Школа Хизер Блоссом. Книга 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она достала из складок одежды свернутый в трубку пергамент и подала его Ренару. Тот жадно развернул и впился глазами в витиеватый рукописный текст.

— Что это? — поднял он глаза на фейри.

— Пророчество о возвращении Туата, — ответила бессмертная. — Честно говоря, я рада, что могу доверить его достойному, он утомил меня. Я получила его от Нуаду Аргетлама⁶, как древнейшая из живущих и была хранительницей с тех пор, как Сыны Миля⁷ захватила твой мир. Я замечала, что письмена меняют форму, точно приноравливаясь к изменениям в мире людей. Если он действительно для тебя, ты поймешь.

— Это древне-валлийский, — Ренар поднял глаза на миг и продолжил читать. — Я изучал его в школе, давно и… факультативом.

— Чем, прости?

— Неважно, я разберусь.

Фейри снова улыбнулась, на это раз маняще.

— Мы еще встретимся, будем надеяться, что в твоем мире. Я уйду сейчас туда, и буду ждать твоего возвращения. Помни, что для твоих спасителей время идет куда медленнее, чем здесь. И… ты не вернешься прежним.

Ренар сумрачно закусил губы, снова оглядываясь, будто ожидая появления границы Вуали.

— Похоже, они даже не торопятся. Скажи мне свое имя.

Фейри коснулась его руки.

— Я думаю, ты его знаешь. А истинные имена мы раскрываем очень немногим. Лишь возлюбленным, с кем готовы разделить вечность… а я, как бы ни прекрасен ты был, полюбила свободу. Но… — фейри слегка склонила голову, мечтательно смотря вдаль. — … при дворе Светлейшего Короля меня называют Эилон.⁸ Я спою тебе, чтобы прогнать сомнения.

Бессмертная запела сначала негромко, не разжимая губ, лишь рождая музыку Потом к мелодии добавились слова:

Бессмертная умолкла, и постепенно растворилась в тишине мелодия. Эилон взглянула за спину Ренара.

— Похоже, твои друзья все же отыскали тебя. Я исчезаю.

— Благодарю тебя! — только и успел воскликнуть Ренар, поворачиваясь к раскрывающемуся перед ним порталу.

Он шел по лесу. Ступал неслышно, любовно и невесомо проводя руками по высокой, серебристо-изумрудной траве и цветам. Поднимал голову навстречу птичьему щебету и улыбался, сияя глазами. Здесь, вдалеке от иных правителей, он чувствовал себя единственным властелином Страны Вечного лета.

Король Благого Двора любил этот светлый лес, чувствовал его, считал своим домом. Темные чащи и затянутые сумраком лощины, коварные болота с яркими пятнами топей — все это было далеко от дорог, по которым ходил сид. Там обитали иные существа — уродливые и опасные, верные Темной Королеве или самим себе. Там он не показывался никогда.

Воспоминания о правительнице Неблагого Двора исказили лицо Короля легкой гримасой. Он все еще слишком хорошо помнил их последнюю встречу и те насмешки, которыми осыпала его Королева. Помнил ее гнев и проклятия. Он победил ее тогда, но подчинить так и не смог. И сколько бы ни минуло лет в земном смертном мире, здесь, в стране вечности, для Светлейшего Короля этот срок пролетел исподволь, почти неощутимо.

«Я хочу увидеть ее, — подумал бессмертный. — Пусть это снова причинит боль, я должен».

Как всегда в этом мире, мысль облекалась в действительность почти мгновенно. Лишенная горизонта реальность дрогнула перед глазами Короля, исказилась и создала новую явь. За деревьями, на небольшой круглой полянке теперь возвышалась башня. Тонкая и высокая, она была словно выточена из дымчатого хрусталя. Ни замков, ни засовов. Король вошел беспрепятственно и закружил по узкой витой лестнице, поднимаясь на самый верх.

Небольшую комнату у самой остро вздымающейся ввысь крыши почти целиком занимала кровать. На ней, покойно сложив руки, спала пленительная дева в роскошном наряде. Золотистые волосы изящными завитками обрамляли лицо с тонкими чертами, глаза были закрыты, и ресницы отбрасывали тень на бледно-розовые щеки.

Король присел на ложе, его собственный свет слегка поблек рядом с девой, затенившись ее внутренним мраком, и правитель почти незаметно вздрогнул. Присутствие здесь всегда давалось ему нелегко и не стиралось в памяти, но чем чаще он приходил, тем с большей тоской он хотел это повторить.

«Я не могу винить себя за это, — подумал правитель. — Это она околдовала меня».

Он слегка погладил спящую по волосам, отделяя пальцами упругие пряди и укладывая их вдоль щек, прикоснулся к впадинке на шее, поправил тонкие кружева на груди.

«Если бы я знал ее истинное имя, то победил бы, — подумал правитель, с сожалением убирая руки. — А так… она не живет и не умирает, и продолжает мучить меня. Как и ее дочь».

В последнее время Королю все сложнее давалось скрывать башню от темных. Они внедрялись в его мысли, извращали их, пытаясь прорваться дальше. Слишком частое присутствие в мире смертных лишало правителя его обычных сил, а визиты в башню еще больше истощали тело и дух. Иногда он слышал далекий голос обыкновенного человека, вызывавшего его на бой. Смертный был опасен, он избегал всех ловушек яркого света, всех иллюзий покоя и довольства, которые мог создать правитель. Человек обладал невозможным для своего племени оружием, он побеждал в любой битве и с редкой удачливостью уходил от опасностей Страны бессмертных. Уже несколько раз он рискованно приближался ко дворцу Короля, но пока у Светлейшего хватало искусства закрывать это место мороками и видениями. Правитель Благого Двора знал, что этот смертный — супруг Темнейшей Королевы, но еще никогда не являлся перед ним и не вел бесед.

Как будто иных трудностей было мало, сейчас Король чувствовал камень в опасной близости от себя. Правитель и желал увидеть владельца перстня, и страшился его. Куда бы он ни шел, за ним неотступно следовал внимательный взгляд Ренара. Мир смертных скрывал Короля от глаз магистра, но и обессиливал.

Благой знал, что темные, выполняя чью-то волю, рыщут в поисках этого человека, но своим подданным приказывать то же не спешил. Формально Королю Благого Двора не поступало указаний отыскать магистра, и он всеми силами оттягивал момент их встречи. И все чаще он начинал обдумывать безумную, но полную надежды мысль — если камень лишится владельца и вновь исчезнет, это будет означать почти свободу. Король не чувствовал себя изменником, в конце концов, Ренар предал его гораздо раньше.

Правитель хотел свободы. Он даже был бы не против продолжать выполнять приказы смертных, но делать это по своей воле, а не по принуждению. Ведь за всю свою долгую для смертного мира службу он хотел так немного — всего лишь кровь бесполезной, никому не нужной девчонки. Но и в этой малости Ренар ему отказал. Так пусть сгинет в вечном мираже, страшась собственных призраков.