Я мог открыть дверь, запросто. Выбить или применить заклятие. Но я не собирался этого делать. Ведь только что мне выпала совершенно уникальная возможность не только побыть наедине с Мурасаки, но пробраться через скорлупку к её истинной, во всех смыслах этого слово «оголённой» душе.
Мне крупно повезло… Теперь следовало не упустить удачу и действовать осторожно.
Так… Как бы завязать разговор…
— Эм…
Мурасаки молчала.
— Можно кое-что сказать?
Тишина.
— Кстати, тебе не холодно? Если тебе холодно, мы…
— Молчать, — сухо процедила девушка.
Я замолчал.
Хорошее начало.
Многообещающее.
Но ничего. Именно на такой случай у меня был приготовлен коронный приём. Я медленно поднялся и стал расстёгивать жилет, затем рубашку. Когда добрался до последней пуговицы, и лифчик Ямато соприкоснулся с влажным воздухом помещения, Мурасаки заметила мои действия, вытаращила глаза, отпрянула и вскрикнула:
— Ты что… Ты что делаешь?!
— Ах, просто я подумала, что если тебе холодно, я могла бы поделиться своей одеждой, и мы…
— Мне НЕ холодно! Совсем!
— Уверена? Просто у тебя гусиная кожа… Вот, — я показал на неё пальцем. Мурасаки невольно посмотрела на свои плечи. — Ещё можешь сесть под тёплый душ… Хотя сидеть в тёплой воде долгое время вредно для кожи, она вся сморщится…
— Хватит! Ты отстанешь меня, если я соглашусь? — спросила Мурасаки.
— Да!
— …Давай сюда, — она стиснула зубы.
Я триумфально улыбнулся (в своём сердце) и передал ей свою жилетку. Мурасаки схватила её, помялась, затем понюхала и поморщилась.
— Извини, если пахнет потом, — заметила я… В смысле заметил. Легко запутаться.
— Ничего не пахнет… — пробурчала Мурасаки и осторожно, как сухой человек, надевающий нечто мокрое и старающийся всеми силами избежать контракта с влажной поверхностью, натянула мою жилетку на свои плечи.
Прогресс.
Так… Что там дальше? Её оборона несколько треснула, но пока недостаточно. Она всё ещё злилась и старательно не обращала на меня внимание… Что ещё можно сделать? Я уже начал припоминать содержание книжек по психологии, которые прочёл, когда мне было совершенно нечего делать, как вдруг в моём животе словно всё перевернулось, и я почувствовал страшное смущение.
А это ещё почему? Ах… Стоп. Я знаю. Это была «Ямато».
Девушка всегда была стеснительной серой мышкой, и прямо сейчас я чувствовал в своей душе отголоски ей неловкости, смущения, страха… Все они выступили особенно рьяно, потому что только что наши с ней желание сошлись воедино. Синхронизировались, если так можно выразиться… Мы оба хотели достучаться до Мурасаки.
Я снова посмотрел на черноволосую девушку, которая сидела спиной к кафельной стене.
Возможно, чтобы взломать оборону этого создания мне нужно действовать иначе… Стоит попробовать. Я вздохнул, прошептал в своей голове «всё будет хорошо, давай», а затем настроился на мысли Ямато и позволил её словам срываться с моего… Нет, с её собственного языка:
— Юки, — сказали мы. — Можно…