Кругом была полная картина войны и разрушения. Масса брошенного большевиками ценного имущества была растащена, потоптана и попорчена рыскавшими по вагонам людьми, и особенно медикаменты в брошенных двух летучках, в которых чины дивизионного перевязочного отряда почти ничего уже не нашли. В основном все было попорчено.

Следующие дни дивизия простояла в Ново-Гуполовке. Наши бронепоезда прибыть в Александровск не могли, так как мосты еще не были починены. Сам город красные стали обстреливать с другой стороны Днепра артиллерийским огнем. 12 сентября, для усиления Марковской дивизии, ушли 7-я и 8-я Дроздовские гаубичные батареи. Ночью 14 сентября ушли в короткий рейд на Славгород 1-й и 3-й Дроздовские полки, а 3-й батальон 2-го Дроздовского полка на рассвете перешел на разъезд Ново-Гуполовку, где и оставался во все время рейда на Славгород. Уже на рассвете части 2-го полка слыхали доносившуюся со стороны Славгорода сильную артиллерийскую стрельбу, но она скоро прекратилась. Рейд был быстро закончен с полным успехом. Красных там разгромили, захватив свыше 700 пленных и пулеметы. Бывшие правее Славгорода красные части, услышав бой в районе Славгорода, поспешно отступили. В 15 часов дроздовцы, бывшие в рейде, уже вернулись в Ново-Гуполовку.

Только 14 сентября группе Павла Троицкого удалось, наконец, устроить концерт для Дроздовской дивизии — в два сеанса, — чтобы на нем могло побывать как можно большее число чинов дивизии. Все побывавшие на нем остались очень довольны доставленным развлечением. Во время концерта смех не умолкал.

Наши разведчики побывали в районе Днепра и рассказали, что видели там заставы марковцев и что там действует также отряд партизан «батьки Махно» — на нашей стороне. Эти партизаны, по рассказам марковцев, время от времени перебирались на другую сторону Днепра и тревожили красных. Во время отступления красных 6 и 7 сентября эти махновцы переловили много комиссаров и коммунистов и всех их расстреляли, а бегущих красноармейцев разоруживали и, раздев догола, отпускали на все четыре стороны.

Бросилось в глаза, что только с приходом частей Русской Армии в район Александровска крестьяне приступили к уборке хлеба на полях, и на вопрос — почему они раньше это не сделали, был общий ответ: «Мы вас ждали. Ваши еропланы сбрасывали нам бумажки, чтобы мы не поспешали с уборкой».

Население этого района было настроено явно враждебно к красным, так как они его ограбили, отбирая все и вся. Красные отдавали просто невыполнимые приказания о поставках или сдаче того или другого. Для примера одно из приказаний селу Сергеевка: «Доставить немедленно 40 пудов кур и по 15 яиц с курицы». Отбирая скот и свиней, платили гроши или просто давали только расписки. Нам крестьяне все охотно давали и продавали. Вообще, просто говоря, были очень рады нашему приходу. На полях сразу закипела работа по уборке хлеба, и наши солдаты в этом помогали.

