Александр знал ответ на этот вопрос. На самом деле всё было довольно просто. На данный момент Маргулы подчинили себе все земли континента начиная от Восточного Леса, в котором раньше проживали племена почитателей Чёрного Волка, и до центральных регионов Священной Империи. У них были огромные резервы, которые медузы мало-по-малу превращали в свои боевые единицы. За монстров воевали женщины и дети. За них воевали даже звери. Их воинство было неисчислимо!
Что же с ним можно сделать? Разве можно его победить? Генералы были растеряны. Ром, Императрица, Грозовая Туча… Никто из них не мог дать ответа на простой вопрос: что им теперь делать?
Ничего.
Продолжать воевать.
Другого выбора у них не было.
Этот день оказался для эльфов самым сложным. Они только-только расслабились, и тут вражеское воинство набросилось с новой — трёхкратной… Четырёхкратной мощью. Битва продолжалась весь день, всю ночь, целые сутки. У неё не было и не могло быть конца.
Лишь на четвёртый день, когда трупный запах стал совсем невыносимым, враг наконец отошёл. Эльфы свалились на колени. Они были на исходе сил — не только физических, но и моральных. Армия в девяносто тысяч понесла страшные потери. Сколько ещё они могли держаться? Многие спрашивали об этом, и только Меркел, во время очередного совещания военного совета задал самый важный вопрос:
— А есть ли смысл им держаться?
Пускай они выстоят день, два или три и нанесут врагу страшные потери… Но что будет потом? Победить противника было невозможно. Ресурсы врага были неисчерпаемы. Он мог подводить всё новые и новые силы столько, столько ему заблагорассудиться.
— И что нам делать? — сухо спросила императрица.
Меркел промолчал. На этот вопрос у него не было ответа. Вернее сказать, он был, но его знал каждый из присутствующих, и никто из них не смел его озвучить…
На этом собрание завершилось. Все разошлись, одолеваемые мрачными мыслями. Императрица отправилась к своим легионерам, Меркел поспешил назад, на поле боя где прямо сейчас воевал Грозовая Туча, а Ром, не зная, чем себя занять, — его фланг сейчас отдыхал, — решил прогуляться.
Мужчина вышел из зала, в котором проходило собрание и стал бродить по улицам. Все здания в городке были заняты ранеными. Носилки заполонили даже дороги. Многие из них были перекрыты. В какой-то момент Ром обнаружил, что его вымотанный разум пытается найти хоть одно встреченного эльфа, у которого были целыми все части тела.
Мужчина покачал головой и осмотрелся. Он стоял на тройном перекрёстке. Слева от него возвышалось грубое чёрное здание. Это был храм. Ром посмотрел на него немного потерянным взглядом и вдруг удивился, когда услышал внутри не стоны умирающих, но нежных женский голос.
Мужчина тихо приоткрыл дверцу и зашёл в помещение.
Внутри храм представлял собой просторный зал, в дальнем конце которого возвышался белый алтарь. Перед ним, стоя на коленях, молилась девушка в длинной белой мантии. Это была Верховная жрица. Ром сделал шаг назад, собираясь выйти на улицу и не беспокоить священную особу, как вдруг её голос дрогнул.
— Не уходите…
Жрица приподняла голову в белом саване.
— Если вы пришли принести молитву, мы можем сделать это вместе.
— Признаться, я зашёл сюда случайна, ваше святейшество, — улыбнулся Ром.
— Тем более вам нужно помолиться. Вас привёл сюда Великий белый дух, — чувственным и нежным голосом произнесла жрица и, повернув голову, посмотрела на Рома своими ясными глазами.
Сперва мужчина немного растерялся. Затем он пожал плечами и прошёлся вперёд. Ром встал возле жрицы, опустился на колени и наклонил голову.
— О великий дух… — проговорил мужчина и, сделав паузу, покосился на жрицу, чтобы убедиться, что он всё делает правильно. Девушка молча прикрыла глаза… Тогда Ром продолжил:
— Помоги нам одолеть…
— Неверно, — вдруг заявила жрица.
— Простите..?
— Вы не знакомы с доктриной Великого духа… — заметила она без толики осуждения. — Нельзя просить у него помощи. Дух никогда не помогает… Вы слышали про его наместника, Нара?..
— Что-то читал.
Жрица кивнула.
— Дух никогда ему не помогал. Ни во время войны с еретиками, но во время великого исхода. Он лишь давал советы и указывал путь…