На повозках же лежали другие эльфа, штабелями. Они могли уместиться довольно компактно, так как у них не было ног. Их отрезали по колено.
Вся эта ужасающая процессия протянулась на многие, многие километры…
Больше двадцати тысяч эльфов, которые оказались в плену Священной Империи, приказом императрицы Миры II были искалечены… Девушка проявила неслыханную жестокость. Своим страшным преступлением, — преступлением! — она потрясла весь мир. Весы, долгое время сохранявшие баланс, с дребезгом свалились на землю и разлетелись на острые осколки.
Сперва Владыки прочих держав были напуганы. Затем к ним пришло ещё одно известие — легионы Священной Империи возобновили свой марш на Тибирь. Они намеревались захватить город любой ценой. В случае победы, они разрежут Вольные города надвое, и тогда само существование этого государства окажется под угрозой.
Империя намеревалась стереть его с лица земли.
Прочие страны стали немедленно собирать свои армии. Если падёт одно государство, Священная Империя настолько усилится, что сможет претендовать на владычество над всем континентом. Нужно было любой ценой остановить это безумие. Да-да, именно безумие. После всего что случилось, императрицу Миру II стали называть Мирой Безумной… В глазах эльфов, что простых, что знатных, она была бешеным зверем…
…
— Ты тоже считаешь её безумной? — спрашивал Меркел своего сына.
Мужчина и юноша стояли в небольшой комнатке с деревянными полками на правой стене, сундуком в углу, столиком и единственным маленьким окошком, из которого разливался луч белого света.
Ром задумчиво почесал подбородок и ответил:
— Отчасти.
— Почему? — сразу спросил Меркел.
— Она приказала рубить руки и ноги пленным, так ведь? А не убивать их…
— Так.
— Я думаю, она это сделала, чтобы они были как бы бременем.
— Что ты имеешь ввиду?
— То есть, если бы она их просто убила, то это ничего. Но она вместо этого сделала их всех калеками. Вот я и думаю, что она либо очень кровожадная, — юноша немного криво улыбнулся. — Либо она сделала это намерено, чтобы они были как бы… Чтобы их семьям приходилось о них заботиться, и Вольные города стали беднее.
— Беднее?
— В том смысле, чтобы они не могли себя прокормить. Голодные рты останутся, но будет меньше рабочих рук… Гхм, как это не так прозвучало.
— Неважно. Я понял твою мысль. Но почему это не делает её безумной?
— Собственно, — Ром откинул голову и накрыл затылок ладонями.
— Если бы она была просто безумной, она бы не стала продумывать такой хитрый план. У сумасшедших эльфов вообще ничего не варит в голове.
— Возможно. Но ты сказал, что отчасти она всё-таки безумна.
— Ну да. Потому что она действует разумно в рамках своего плана, но сам план всё равно бредовый.
— И что это за план?
— Захватить весь мир, я так полагаю, — пожал плечами Ром.
Меркел задумчиво опустил голову.
— В таком случае нам будет непросто.
— Почему? — сразу же спросил юноша, подражая спокойному тону своего отца.
— Бешеного зверя остановить несложно; намного опасней тварь, которая преследует безумные амбиции с холодным сердцем, — ответил мужчина.