Он обратился наверх:
– Анжелика, я ошибся. Оказывается, он умеет говорить, – затем он подозвал Астора ближе. – Иди сюда.
И Астор, словно ему приказывал бог, повиновался.
Толстый мальчишка улыбнулся ему и похлопал себя по бедрам:
– Сюда.
Астор прищурился, его лицо исказилось от страха.
– Не бойся, – бог протянул руку.
Ребёнок рассмотрел её – она была коренастой, широкой, а ногти толстыми и жёлтыми. Средним пальцем он коснулся её, колеблясь, будто его могло ударить молнией.
– Видишь? Они из плоти и костей.
Астор посмотрел на футболку с надписью: «Еду в Мексику».
– Мексика... – пробормотал он.
Парень недоверчиво покачал головой:
– Ух… Ты и читать умеешь? Молодец! – он схватил Астора за бёдра и усадил себе на колени.
Малыш чуть не упал в обморок. Голова отяжелела, будто налилась свинцом, но мысли носились легко, как газы, и смешивались друг с другом. Он огляделся. Синие дрались из-за шарфа. Он рассматривал того, кто усадил его себе на колени, волосы на подбородке и белую пасту, покрывавшую ему щёки.
– Вы добрые? – спросил он.
Тот крепко сжал его, словно оценивая, сколько он весит.
– Кто научил тебя читать?
– Анна.
– Молодец твоя Анна. Впервые вижу малыша, который умеет читать. Меня зовут Розарио. Как тебя зовут?
– Астор.
– Ну и имечко, – он протянул ему мандолину. – Умеешь на ней играть?
Астор взял и ущипнул единственную уцелевшую струну.
– Знаешь, как это называется?
– Гитара.
– Нет, это не гитара, это мандолина, – тот смерил его взглядом. – Вот... буду звать тебя Мандолина, мне так больше нравится, – он опустил его на землю и закричал высоким мужским голосом: – Анжелика, нам пора, уже поздно!
Он сунул руку в карман и достал батончик "Марс", развернул его и откусил, оглядываясь по сторонам, словно в поисках, чего бы взять.
Анжелика спустилась вниз по лестнице вся в драгоценностях, как Мадонна Трапани. В руке у неё был череп Марии-Грации Дзанкетта.
Мадонна Трапани
Все дети, большие и маленькие, вышли из дома, нагруженные вещами.