Жестокое желание (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я поджимаю губы, тяжело дыша. Мысль о том, что он сейчас уйдет, почти болезненна. Я молча беру его за руку и вытаскиваю из кухни, веду через гостиную и дальше по коридору.

Как только мы оказываемся в моей спальне с закрытой дверью, Лоренцо снова тянется ко мне. Я задыхаюсь, когда его рот прижимается к моему, его руки ложатся на мою талию, бедра, изгибаются вокруг моей задницы, и он без труда поднимает меня, а мои ноги обхватывают его бедра. Он несет меня к кровати, опрокидывая на нее, и, когда он присоединяется ко мне, я кладу руку ему на грудь, останавливая его, когда он склоняется надо мной.

— Я работаю на тебя. — Шепчу эти слова, чувствуя, как они повисают в воздухе между нами.

— Мне уже все равно. — Его взгляд горяч и голоден, он смотрит на меня так, будто умирает от голода, а я — пир. — Я думал о тебе каждый день с тех пор, как увидел тебя в том особняке. Каждую ночь. Я только фантазирую о тебе. Я не прикасался к другой женщине с тех пор, как увидел тебя. Я не могу хотеть никого, кроме тебя. И как только я попробовал тебя на вкус… — Его глаза закрываются, его колени раздвигают мои, когда он проникает между моих ног, горячий, тяжелый вес его члена давит мне на бедра. — Ты нужна мне, Мила.

Он имеет в виду сегодняшнюю ночь. Он не может иметь в виду ничего другого. Это невозможно. Но этого достаточно, чтобы ослабить мою защиту до предела — как будто ее и так не было.

— Лоренцо, я…

— Ничего не изменится. — Он поднимает руку и убирает мои волосы со щеки, кончиками пальцев проводя по скуле. — Только на сегодня, Мила. Мне нужно…

— Ты сказал, что это что-то изменит. Как это может ничего не изменить? — Я делаю жест между нами двумя, на его тело, распростертое на моем, на дикое желание в его глазах, на то, как мы почти прижались друг к другу, даже когда пытаемся придумать, почему нам стоит остаться врозь. — Как ты можешь говорить все это и думать, что это ничего не изменит?

— Может, я лгу тебе. Может быть, я лгу себе. — Его лицо напрягается, по нему пробегает дрожь, когда он снова проводит большим пальцем по линии моей скулы. — Я пришел сюда, как только подумал, что могу быть тебе нужен. Я не… я не такой, Мила. Я не тот мужчина, которому нужен кто-то еще. Я не тот мужчина, который так хочет. Кто испытывает такое вожделение. Я никогда им не был. Но сейчас…

Он испускает вздрагивающий вздох, другой рукой тянется к моей ноге и обхватывает ее за бедро. Он опирается на меня всем весом, чтобы я почувствовала, какой он невероятно твердый.

— Прямо сейчас, Мила, — дышит он, — я чувствую, что могу умереть, если не смогу быть внутри тебя.

Моя защита рушится. Я никогда не слышала, чтобы мужчина говорил со мной так, даже не представляла себе этого, и я беззащитна перед этим. Я знаю, что есть дюжина причин, по которым я должна вышвырнуть его из своей постели, почему я должна сказать ему, чтобы он ушел, почему я вообще не должна была позволять ему появляться в моей квартире. Но я тянусь к нему, притягиваю его рот к своему, а мои ноги обхватывают его бедра, и я чувствую, как он прижимается ко мне, словно испытывая облегчение от того, что я не сказала ему уйти.

Мы лежали так очень долго, дольше, чем я могла себе представить. Я думала, что все будет быстро, жестко и грязно, если мы наконец сдадимся, но в Лоренцо есть такая глубина тоски, что я чувствую, как она вытягивается из него по сантиметру, как будто он мужчина, который никогда не был нежным, никогда не был мягким и наконец поддается желанию почувствовать это со мной. Где-то на задворках сознания я слышу, как кричу, что это слишком нежно, слишком интимно, что то, чем мы являемся друг для друга, не должно так ощущаться. Но я не могу заставить себя торопиться.

Он целует мой рот сначала медленно, потом сильнее, поглощая меня, а затем снова отступает, пока его руки скользят по моим волосам и прослеживают столбик моей шеи, спускаясь к груди. Я чувствую, как он снимает с меня майку, оставляя кожу обнаженной в прохладной комнате, и первое прикосновение его губ к изгибу моей груди заставляет меня выгнуться дугой и задохнуться.

Я должна молчать, но это кажется невозможным. Даже простое прикосновение его губ к моему соску, скольжение языка по нему, когда он напрягается, заставляет меня потянуться вверх и запустить пальцы в его волосы, удовольствие разливается по всем моим нервам. Все, что я могу сделать, это не застонать вслух.

