— Парни! Какого хрена?
Договорить мне не дали. Оплеуха, что-то среднее между пощёчиной и подзатыльником, прилетела мне с левой стороны, а не справа, как я ожидал.
«Левша» — сделал я вывод. — «Запомним».
Зато в момент, когда я отклонился в сторону, мне удалось увидеть второго. Он, схватил Лолиту за плечи и не смотрел в нашу сторону.
Удар костяшками пальцев в кадык Левша пропустил. Ну не ожидал он такого от испуганного пацана. Вторым ударом я пробил ему в «солнышко», и он практически беззвучно осел на землю, хватаясь за горло и пытаясь вдохнуть.
Но всё-таки какой-то звук он исторг, чем и привлёк внимание второго. Обернувшись, то узрел картину, увидеть которую ну никак не ожидал. Его напарник, большой и сильный, валялся на земле, корчась от боли. А щуплый паренёк, которого и всерьёз-то никто не воспринимал, стоял над телом друга, как ни в чём не бывало.
И тогда в ход пошли козыри. Ирландец достал из кармана пистолет.
Глава 25
Глава двадцать пятая.
Если долго сидеть на берегу реки, то можно не дождаться, когда по ней проплывёт труп твоего врага. Зато застудить почки — это как два пальца об асфальт.
Поздний вечер 04 августа. 1974 год.
США. Парк общины Гарварда.
Меня всегда интересовала разница в менталитетах между российскими и американскими полицейскими. Наши доставали пистолет, кричали что-то типа: «Стой! Стрелять буду!», а потом получали нож в живот, или дубиной по башке. Порою даже и не успевали сделать предупредительный выстрел в воздух.
Обвешанный со всех сторон инструкциями запрещающими ему применять оружие, и не желающий иметь перспективу отписываться потом за каждый патрон в прокуратуре, советский, а позже уже и российский милиционер просто боялся стрелять… И потому пистолет был всегда не готов к стрельбе. Всё патроны прятались в магазине, пистолет стоял на предохранителе и был убран в кобуру, застёгнутую на кнопку.
Чтобы достать пистолет из кобуры, снять его с предохранителя, и дослать патрон, требовалось время. Немного, но порою его не хватало дисциплинированному милиционеру, для того чтобы спасти свою жизнь.
Американские копы, чаще всего сперва стреляли, а потом уже думали о последствиях. То, что после этих последствий начинались всякие неприятности типа «чёрных» погромов, это мелочи… Зато американские полицейские выживали в схватке с преступником.
Ирландский боевик сделал ту же ошибку, что и советский милиционер. Он не собирался стрелять в меня сразу из своего пистолета. Он угрожал мне пистолетом. Пистолетом, не снятым с предохранителя.
Я даже поднял руки с раскрытыми ладонями перед собой.
— Эй! Ты чего?
Он не успел мне ответить. Дистанция была самая что ни на есть подходящая для ближнего боя. Я ушёл, как учили, с линии огня, захватив его руку левой, а правой отжал его ладонь, после чего, врезав ему в пах ногой, заломил руку с пистолетом, так, что он смотрел уже не на меня…
Я хотел действовать и дальше, но Лолита, уже достав «бабочку», воткнула нож в грудь противника.
Рука, держащая пистолет, сразу ослабла, и вот уже оружие перекочевало ко мне. Я сразу же снял его с предохранителя и дослал патрон.
Бандит ещё дёргался в агонии, а я уже вернулся к Левше. Быстро его обыскал и стал обладателем ещё одного пистолета. Все были, как под копирку похожи на тот, что я забрал в своё время у Бена, и из которого несколько минут назад «застрелился» мой чернокожий «друг» Митчел. Так же в карманах Левши нашлось водительское удостоверение на имя Ryan O’Donnеll (Райен О̕'Доннел). Мне показалось странным, что фотографии на правах не было…
Левша всё ещё кашлял и не мог прокашляться… Я влепил ему по морде, зажатым в руке пистолетом, чтобы привлечь внимание. А потом приставил ствол аккурат промеж испуганных глаз и сказал спокойным голосом:
— Привет, Райен! Как дела?
После того, как ирландец проморгался, я продолжил:
— Вы чего к нам прицепились?
— Эта девка… — хрипло начал Райен.
— Ну, да… — прервал его я. — Моя сестра Хлоя Морган. Чего тебе от неё надо?
— Она… Это же Мария, сестра Луиса.