Их вид был похоже на Анатолия, но чуть получше.
Именно поэтому первая жертва испытания старалась не выходить из палаты, в которой он был, кстати, один.
Очередной приступ светобоязни, раздражительности, заставил позабыть о страхах, и выбежать в коридор, а там уже в туалет, где можно запереться и выключить свет.
Тот пробивался в окно палаты, чем доставлял совсем уж неудобства.
Скрипнула хлипкая деревянная дверь, защелкнул шпингалет, и присел под стенкой, наконец осознавая, что тут он в полной тишине и темноте, где его никто не достанет.
Внезапно накатившая усталость взяла свое, и Анатолий медленно начал засыпать.
Вдруг его посетила мысль о том, что он сейчас умрет, но он даже не боялся ее, скорее наоборот…
Приятная слабость, чувство того, что все хорошо, и не о чем беспокоиться - укрыли пациента с головой…
1 Мая. Припять. Понедельник. Поздний вечер.
- Ну кто там засел, открывай! - Крикнул один из пациентов, а в ответ ему была тишина. - Открывай, или я вышибу дверь! - Снова тихо.
Мужчина ростом под сто восемьдесят девять ударил в хлипенькую дверцу с ноги, а маленькая щеколда сразу же поддалась.
Дверь устремилась во внутрь, а оттуда послышалось некое скуление…
Вдруг из темноты на него выпрыгнет его знакомый - Толик с соседней палаты, с которым они часто любили играть в карты.
- Ты че делаешь?! - Завопил тот.
Анатолий выглядел страшнее самой войны. Красные налитые кровью глаза, бледная кожа, которая выглядела вдобавок какой-то неправильной. На ощупь была как картон или тонкий слой древесины.
Зубы, словно, капканом захлопнулись на гортани бывшего товарища, отчего крик того превратился в бульканье. А Толик не обращал внимание, просто жуя его плоть.
Скрипнула дверь входа в коридор, в проходе показался Михаил Александрович, и увидев страшную картину, громко проговорил:
- Нет, это уже не моя проблема.
Хлопнул дверью, и полетел по лестнице вниз.
2 Мая. Припять. Вторник. Очень раннее утро.
Николай Алексеевич Максимов. - Аспирант.
- Что с ним, как думаешь? - Спросила Дарья - коллега Николая.
- Не знаю… - Мрачнее тучи ответил тот.
В этот момент в кабинет влетел Михаил Александрович, с папкой в руках, с бледным видом, и заплетающимся языком.
- Все очень плохо. - Мрачным голосом ответил он. - Это не лекарство - это зараза!
Все уставились на него, вмиг замолчав. Только пациент на столе привязанный по рукам и ногам что-то бубнил и ворочался.
Михаил Александрович прошел вперед, обходя всех присутствующих, и положил папку с документами и одним диском на большой стол, и без того заваленный всякой макулатурой.
- Я вас…Не понимаю… - Сказала Дарья, уставившись на начальника.
- То, что мы модифицировали…Может угрожать всему населению города, если не всей цивилизации.
- Можете прямо уже сказать, наконец? - Не выдержала медсестра.