15 сентября на участке Дроздовской дивизии было спокойно. Получено было сообщение о крупном успехе донцов, занявших город Мариуполь, где была захвачена богатая добыча. На острове Хортица марковцы отбили наступление девяти красных полков. Так как появились слухи о сосредоточении против дроздовцев крупных сил в районе Тернового, лежащего в двенадцати верстах к северо-западу от села Ново-Гуполовка, последовал приказ дивизии отправиться в рейд в этот район. В первом часу 16 сентября дивизия выступила, имея в голове колонны 2-й стрелковый полк. 3-я батарея шла с головным батальоном. Ночь была холодная, но светлая — полная луна. К рассвету головной батальон подошел к селу Александрополь, находящемуся в трех верстах севернее села Тернового. Была полная тишина в селе. Батальон остановился, через пять минут развернулся к бою и двинулся дальше. Красные молчали, и, только когда наши цепи уже подошли к первым домам, со стороны красных заработали два пулемета, но стреляли недолго и пули летели высоко вверху. Один взвод батареи снялся с передков и послал в сторону стрелявших пулеметов несколько гранат, а наша пехота с криками «Ура!» устремилась в село. Конный полк и конный дивизион 1-го полка помчались вперед в обход села. Генерал Туркул находился при головном батальоне, впереди. Красные бросились удирать и из Александрополя, и из Тернового по балке, которую в то время уже перерезали конный полк и дивизион 1-го полка. Все бывшие в этих поселениях красные попали в плен. Захвачены — 2 орудия, 2 зарядных ящика в полной исправности (с ездовыми, номерами и всеми лошадьми), пулеметы, вся пехота и обозы. В селе Терновом конники зарубили командира 69-й советской бригады. Согласно найденного боевого приказа в штабе бригады, группа «товарища» Нестерова, состоявшая из девяти полков, должна была в этот день «ликвидировать» Дроздовский отряд, расположенный в селе Ново-Гуполовке, при 12 орудиях. Красное командование дало неточные данные о числе орудий, так как в то время в дивизии было 20 орудий. 68-й советской бригаде было приказано, совместно с бронепоездами, на рассвете 16 сентября завязать бой у восточной окраины села Ново-Гуполовка, а рано утром из села Терновое должна была выступить захваченная уже в плен 69-я советская бригада, чтобы, обойдя Ново-Гуполовку слева, атаковать с запада. За центром должна была наступать резервная советская бригада, по расписанию выходившая с ночлега позже 69-й бригады. Уже совсем рассветало, когда части дивизии выдвинулись севернее балки, в которой расположены села Терновое и Славгород, и дивизия, повернув круто направо, пошла на Славгород.

В это время в районе Ново-Гуполовки, в которой остался 3-й Дроздовский полк и куда накануне вечером прибыло 5 броневиков, шел бой. 3-й полк был атакован красными, но с помощью броневиков их быстро отбросил от Ново-Гуполовки и стал преследовать.

Наступая на Славгород, 2-й Дроздовский полк вскоре вышел в тыл красных. 1-й Дроздовский полк двигался за ним. Колонну дроздовцев красные вначале приняли за свою, подход которой они ожидали, бригаду, и не проявляли беспокойства. 3-я и 4-я Дроздовские батареи выехали вперед и стали на открытых позициях, открыв беглый огонь по красным. В это же время конные части дивизии, проскочив незаметно между домами и деревьями хутора Ремнева и Рита, быстро развернулись в лаву. Атаковав красных, подавленных уже огнем восьми орудий, наши конники своим внезапным появлением вызвали среди них такую панику, что те, несмотря на то что они во много раз численно превышали атакующих, все, без единого выстрела, бросив оружие, сдались. Это был редкий по красоте бой, и он произошел на глазах артиллеристов — на очень небольшом расстоянии.

Пока собирались пленные, Дроздовская конница со взводом 3-й батареи подскочила к вокзалу Славгорода, от которого на всех парах уходили два красных бронепоезда в такой панической суматохе, что даже не стреляли. Бронепоезда успели ускользнуть, и коннице уже больше ничего не оставалось, как свернуться и двинуться на присоединение к своей пехоте. Части дивизии уже также свернулись и стали вытягиваться на дорогу в направлении на Ново-Гуполовку. На хвост 1-го полка в это время вышла подоспевшая советская резервная бригада. Без особого труда 1-й Дроздовский полк отбросил красных, которые поспешили быстро отступить. Части дивизии продолжали свой обратный путь на Ново-Гуполовку совершенно открыто. Батареи двигались по дороге приблизительно верстах в четырех от железной дороги. Бронепоезда красных, видя, что дроздовцы уходят, вернулись и начали обстреливать колонну дроздовцев. К счастью, они стреляли очень вяло и неточно, но потери в батареях все-таки были. Были убиты младший фейерверкер Беляев и канонир Геллер, тяжело ранены подпоручик Куладин, младший фейерверкер Хохлов и канонир Обухов, контужены штабс-капитан Орлов, штабс-капитан Люш и младший фейерверкер Бочаров. Разорвавшимся под орудием снарядом были попорчены тормоз и две спицы в колесе. Эти потери были совсем излишние, и их можно было избежать, если бы батареи двигались по другой дороге, невидимой с бронепоездов красных. В полках за весь день потерь было очень мало.

