Мои глаза поймали лучи солнца, которые поднимались над темным смолянистым морем.
Немного дальше на горизонте поднимались серые утёсы.
Мы пришли.
Временный лагерь на побережье представлял собой несколько десятков палаток, между которыми тянулись запутанные провода и сновали, переступая последние, учёные в белых халатах.
Я сразу заметил большой экран, — по человеческим меркам, разумеется, — который демонстрировал серую пустошь.
Не успели мы разместиться, как на последнем стали происходить перемены, которые немедленно привлекли внимания всех собравшихся.
«Внимание…» — заговорила рация.
Но ещё раньше я прищурился и увидел, как над серой пустошью появилась и побежала вниз тонкая белая трещина.
Это было неправильно.
Нелогично.
Странно.
Трещина бежала посреди ничего.
На секунду мне показалось, что она была не там, высоко в небе над серым простором, но пробегала прямо по экрану.
— Сколько у нас ещё времени? — спросил я быстрым голосом.
«Неизвестно,» — ответил Куросаки. «Сбрасывать бомбу?»
— Нет, сейчас это…
Не успел я договорить, как первые кусочки пространства, кусочки неба стали сыпаться на землю. Трещина становилась всё больше, всё длиннее, стремительно пробегая до земли. В один момент она превратилась в молнию и ударила прямо в песок.
После этого повисла тишина.
Десятки человек, затаив дыхание, пристально смотрели на экран.
Я чувствовал необычайное напряжение, словно незримая рука стиснула моё сердце.
Наконец трещина вздрогнула, словно натянутая ткань, и через неё просочились огромные, белые как мел пальцы, которые стали неторопливо растягивать её в разные стороны, открывая непроницаемый чёрный простор.
Последним, что я увидел, был единственный жёлтый глаз и зубастую улыбку.
Затем из рации раздался треск, и картинку скрутили помехи.
«Приём… приём…» — секунду спустя заговорил Куросаки. «Аварийная связь. Сможете восстановить изображение?..»
Учёные собирались приступить к работе, когда снова случилась странная вещь. Помехи исчезли. Изображение на экране сделалось чётким. И в то же время все, включая меня, смотрели на него с растерянными лицами. На нём ничего не было. Только серая пустошь. Трещина и создание, которое вырывалось наружу, исчезли.
— Где он? — спросил я и немедленно напрягся.
«Там,» — раздался из рации высокий, но совсем немелодичный голос Сион.
Я сразу посмотрел на красного титана, который стоял на песчаном пригорке. Сион вытягивала руку. Я проследил за направлением, куда девушка показывала пальцем, и немедля стиснул зубы.
Действительно…
Там.