Его рот прокладывает влажную дорожку к другой груди, повторяя движения, пока оба моих соска не становятся твердыми и пикообразными, а моя голова не откидывается на подушки, а бедра не бьются о его бедра. Рот Лоренцо опускается между моих грудей, по гладкой вогнутой плоти живота, вниз, к пространству между бедрами, когда его пальцы впиваются в ткань моих леггинсов. Он проводит зубами по первой линии кости, затем по другой, а потом резко стягивает леггинсы вместе с трусиками.

Через мгновение я оказываюсь полностью обнаженной под ним, в то время как он все еще полностью одет. Он смотрит на меня сверху, темные волосы растрепаны по лицу, зеленые глаза горят вожделением, когда он обхватывает меня одной рукой за бедро. Он отводит мою ногу назад, его рука скользит по моему животу, пальцы тянутся вниз, чтобы раздвинуть складки моей киски, а его взгляд скользит между моих ног.

— Ты чертовски красива, — дышит он, его глаза снова встречаются с моими, и тут я чувствую горячий прижим его рта к моей ноющей плоти.

Он стонет, звук приглушенно отдается во мне, его язык скользит от моего входа к моему клитору в одном горячем, долгом лизании, которое заставляет меня дрожать, моя голова откидывается на подушку, чтобы заглушить мой крик удовольствия. Не знаю, как мне удается справиться с необходимостью молчать, мне хорошо, слишком хорошо, и каждый мускул моего тела дрожит от усилий, пока он целует и облизывает мои складочки и клитор с той же медлительностью, с какой он использовал мой рот. Сначала нежно, а потом все сильнее, его мягкое внимание переходит в голодное пиршество, когда его губы смыкаются вокруг моего клитора, всасывая мою набухшую плоть в рот. Его язык порхает по ней, и я чувствую, как мои пальцы впиваются в его волосы, дергая за корни и царапая кожу головы, пока я все ближе и ближе подхожу к краю, не находя выхода своей потребности кричать о том, как это хорошо.

Я хочу оказаться там, где нам не придется молчать. Я хочу стонать, выть и кричать, пока он лижет и сосет, стремясь отправить меня за грань, и мои пальцы впиваются в одеяло, когда я выгибаюсь навстречу его рту. Я чувствую, какая я мокрая, мокнущая на его лице, и едва не прикусываю язык, пытаясь сохранить молчание, когда давление его рта становится все сильнее, все жарче, и из меня врывается оргазм.

Мои бедра выгибаются навстречу его губам, и я сильно кончаю ему на лицо, оседлав его язык, а мои бедра сжимаются вокруг его головы. Это так хорошо, что почти невыносимо, удовольствие настолько сильное, что почти больно, и я чувствую, как он прижимает меня к кровати, обхватив рукой мою ногу, пока я извиваюсь на нем. Кажется, что это не прекратится, волна за волной наслаждения, настолько сильного, что я задыхаюсь, когда оно наконец стихает, а пульсация между ног становится интенсивной и все еще ноющей.

Лоренцо поднимает голову, его рот блестит от моего возбуждения, а глаза темны как никогда от потребности.

— Боже, Мила…

— Пожалуйста. — Я задыхаюсь, тянусь к нему, отчаянно желая почувствовать его обнаженную кожу на своей, его обнаженное тепло, заполняющее меня. — Иди сюда. Пожалуйста.

Он двигается вверх по моему телу, не оказывая никакого сопротивления, когда я начинаю дергать за пуговицы его рубашки. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, на его губах все еще ощущается мой вкус, яркий, острый привкус, когда я расстегиваю его рубашку в торопливой лихорадке. Кажется, я чувствую, как одна из пуговиц отрывается, но он, похоже, не замечает этого, или ему просто все равно.

Когда он освобождается от рубашки, я окидываю его взглядом, впервые видя его без одежды. Его грудь худая и мускулистая, с россыпью темных волос и татуировками, идущими по внутренней стороне плеч, по грудным мышцам и огибающими бока. Татуировки, которые могут быть скрыты футболкой, которых я никогда раньше не видела, и это делает их еще более сексуальными, когда я вижу их сейчас. Я тянусь вверх, проводя кончиками пальцев по линиям, и чувствую, как он вздрагивает от моего прикосновения.

Он тянется вниз, чтобы расстегнуть ремень, и резким движением спускает молнию. Мне приходится подавить очередной стон, когда его член вырывается на свободу, толстый, длинный и невероятно твердый, а толстая вена на его вершине заметно пульсирует. Я тянусь к нему, обхватывая пальцами горячую, напряженную длину, и глаза Лоренцо закрываются.

— Иди сюда, — шепчу я, раздвигая ноги чуть шире, и провожу его между бедер.

Лоренцо слегка приподнимает меня, его руки лежат на моей талии, прижимая меня спиной к подушкам. Его член упирается в мой вход, тупое давление говорит мне о том, насколько он велик — почти слишком велик для моей миниатюрной фигуры. Я далеко не девственница, но предвкушение растяжения его члена заставляет меня чувствовать себя таковой.

Он тоже это чувствует.