На этом операция была закончена. За время ее было взято в плен 1100 красноармейцев, захвачены 2 орудия и 2 зарядных ящика в полной упряжке, свыше 20 пулеметов и многочисленные обозы красных. В числе пленных оказался весь командный состав 205-го советского полка во главе с его командиром. Было зарублено много красных, и в их числе командир 69-й советской бригады. Этим рейдом дивизии планы красных были серьезно расстроены.

17 сентября на участке Дроздовской дивизии было спокойно. Стало известно, что красные усиленным темпом окапывались на линии разъезда Ивковка, которая верстах в пятнадцати севернее станции Славгород. Бронепоезда красных за целый день не появлялись. Наши поезда стали ходить до станции Софиевка; все эшелоны были с пути убраны. Теперь выяснилось, что при взятии Александровска было захвачено свыше 1000 вагонов, 20 цистерн и 33 исправных паровоза. О рейде на Синельниково было сообщено официально очень коротко: «Севернее Александровска в боях взято много пленных и другие трофеи».

18 сентября появились опять бронепоезда красных и, выйдя за станцию Славгород, постреливали. По этому поводу один из жителей Ново-Гуполовки так выразился: «Наверно, вы сегодня ночью пойдете, а то они опять днем дразнились». Видимо, теперь у жителей было определенное предположение о способе наших действий, и для них не являлись неожиданностью и тайной все наши предполагаемые рейды.

За эти дни, во время боев в районе Мариуполя (15 и 16 сентября), попало в плен до 3500 красных, в районе Волновахи — до 2000 красных, взято 7 орудий и 12 пулеметов. Красная конница, проведшая налет на Ольгинскую, была рассеяна, бежала на восток и оставила в наших руках пленных и пулеметы. Всего за это время донцами было взято свыше 5500 пленных, много пулеметов, орудий, 1 бронепоезд, 5 паровозов, свыше 100 вагонов, обозы красных и разное имущество. Донцы, преследуя красных, заняв станции Караванная и Мандриково, уничтожив там громадные склады красных, к вечеру уже были в Юзовке. Там они обнаружили, что в каменноугольном районе отношение рабочих к большевикам отрицательное.

Вечером было получено приказание Дроздовской дивизии быть готовой к походу. Наш житель оказался прав в своем предположении. Предстояло ночью выступить для ликвидации группы красных в районе Варваровки — совместно с Кубанской дивизией генерала Бабиева.

Немного раньше полуночи на 19 сентября Дроздовская дивизия выступила в очередной рейд. Кубанцы ушли еще раньше, так как им предстояло пройти прямо умопомрачительный путь за один день. Они должны были выступить из Глебовки, что верстах в 30 восточнее Ново-Гуполовки, перерезав железную дорогу Синельниково — Чаплино, выйти севернее Синельникова. Дальше им нужно было, перерезав линию железной дороги Синельниково — Павлоград, занять Синельниково. После этого кубанцы должны были прогуляться до станции Игрель и уничтожить там мост.

Дроздовской дивизии была дана задача: из Ново-Гуполовки пройти на Александровку, Богдановку, Бочары, Николаевку (местное название — Рудино), разъезд Ивковку, Варваровку, Васильевку № 1 на Днепре и на Варваровку у реки Днепра. Занимая по очереди эти населенные пункты, дивизии было предписано уничтожить там части противника. Впереди шел 1-й Дроздовский полк, за ним должен был двигаться 3-й Дроздовский полк, 2-й конный полк и конный дивизион дивизии, между ними броневики, а в заключение — 2-й Дроздовский стрелковый полк. Батареи дивизии находились при полках.

