Возвращение императора. Невероятные приключения в XXI веке. Петр I и президент: читать начало книги онлайн

Его жена обнаружила в себе незаурядный талант пользоваться положением мужа. Сначала она организовала для семьи переезд в Москву, а дальше только ставила Ивана Даниловича в известность о том, что семья переезжает в лучшие, а затем в еще более достойные условия.

– А ты меня тыкала, что из трудов праведных не построишь палат каменных! – подкалывал жену Иван Данилович.

– Да, дорогой! Ты у нас все трудишься! – не возражала Алиса Ивановна. Она и дочь были очень довольны тем, что он не вмешивается в их закулисные игры.

– Вот ведь – построил же, и все честным путем! («Все по-честному» – было его любимым выражением.) И не подсовывайте мне эти буржуазные тряпки! – Иван Данилович все еще считал скромность одним из достоинств. – Вон сколько лейблов понатыкано!

Алиса Ивановна, всю жизнь мечтавшая видеть рядом импозантного, хорошо одетого мужчину, возражала:

– Я самое скромное для тебя подобрала. По твоему вкусу.

– По моему вкусу?! Что это? «Хуго Босс»? Тьфу! Или «Дольче и Кабано» – по моему вкусу? Для кабанов и пошито! Верни в магазины, я в отечественном похожу!

– Пап, ну нужно выглядеть прилично, все-таки Кремль, – сетовала дочка. – А то когда тебя по телевизору показывают, стыдно смотреть.

– Вот-вот, – поддакивала жена. – Иван, ты же на людях! Что, там тебе и подсказать некому? Должны же у вас быть стилисты! Вон сколько желающих на тебя свои шмотки надеть! Реклама товару – лучше не придумаешь. Необходимо тебе своим имиджем заняться! Даже Толик оделся как человек, а ты, Иван Данилович, прости меня, на лоха похож. Хоть бы костюм приличный заказал, ты ведь на виду. Говорят, что при монтаже тебя из кадра вырезают и вообще снимать не хотят.

– А мне и не надо!

Совсем другое дело Егор. Этот умел идти в ногу со временем, был хорошим учеником, брал пример с лучших. А примеры играют огромную роль в нашей жизни!

«Посмотри на Сережу, – говорила нам мама в детстве, – он слушается взрослых, он хороший мальчик». И нам уже хотелось ущипнуть Сережу, чтоб тот заорал и перестал быть хорошим в глазах мамы. Но желание похвалы остается. Этим желанием умело пользовались в школах, когда предлагали примеры героев, которыми восхищалась страна. Егор нуждался в равнении на кого-то. Но история нашей страны менялась быстрее, чем его привязанности. Социалистическая система развалилась, и Павлики Морозовы и Николаи Островские уже не вдохновляли. Егора отдали в Суворовское училище, и тут бы ему увлечься личностью Суворова, но известное выражение «Пуля – дура, а штык – молодец» встало на пути обожания. Егор, отдававший предпочтение огнестрельному оружию, был с полководцем не согласен.

Брать пример с местных командиров не хотелось. По утрам они орали по пустякам, багровея так, что вздувались жилы на шее. А по вечерам, под алкогольными парами, выбирали жертву и упоительно измывались над нею. Однажды Егор был свидетелем, как один из старших по званию, выйдя из барака еще возбужденным после такого занимательного вечера и сплюнув на асфальт, который заставлял молодняк очищать с помощью зубных щеток, заметил дружку: «Учил сейчас одного желторотого, не поверишь – это лучше, чем секс!».

С этого момента Егор понял, что равняться на живых у него нет желания. Герои прошлого привлекли его внимание. Прошлого, которое уже слишком далеко от сегодняшнего дня, чтобы изменилась его трактовка. Победа русской армии над французами, разгром наполеоновских дивизий. Триумф Кутузова. Но опять возникали вопросы и сомнения. Прозорливость Кутузова была в том, что он заманил врага в глубь страны, истощил его силы Бородинским сражением, сохранил армию, пожертвовав Москвой, а после этого заставил французов отступать по той же Смоленской дороге, где не осталось больше провианта, чтобы настигать его, теряющего силы, и добивать. Егор же признавал открытый бой, схватку.

В голове мысли сталкивались, пока не родилась истина. Даже у ушедших героев были свои недостатки. Идеалов не было в прошлом, не может быть и сейчас!

Тогда Егор решил выбрать для себя пример, который был полон противоречивых поступков, но по сути и по главном близок к тому, как сам Егор видит и понимает свою жизнь. Героем этим оказался Петр Великий. Он был человеком действия. Для него не было невозможного. Он жертвовал всем ради своей казавшейся неосуществимой цели – процветания России! Такая историческая фигура, – то что надо!

Как только Егор выбрал себе кумира, жизнь его стала легче. Он спокойно переносил тяготы службы, представляя Петра, тянущего изо всех сил канат, на конце которого огромный корабль. Его камзол перепачкан в грязи, он спотыкается, падает, поднимается опять и все тащит этот немыслимо тяжелый груз, не бросая его, и наконец выводит торжествующе в открытое море. Егор знал о любимом герое все: характер, слабости, желания и мечты. И когда его, отличника военной службы, порекомендовали направить в денщики к Петру, он отнесся к этому как к чему-то само собой разумеющемуся. Конечно же, он будет рядом с ожившим царем! Кто же еще?

Взаимопонимание между ними возникло с первой встречи. И в дальнейшем Егор не только не разочаровался в любимом герое, а наоборот – относился к нему с сыновней привязанностью.

