Чтобы потянуть время она налила себе кофе из кофейного автомата и стала ждать.
И вот, когда она уже намеревалась выбросить использованный пластиковый стаканчик, из кабинета Егора вышел он сам и Золотов (ну, куда же без него?).
Катя зашла за угол рядом с кофемашиной и вся превратилась в слух.
Мужчины молча налили себе кофе, каждый себе, и хотя пока что не было сказано ни слова, Катя буквально кожей ощутила, какая возле них накаленная атмосфера.
– Так ты что предлагаешь, – услышала, наконец, Катя голос Егора, – сидеть и ждать, когда все само собой рассосется?
– Это не выход, – сказал Золотов. – Его надо искать.
– Вопрос: где, – озадачился Егор.
– Дом, дача, родня, знакомые – по ним работают.
– Надо еще понимать, как задавать вопросы. Кого мы ищем? – напирал Егор.
– Да, ты прав, – сказал Золотов. – Разглашать-то мы не можем.
– А кто тогда работает, опера? – спросил Катин бывший.
– Вообще-то пока никто. Это я так, образно выражаясь.
– Вот-вот… – сказал Егор и примолк.
– Да… Один большой вопрос… – услышала Катя под занавес, и вдруг все стало тихо.
Она вышла из своего укрытия и направилась в кабинет. Возле автомата никого не было.
И уже сидя за письменным столом, она стала рассуждать.
Судя по разговору, прикинула она, явно, что кто-то в розыске. Но кто по Клеоновскому делу это может быть? Причем, это кто-то, информацию о ком разглашать нельзя. И даже вопросы задавать проблематично. Но почему? И вот еще. Нельзя разглашать эту информацию и самим сотрудникам.
Получается, что в курсе этого дела только ограниченный круг лиц.
Катя, как опытный следователь, не могла не догадаться.
При таких вводных пропасть мог только сам Клеонов.
Так, что там говорила Рита? Звонил Петр? Ну вот, все сходится.
Значит, причина нервозности Егора не она. И это радует. Но ей теперь все равно надо быть в курсе событий, чтобы в случае чего Егору подыграть, помочь, а, может быть, и вступиться за него. Ведь от Золотова неизвестно, чего ждать. Он – человек катастрофа.
В результате Катя поехала к Плетневым, чтобы незаметно выведать у Риты детали того самого телефонного звонка.
А там разыгралась настоящая трагикомедия.
Нонна озаботилась нездоровым интересом Риты к выдумыванию всяких разных небылиц, собственно, свидетельницей чего она и была. И последняя история с рестораном так бы и осталась не критичной, если бы не еще одна, сегодняшняя.
Рита подавала обед, когда по телевизору в какой-то информационной программе выступал широко известный в деловых кругах Эдуард Петрович Гирин.
Сначала Рита на него никак не реагировала, как обычно занималась своим делом, и все.
А потом вдруг, мимоходом глянув на экран, она запросто так заявила:
– Вот этот мужчина тоже с нами в ресторане был.
Нонна, чуть было не подавившись, посмотрела на нее и в первый момент даже не нашлась, что на это сказать.