1-й Дроздовский полк выступил в рейд значительно раньше всех остальных частей дивизии. Было еще темно, и 2-й Дроздовский стрелковый полк еще не успел подойти к селу Бочары, когда в это время 1-й Дроздовский полк уже был у села Николаевка. Находившиеся в селе красные проспали, и их всех дроздовцы захватили в плен. На рассвете 2-й Дроздовский стрелковый полк подошел к железной дороге у разъезда Ивковка. В это время к разъезду двигались из Славгорода на Синельниково два бронепоезда красных. На их глазах подрывники полка взорвали железнодорожное полотно, и, таким образом, для них был отрезан путь отхода на Синельниково. Артиллерийским огнем бронепоезда были отброшены назад в сторону Славгорода. После этого 2-й полк, выделив 3-й батальон со взводом 3-й батареи для ликвидации бронепоездов, продолжал движение дальше.

Вернемся теперь ко 2-му стрелковому полку. Колонна полка двинулась в направлении на Варваровку, 3-й батальон полка со взводом 3-й батареи направился вдоль железной дороги на Славгород для ликвидации отрезанных бронепоездов красных, которые в это время вели бой с оставленным в Ново-Гуполовке дивизией батальоном. В это время правее и севернее Синельникова слышна была сильная артиллерийская стрельба. Там наступала Кубанская дивизия генерала Бабиева и в составе ее 1-я и 5-я конные батареи. На сей раз кубанцы выступили в рейд вовремя, а не так, как это было 9 сентября. Бронепоезда красных два раза пытались подойти к разъезду Ивковка, но их отгоняли артиллерийским огнем обратно на Славгород. Нашим артиллерийским солдатам эта операция почему-то очень не нравилась, так как местность была открытая и, кроме того, они предполагали, что красные без упорного сопротивления своих бронепоездов не сдадут и поэтому у нас будут большие потери. Наступал 3-й батальон с большой осторожностью, и, когда цепи стали подходить к станции Славгород, тогда вправо от нее показалась небольшая цепь пеших при четырех конных, двигающаяся с юга на север. Справа, в районе села Тернового, что было севернее этой цепи, шел в это время сильный бой. Пока командиры батальона и артиллерийского взвода решили, кто это может быть, цепь уже стала спускаться в лощину. Тогда стало ясно всем, что цепь красных. Штабс-капитан Орлов выкатил орудие на открытую позицию и обстрелял отступавшую цепь красных, но уже на больших прицелах, гранатами. Было видно, как после нескольких выстрелов были сбиты с коней всадники, при разрыве гранаты, и упало несколько пеших. Красные очень быстро вышли из предела обстрела, и за дальностью расстояния дальнейшая стрельба была бесцельна. После оказалось, что это была цепь отступавших команд красных бронепоездов, к которым подошли уже цепи 3-го батальона. Красные бросили свои два бронепоезда, из которых один, «Атаман Чуркин», был тяжелый и вооруженный 6-дюймовыми и 45-миллиметровыми орудиями, а другой, «Ермак Тимофеевич», с четырьмя русскими легкими пушками во вращающихся башнях. При поездах паровозы, защищенные броней, в полной исправности и под парами. Замки с орудий и часть замков с пулеметов красные побросали в паровозные топки, но все остальное на бронепоездах было в полной исправности. Было захвачено больше 700 снарядов для русских орудий, около 60 крупных калибров для морских орудий бронепоезда «Атаман Чуркин», свыше 20 пулеметов и к ним лент — без числа. Бывшее на бронепоездах другое имущество братски поделили между собой пехотинцы и артиллеристы, а бронепоезда были немедленно же, с их паровозами, отправлены на разъезд Ново-Гуполовку, и затребован из Александровска ремонтный поезд для исправления взорванного у разъезда Ново-Гуполовка железнодорожного полотна. Так как в этом районе 3-му батальону больше нечего было делать, он свернулся и двинулся на присоединение к своему полку, который нашел уже в селе Михайловка располагавшимся по квартирам. Оставим отдыхать 2-й полк и посмотрим, что сообщил в своей книге генерал Туркул о действиях остальных частей дивизии в этот день. [См. в этой же книге с. 306–308. — Примеч. ред.}

Пролетавший над Михайловкой, где расположился на отдых 2-й Дроздовский стрелковый полк, наш летчик сбросил сообщение о том, что кубанцами взято много пленных, в полной исправности бронепоезд «Свердлов», поездные составы, все штабы, зарублен начальник группы красных Нестерович и захвачено много разного имущества.

