Битва за Севастополь. Последний штурм: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Северный сектор

Схема № 1

Удивительно, но первая ночь после начала генерального наступления на Севастополь прошла для немцев сравнительно спокойно. Они ожидали артиллерийских налетов, контратак пехоты, ударов авиации. Но активность войск СОРа оставалась в пределах обычной.

Наступило утро. В соответствии с принятым накануне решением основной удар противник перенес на участок 50-й дивизии. Атаку пехоты предварял мощный артиллерийский и минометный обстрел. В 9.10 50-я дивизия возобновила наступление в сторону кордона Мекензи № 1. Вновь впереди шел 123-й полк, усиленный батальоном 122-го полка. Поддержку ему оказывала вся собственная артиллерия и половина орудий 24-й дивизии. Но почти сразу же немцы наткнулись на серьезное препятствие. За ночь красноармейцы успели заминировать подходы к своему переднему краю, и теперь атаковать без поддержки саперов оказалось невозможно. К тому же 50-ю не поддержал 47-й полк соседней 22-й дивизии. Накануне он уже понес большие потери, поэтому, когда его солдаты вновь попали под смертоносный огонь обороняющихся, они залегли, и командиры уже не смогли поднять их в атаку.

В 10.00 командир 50-й дивизии получил приказ атаковать в направлении ПМ 015 своим левофланговым 122-м полком, не обращая внимания на действия 24-й дивизии. В течение остального дня наступление 50-й дивизии продолжилось медленно, буквально шаг за шагом. Особенно ожесточенным был бой за выс. 145, 4 и расположенный рядом перекресток ПМ 02. Непосредственно для захвата высоты был выделен 1-й батальон 121-го полка под командованием хауптмана Лоренцена. Поддержку ему оказывала 2-я батарея 197-го дивизиона штурмовых орудий обер-лейтенанта Кунце. Совместными усилиями им удалось захватить высоту и удержать до подхода подкреплений.

Тем временем 3-й батальон 123-го полка, усиленный 2-й ротой 1-го батальона, поднялся в атаку на ПМ 02. Рядом, действуя по обе стороны от дороги, продвигались роты 2-го батальона. Перед 6-й ротой стояла задача обеспечивать неприкрытый левый фланг. «В ожесточенных схватках с [красноармейцами, оборонявшимися в] плохо различимых в густом лесу, хорошо оборудованных и замаскированных полевых укреплениях» немецкие солдаты захватили перекресток. Этим они содействовали борьбе соседей за выс. 145, 4. На склонах высоты и вокруг перекрестка саперы сняли множество противопехотных мин[111].

В 11.00 в 123-й полк поступили новости о захвате выс. 137, 1 частями 22-й дивизии и выходе 122-го полка на вершину 205,7. Теперь можно было меньше беспокоиться за фланги, полностью сконцентрировавшись на движении вперед. Отдохнув, 123-й полк при поддержке батареи штурмовых орудий под командованием Шпильмана возобновил наступление, перед ним теперь лежала промежуточная цель – ПМ 017. По-прежнему беспокоили одиночные красноармейцы, оставшиеся в тылу. Время от времени они обстреливали продвигавшихся по дороге или через заросли солдат противника из винтовок или пулеметов. Несмотря на потери, немецкие солдаты упрямо шли вперед, и к вечеру они приблизились к ПМ 017 на расстояние до 300 м, где и остановились.

Атакам подверглись позиции войск на участке 287-го полка 25-й дивизии, где противник стремился расширить созданный накануне плацдарм. Две группы немцев в 10.00 прорвались к командному пункту майора М.С. Антипина. Тогда тот собрал всех, кто оказался неподалеку – бойцов комендантского взвода, саперов, связистов, – и бросил в контратаку. Противник от командного пункта был отброшен, но сам майор, шедший в цепи, был тяжело ранен[112].

После полудня положение 287-го полка продолжало ухудшаться. Генерал Т.К. Коломиец был вынужден снять с переднего края и перебросить на свой левый фланг две роты из батальона капитана Полонского и роту из 54-го полка. Но вовремя прибыть они уже не успели. Под натиском немцев остатки 1-го и 2-го батальонов 287-го полка оставили свои позиции и отступили. 3-й батальон под командованием капитана Когана свой рубеж удержал, но оказался теперь обойденным с фланга. Связь со всеми батальонами 287-го полка была потеряна. Командир 25-й дивизии понял, что на левом фланге возник кризис.

Тогда генерал Т.К. Коломиец приказал командиру 2-го Перекопского полка подполковнику Н.Н. Тарану найти стык с частями 79-й бригады и остановить прорыв. Начарт дивизии полковник Ф.Ф. Гроссман должен был поставить заградительный огонь. И, наконец, у командарма была испрошена поддержка авиацией. Совокупными усилиями к 18.00 немецкое продвижение было остановлено.