Их отношения с Иваном Даниловичем отдаленно напоминали родственную связь между невесткой и свекровью, если бы можно было позволить такое сравнение, не опасаясь, что испорченные умы начала третьего тысячелетия тут же решат, что между Петром и денщиком что-то есть. Слава Богу, ни тому ни другому это даже не приходило в голову! А если бы всплыли подобные подозрения, Петр решил бы вопрос кардинально, ударив кулаком в ухо.

Толик был странноватый малый. Некоторые о нем сказали бы «с приветом». Ну посудите сами: такие, как он, из категории умельцев. Оставь их на горе мусора – они из этой горы ракету построят. Не пропадет русский человек, не станет, слезами обливаясь, проклинать свою судьбу, а от нечего делать ковырять эту кучу начнет. Дощечку вытащит, другую – глядишь, гвоздик найдет, железяку отыщет. И вот уже перед ним не просто мусор, а отдельные детали. И начинается мыслительный процесс, как из этих ненужностей получить что-нибудь дельное.

Вопреки всеобщей уравниловке народ стремился к разнообразию. Отличиться очень хотелось! И начала проявляться сообразительность. Это ж доказанный факт: человек с достатком не может так мозгами шевелить, как бедный. Ему на это нужды нет. А вот эта самая нужда – до чего только не додумывались! Советские гражданки в коммунальных квартирах на ножных машинках такое шили, такие из старых пальто и мужниных пиджаков дизайны устраивали, что у соседских мужиков просто папиросы изо рта вываливались, а коммунальные тараканы забывали вылезти из сумочек красоток и путешествовали с ними бесплатно в городском транспорте.

Кстати, о транспорте. Среди не имевших возможности приобрести средство передвижения граждан было популярным собирать машины. В городских дворах можно было встретить умельцев, любовно поглаживающих брошенный кем-то на произвол судьбы механизм. Они находили отдельные детали, прилаживали составные части и сами создавали свою мечту. Но все это в прошлом.

Втянутый в орбиту этой истории водитель Толик родился под запоздавшей звездой. Не успел вкусить прелесть коммуналки, как – бац! – с мамой и папой уже въезжает в отдельную квартиру. Затем институт, где он опоздал распределиться в престижное место и попал на захудалый завод. Потом в отделе всех красоток разобрали, и он взял, что осталось. Зато Надежда, жена его, не ждала, когда муж припоздает опять, и нарожала троих детей.

Вот тут-то таланты Толика проявились в полной мере! Детишки вышли славные, бойкие, вот только в их небольшой квартирке от них было столь шуму. Толик же любил тишину.

Он стал находить удовольствие в мечтах о путешествиях, а от них перешел к делу.

В одну из вечерних прогулок по петербургским дворам он наткнулся на брошенную машину, масть которой под слоем ржавчины и не определишь. С упоением бросился Толик отдирать, отскабливать безжизненную шкуру. Пропадал в гаражах все выходные, собирая собственный транспорт. В этом он опять припоздал. Механических уродцев уже никто не создавал, и возле перепачканного машинным маслом Толика уже не собирались. Никто не интересовался его изобретательными мыслями, не восхищался его находчивыми решениями. Никто не верил, что он когда- нибудь закончит работу и вырулит со двора на собственном автомобиле.

Когда же это произошло и неизвестной породы зверь забил копытом под окнами их квартиры, а довольный Толик ворвался домой, чтобы подхватить семью и умчать в манящие дали, счастья не получилось. Проехав под насмешливыми взглядами владельцев «Жигулей», при грохоте еще не притершегося мотора, жена сказала, что больше такому позору подвергать себя не станет и детей не пустит.

Толик загрустил, и ничто не могло привести его в чувство. Находясь в полном раздрае, он едва не пропустил распределение дачных участков на заводе и, разобидевшись на жену, игнорировал ее мечту о собственном огороде. Уговоры не помогали, упреки злили, периоды угрожающего молчания его устраивали, а поездки с детьми к матери не пугали.

Не видя выхода, Надежда, которая безумно хотела иметь свой клочок земли, решила прибегнуть к последнему средству. Она выставила перед заводской проходной детей, по команде причитающих на все голоса, и умело руководила поставленным спектаклем. Вышедший Толик шарахнулся от воя и постарался пройти мимо. Рев усилился и преследовал его. Так продолжалось несколько дней. Семья с воплями встречала и провожала его на работу. Толик умирал от унижения, но держался; сердобольные заводские женщины, успокаивая Надежду и детишек, обещали оказать на него влияние всем коллективом. В конструкторском бюро, где угнетатель работал, от деликатного покашливания и шушуканья за спиной перешли к открытым требованиям. Под конец недели мучитель написал заявление с просьбой о предоставлении ему садоводческого участка, который и был выделен коллективным решением.

С этого момента жизнь Толика повернулась к нему новой стороной. Его неоцененный железный конь оказался как нельзя кстати на садовом участке, где не особо обращали внимания, кто на чем ездит, главное, чтоб колымага везла. Толик продолжил эксперименты в подбирании и приспосабливании и через два года смог собрать сносный домик, где семья проводила выходные. На даче невероятно поражала и радовала природа. Все что душа просит – и река, и лес, и деревеньки с коровами. Добираться было удобно, и дачники ездили на свои участки круглый год. Толик, которому его вторая работа – развозка, как он ее называл, – приносила не учтенный государством доход, вскоре присмотрел подержанный автомобиль вместо собранного друга. Надежда же увлеклась выращиванием клубники, которую вместе с детьми продавала на базаре.