Лицо врача помрачнело, когда он заметил, что рваная рана на спине Алена постепенно чернеет. В неё проник яд, и не простой, но чрезвычайно опасный, избавиться от которого было почти невозможно. Старик пристально посмотрел на своего пациента, на Мел, которая стояла рядом и с выражением предельного напряжения на своём необычайно человеческом личике держала инструменты, и наконец на Карелу и мрачно покачал головой.
Женщина побледнела и прикусила губы.
— Боюсь… — сказал врач, — что яд проник уже слишком глубоко. Я не могу ничего… — не успел он договорить, как Алена стали сотрясать конвульсии. Его тело вздрогнуло, как будто через него пустили ток, а затем затрепетало; через все его поры стали просачиваться обильные капли кровавого пота.
— Нам стоит немедленно покинуть помещение, — быстро проговорил старик. — Даже малейшие испарения данного вещества могут привести к непоправимым последствиям
— Я останусь, — заявила Мел, но врач помотал головой:
— Не стоит. Вам ничего не грозит, но вы всё ещё можете быть носителем и переносчиком заболевания. Идёмте… Здесь уже… ничего не поможет…
После этих слов решимость, которая прежде читалась на лице куклы, исчезла; выражение её сделалось рассеянным. И всё же она сохранила достаточную силу духа, чтобы взять Карелу, которая вся дрожала, за руку и вывести её из помещения.
Мел усадила её на скамейку. Карела прикусила губы. Долгое время они сидели в совершенной тишине; наконец Карела вздрогнула, когда услышала тихий голос:
— Карела…
Она повернулась и посмотрела на Мел. Та смотрела в пустоту перед собой и как никогда прежде была похожа на прекрасное мраморное изваяние.
— Мел?
— Ты… — она замялась. — Ты хочешь… его спасти?
— А? — удивилась Карела.
— Ты хочешь… спасти Алена? Это твоё желание?
— Я… — Карела на секунду растерялась — тон Мел показался ей чрезвычайно странным, механическим. Немного помявшись, она кивнула:
— Да.
Мел медленно повернула голову, обращая на неё взгляд своих больших и ясных глаз, и прошептала:
— Пусть…
Карела удивлённо приоткрыла губы… И вдруг услышала хлопок. Что это? Она и врач растерянно посмотрели на закрытую дверь лазарета.
Меж тем Мел приподнялась и направилась прямо к нему. Врач пришёл в себя и попытался остановить её, но кукла была стремительной и непреклонной. Открыв белую дверь, она прошла в помещение.
Тут уже Карела пришла в себя и бросилась прямо за ней. Сперва она перепугалась, потому что её муж, Ален, больше не лежал на койке, но свалился на пол… но затем присмотрелась и увидела, что глаза его были открыты, а тело больше не сотрясали судороги.
Врач осмотрел его, затем ещё раз и наконец тоном величайшего удивления заключил, что раны его закрылись, и что внутри него не осталось ни единой капли отравы.
Ален был совершенно здоров.
Наконец его снова уложили на кровать, только другую, — помещении следовало продезинфицировать — после чего решили следить за его состоянием. К этому времени Карела оправилась от безумного счастья и стала растерянно поглядывать на Мел, которая активно помогала прибираться.
Прежде Карела считала её просто механическим или биологическим андроидом, которому стёрли воспоминания — подобные встречаются в самых разнообразных вариациях: «плантанты» конгломерата, слуги Механической империи, автономные божественные доспехи Планеты пустынь и так далее, и тому подобное. На первый взгляд Мел не обладала никакими особенными силами, но теперь…
Теперь им предстоял серьёзный разговор.
И он случился. Ночью.
Когда всё закончилось, Карела прошла в комнату Мел. Кукла в это время сидела на кровати и задумчиво разглядывала свои руки. Прямо как человек, подумала Карела.
— Мел… — сказала она.
Мел опустила голову.