Маяк не имел реальной силы. Не менял природу реальности. Не повелевал судьбой. Он просто был и не более того. И если однажды вселенная будет находиться в опасности, если однажды ей завладеет великое отчаяние, он вспыхнет… и всё. Некоторые увидят его сияние во снах; некоторые, быть может, его почувствуют. Его маслом была надежда. Пока была надежда, он будет гореть и служить звездой путеводной; если же надежды не останется, мир покроет вечный мрак…
Во всём этом не было практического смысла, но зато это было довольно поэтично.
Александр живо представил себе сцену, когда в момент великих потрясений какой-нибудь бог заявится сюда, чтобы проверить, осталась ли надежда среди обитателей вселенной, или всё потеряно, и мир приближается к своему завершению?
Теоретически, правда, фонарь можно было напитать самостоятельно, но сделать это было совсем непросто… быть может, для этого божеству нужно спалить в его пламени свою собственную душу. И ради чего? Ради призрачной надежды.
Глупо.
Но поэтично.
Так почему бы и нет?..
Глава 59
Мел
После этого Александр сотворил антитезу Маяку — таинственную красную башню. Последняя, правда, была не столько материальным воплощением некой концептуальной силы, сколько просто… башней. Она должна была возникать в разнообразных сновидениях и давать непонятные намёки. В этом не было особенного смысла, но сама идея показалась ему довольно занятной.
Наконец Александр свалился на кресло и задумался, что ещё можно добавить?
До сих пор он создавал миры, но как насчёт Артефактов? Вещей, который обладают необычайной силой?
На самом деле во вселенной и так было немало удивительных сокровищ. Казематы гильдии авантюристов хранили самые невероятные вещи. Поэтому, если Александр хотел сделать свои артефакты особенными, ему нужно было приписать им поистине монументальную силу, — чтобы каждый из них мог переменить вселенную.
И при этом выглядел совершенно непримечательно. Ради контраста.
Первым делом он сотворил маленькую красную кнопку. С виду она могла показаться детской игрушкой, однако на самом деле каждое её нажатие приводило к уничтожению целого мира… Впрочем, за миры считались не только полноценные измерения, но и сгустки законов, маленькие звёздочки, которых во вселенной уже было больше сотни тысяч и число которых неумолимо возрастало. Вероятность того, что нажавший уничтожит, например, Мир Людей, была совершенно незначительной, особенно когда Александр поставил ограничения, согласно которому кнопку можно было нажимать не большее одного раза в минуту.
Тем не менее, подобная возможность всё равно оставалась, а потому данный артефакт обладал поистине монументальной силой и представлял собой огромную… хотя и маловероятную опасность.
После этого Александр сотворил своеобразную антитезу кнопке — маленькое зёрнышко, из которого можно было вырастить полноценный мир. Более того, в зависимости от своей почвы, росток мог превратиться в точную копию другого мира. С его помощью можно было скопировать Мир Людей, Эльфов, Демонов или даже Уперхайм. Причём вырастали новые миры с невероятной быстротой.
Затем он сотворил ещё несколько занимательных вещей и раскидал их по вселенной, и наконец ему захотелось сделать нечто более… разумное. Артефакт, который будет обладать сознанием.
Вариантов было великое множество: сундук, меч и так далее, и тому подобное… В один момент перед глазами Александра мелькнула служанка Аколипта — Валерия.
Хм… Почему бы и нет? Почему бы не сделать ещё одну куклу, только другую, более совершенную?
Он взялся за дело, и всего через полчаса перед ним появилась тощая фигурка. У неё были светлые голубые волосы, белая кожа, тонкие руки и синеватые ногти. С виду нельзя было сказать, женщина это или мужчина. Она была ни тем и не другим, но просто красивой куклой, лишённой половых признаков. Если снять серую тогу, в которую она была одета, можно было увидеть явные стыки и шарниры. На первый взгляд она была намного менее совершенной, нежели Валерия, но внутри всё было иначе.
Новая кукла не отличалась особенным интеллектом — в этом отношении она была сравнима с эльфами, — силой или выносливостью. Нет, её физическая оболочка была заурядной. И в то же время у неё была, а вернее сказать появится, когда она откроет веки, полноценная душа.
И при этом она была Артефактом. Сокровищем, созданным Пластиной, которое обладало особой силой — одной единственной и в то же время настолько невероятной, что с её помощью можно было изменить вселенную…
Некоторое время Александр разглядывал своё творение; затем попытался придумать имя. У него всегда были с этим большие проблемы. Можно было отправить куклу на её миссию безымянной… Но это было немного неправильно. Ведь он был её творец. Родитель. А значит ему обязательно нужно было придумать для неё собственное имя.
Александр прищурился… У неё были голубые волосы. Может, назвать её Мальвина? Нет… Кукла была бесполой. Значит и имя ей нужно было подобрать нейтральное.
Это было непросто.
Мальвина… Мальвина… Мел.
Да, пусть это будет Мел.
Александр кивнул, — имя было неплохое, — и приступил к следующему этапу своего плана…
…
…