— Любовь не завидует. Любовь не превозносится. Не гордится, — прошептала я.
Райдер посмотрел наверх, его глаза смягчились, и он развернулся ко мне лицом.
— Не бесчинствует. Не ищет своего. Не раздражается. Не мыслит зла.
— Не радуется неправде, а сорадуется истине. Всё покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.
Мы читали Писание строка за строкой, пока он не зачитал последнюю:
— А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.
Наши глаза встретились, наши тела застыли, пока он произносил слова. Он был, как я.
Господи, он был такой же, как и я... я не знаю ...
Летти разрушила момент.
— О чем вы, черт возьми, говорите?
Откашлявшись, Райдер встретился взглядом с Летти.
— Это из Библии, Летти. Мы цитировали Писание. Первое Коринфянам[28].
— Черт, я знаю, что Мэй из какого-то проклятого сумасшедшего культа, но я не знала, что и ты тоже!
Я вздрогнула от этих слов, которые произнесла Летти. Сумасшедший культ? Это то, что все они думали обо мне?
Райдер ничего не ответил. Он никогда не говорил о том, откуда он пришел или где вырос. Я отчаянно желала знать. Факт в том, что Райдер заставил меня почувствовать, словно у меня есть друг, кто-то, кто действительно меня понимает. Но вот что я не могла понять: почему он здесь, почему стал частью такого клуба, почему он один из Палачей. Стикс сам говорил мне, что братья убивают, торгуют оружием, применяют насилие каждый божий день. У меня не укладывалось в голове: как такая жизнь согласуется с его верой. Но опять же, я ведь решила, что он такой же, как и я. Я ведь больше не хотела быть связанной жесткими путами своей веры. Я хотела попробовать новые вещи, двигаться дальше из этого душного существования. Часть меня даже не была уверена: верю ли я в Бога до сих пор. И снова, услышав, как Райдер читает стихи, я опять почувствовала себя в безопасности, замкнутый круг. Тьфу! Я просто не знаю, кто или что я без Ордена, без сестринских обязанностей.
Красотка мгновенно вскочила на ноги, глядя на меня сверху вниз, улыбаясь, но я видела, что это искусственная улыбка. Ее голубые глаза излучали напряжение, и она посматривала на Райдера, сидевшего на полу.
— Давай, Mэй. Пойдем.
— Куда пойдем?
— Мы должны дать Райдеру отдохнуть. А теперь, давай! — ее голос зазвучал громче, чтобы подчеркнуть, что она хотела, чтобы я это сделала.
— Ой, да. Райдер, извини. Мы, вероятно, злоупотребили твоим гостеприимством. Мы должны…
— Вы не злоупотребили гостеприимством, — прервал он меня.
Я остановилась; и с облегчением снова уселась.
— Спасибо.
— Спасибо за предложение, Райдер, но мы должны увидеть Стикса. — Красотка сдвинулась, чтобы схватить меня за руку, но я отдернула ее.
— Я пока не хочу его видеть, Красотка.
— Но…
Подняв руку, я настаивала:
— Нет, Красотка! Вы с Летти идите. Всё нормально. Я не готова идти. Я предпочла бы остаться здесь, подальше от Стикса. Я не могу встретиться с ним... пока не могу.
Рот Красотки открылся, когда она услышала твердость в моих словах, она указала на Райдера:
— Лучше остерегись. Когда През услышит, что ты здесь с Мэй, он к чертям сойдет с ума.
[28] Первое Коринфянам — Новый завет. Первое послание коринфянам святого апостола Павла. Цитаты даны по Библии.