— Ты не перепутал, О̕'Доннел?
— Нет. У меня отличная память на лица. И она меня тоже узнала…
Лолита стоящая рядом, но так, чтобы Райен её не видел, молча кивнула…
— Кто тебя послал, Райен?
— Ты же не убьёшь меня?
— Ты вроде бы ирландец, а не еврей?
— Я — ирландец…
— Тогда почему ты отвечаешь вопросом на вопрос. Я тебя вроде бы ясно спросил: Кто тебя послал?
— Бадди! Это Бадди…
— Кто такой Бадди?
— Наш босс. Бадди. Джеймс МакЛин…
— Зачем?
— Чтобы схватить девчонку…
— Зачем?
— Я не знаю… Она… Она украла у Бадди деньги…
— Где я смогу найти Бадди?
В парке было безлюдно. И мне не составило труда задать ирландцу много вопросов. Он только поначалу попытался запираться. Но острый нож возле глаза помог ему разговориться. Мы узнали и адрес дома Бадди. И даже адрес отеля, где остановились приезжие колумбийцы… Я про это и не спрашивал даже… Потому что не знал… А теперь знаю. «Язык» попался очень разговорчивый.
Лолита убила его, не моргнув глазом. Нож в сердце — хороший аргумент для бандита. Она мне пояснила позже, что этот Райен был среди тех, кто убивал её брата… А я, узнав, что колумбийцы ещё не покинули Бостон, посоветовал оставить на трупах фирменный знак, известный ещё со времён вооружённого конфликта в Колумбии в пятидесятых годах… Колумбийский галстук.
Моя кровожадная Лолита спросила только одно.
— Вертикальный или горизонтальный?
Я даже не понял сперва, потому и переспросил.
— Чего?
— Разрез делать вертикальный или горизонтальный?
— Мне всё равно. Можешь сделать одному так, а другому по другому…
— Поняла. — ответила девушка и засучив рукава, принялась за работу…
Вот, что мне нравится в этой девчонке, это её первобытная жестокость и желание выглядеть красиво… Она резала горло мёртвому ирландскому бандиту, при этом старалась не запачкаться в крови… Не поверите… Ей это удалось.
А потом она ещё долго очищала нож от крови, прежде чем убрать его в карман.
Мы спокойно покинули территорию Гарварда. Немного погуляли по городу. Прохладный ветерок приятно освежал… Лолита держала меня под локоть, при этом прижималась ко мне всем телом. Мне показалось, что она немного дрожит.
— Тебе холдодно? — поинтересовался я.
— А… Что? Нет…