Дроздовская дивизии, согласно первоначальному приказу, должна была к вечеру 19 сентября занять линию фронта Петровское — Синельниково, но, вследствие большого боевого марша, совершенного за сутки, и потому что дальше продвигаться уже не имело смысла, так как красных сил перед дивизией уже не было (все было разгромлено и взято в плен), 2-й Дроздовский стрелковый полк остановился на отдых в селе Михайловка, а остальные части дивизии в селе Варваровка у Днепра. Кубанская дивизия в 13 часов выступила из Синельникова в направлении на город Екатеринослав. За эту операцию только Дроздовской дивизией взято много пленных, 2 бронепоезда, один сгоревший броневик, орудия, из которых 6 в полной упряжке с зарядными ящиками, ездовыми и номерами, много пулеметов и обозы красных.

Под утро 20 сентября прошел сильный дождь с грозой. Днем сразу стало холодно и сыро. В 14 часов 2-й Дроздовский стрелковый полк выступил обратно в Ново-Гуполовку. Еще раньше туда же выступили из Варваровки и все остальные части дивизии, кроме 3-го стрелкового полка, который ушел в Синельниково, чтобы оттуда вывести броневик «Свердлов», взятые составы и захваченное имущество. Кубанцам же предстояло, согласно полученному приказу, за день прогуляться со станции Игрень на станцию Чаплино и разрушить там железнодорожный узел. Путешествие в общем верст восемьдесят.

Когда 2-й Дроздовский стрелковый полк подошел к Ново-Гуполовке, а это было около 18 часов, перед взорами всех предстала картина: перед селом была выстроена и окружена пулеметами вся масса захваченных в плен красных, из которой выбирали коммунистов, лиц командного состава и разного рода политруков и военкомов. Судьба коммунистов и большинства отобранных была незавидная — расстрел. Печально это, и тяжелое и неприятное впечатление оставляют подобные массовые расстрелы, но ничего не поделаешь, иначе нельзя было. В Синельниково были отправлены наши бронепоезд и ремонтный поезд, и к следующему утру оттуда удалось все вывести и доставить в Александровск.

21 сентября в Ново-Гуполовку прибыл запасный батальон Дроздовской дивизии, в составе около 600 штыков, под командой полковника Тихменева. Этот батальон был отправлен в распоряжение Марковской дивизии. В это время в 1-м Дроздовском полку было свыше 1500 штыков, во 2-м Дроздовском — около 900 штыков, в 3-м полку — свыше 700 штыков. 2-й Дроздовский конный полк уже полностью сел на коней и насчитывал в строю до 600 сабель. Кроме того, при каждом полку были многочисленные команды конных разведчиков. Артиллерия Дроздовской дивизии: в 1-м и во 2-м дивизионах все орудия были в полной упряжке и батареи 4-орудийные, но в 3-м дивизионе не хватало лошадей и некоторые орудия не были в строю. 4-й гаубичный дивизион — в полном строю, но не был при дивизии, а батареи стояли в немецкой колонии Шенвиз, южнее города Александровска, временно находясь при Марковской дивизии.

Настроение во всех Дроздовских частях было отличное. Население деревень и города Александровска особенно хорошо относилось к нашим частям. Про красных рассказывали прямо невероятные вещи. Надоели они им и насолили весьма солидно.

— Уж они нам так обрыдли, так обрыдли, — жаловались всюду и везде жители, все в один голос и вполне искренно.

С нашим приходом у всех настроение стало бодрое, и крестьяне без боязни приступили к молотьбе. Почти в каждом дворе шумели и гудели разные машины, а наши солдаты в свободное время крестьянам помогали. Как-то особенно успокаивающе действовал на нервы весь этот шум разных молотилок.