В 11.00 из 24-й дивизии поступило сообщение, что взята выс. 205, 7 и ее батальоны приблизились на расстояние 100 м к лесной проселочной дороге. Сопротивление перед фронтом оказалось слабое, так что солдаты дивизии постепенно продвигались вперед в направлении ПМ 05. В 13.00 одна из рот вышла на проселок и перекрыла его своим огнем[113].

С раннего утра 22-я дивизия предприняла наступление в юго-западном направлении. Ею было отбито несколько контратак, в том числе с применением танков, один из которых удалось подбить. Особенно сильным было противодействие советских войск в направлении выс. 137, 1, захват которой немцами рассматривался как угрожающий всему правому флангу. Здесь действовали бойцы советской 79-й бригады. Перед ней на 8 июня командованием армии была поставлена задача: нанести по вклинившемуся противнику контрудар, занять выс. 137, 1 и восстановить положение на своем левом фланге. Для контратаки привлекались 2-й батальон 79-й бригады капитана Я.С. Пчелкина и 1-й батальон 2-го полка морской пехоты капитана А.Н. Смердинского. В качестве усиления им придавались батальон 25-й дивизии и 1-я рота 125-го танкового батальона. Артиллерийскую поддержку обеспечивали расчеты 134-го гаубичного полка подполковника И.Ф. Шмелькова и 18-го гвардейского полка полковника Н.В. Богданова.

С наступлением рассвета советская артиллерия открыла огонь по целям на участке Камышлы – Бельбек. После короткой подготовки 2-й батальон 79-й бригады при поддержке десяти танков Т-26 125-го отдельного танкового батальона пошел в атаку. Батальон от Перекопского полка с выходом в атаку запоздал, так как его долго не могли разыскать делегаты связи от 79-й бригады. Поэтому не удалось наладить взаимодействие, и планировавшийся одновременный удар не получился. Причиной неудачи стало то обстоятельство, что «все делалось наспех, командиры прибывших подразделений не успели как следует познакомиться с обстановкой»[114].

В назначенный час, 8.00, в наступление смог перейти только 2-й батальон 79-й бригады. Немецкий 16-й полк встретил атакующих плотным артиллерийско-минометным и пулеметным огнем. Преодолевая сопротивление противника, бойцы 2-го батальона на нескольких участках ворвались во вражеские окопы, где завязалась рукопашная. Однако сил, чтобы – пусть даже ценой большой крови – удержать захваченные позиции, не хватило, и пришлось отступить. Поддерживавшие атаку пехоты танки 125-го батальона были подбиты или сожжены[115]. Тем временем противник перегруппировался и сам перешел в контратаку. Советская пехота, понеся потери и лишившись поддержки танков, сначала остановилась, а потом вернулась на исходные позиции. Атака окончательно захлебнулась[116].

Успешно отбив атаку, противник в 9.30 обрушил на позиции 79-й бригады и 172-й дивизии вал артиллерийского и минометного огня. По позициям моряков били приданные наступающим немецким частям орудия большой мощности. Этот «удар был настолько грандиозным, а вызванное им задымление и поднявшаяся пыль настолько сильными, что наши роты шли буквально сквозь серую пелену», – описывал начало наступления 22-й дивизии бывший командир 2-го батальона Брунс[117]. Вскоре в небе появились бомбардировщики. Как только в 10.00 обстрел и бомбежка прекратились, в атаку пошла немецкая пехота.

Первая ее атака была отбита. Но за ней последовали новый обстрел и новая бомбежка. Немецкая авиация изменила тактику. Если в первый день налеты производились большими массами, рассчитанными на подавление обороны на всю ее глубину, то начиная с 8 июня авиация атаковала группами по 6—12 самолетов. От бомбового груза они освобождались в три-четыре захода, тщательно обрабатывая выбранные цели. На смену отбомбившимся самолетам сразу приходили новые. Такая тактика позволяла противнику буквально «висеть» над позициями оборонявшихся, не позволяя им производить перегруппировку, нанося все новые и новые потери.

В основном удар противника пришелся по 747-му полку. В боях 7 июня он уже понес значительные потери, а немецкие атаки нового дня сделали ситуацию критической. На ряде участков противник вклинился в оборону, блокируя и уничтожая узлы сопротивления. Так что связь с командиром полка была вновь потеряна.

Командир дивизии полковник И.А. Ласкин в сложившейся обстановке счел полезным сконцентрировать весь огонь 134-го гаубичного полка и батарей береговой обороны на фронте 747-го полка и на стыке его с 79-й бригадой. На этом же направлении был развернут недоукомплектованный и прежде находившийся в резерве 388-й полк майора С.А. Кравца, четыре батареи 674-го и 700-го противотанковых артиллерийских полков. На стык 747-го и 514-го полков были переброшены школа младших командиров и сформированный из тыловых и различных специальных частей отряд под командованием лейтенанта П.Г. Вавилова[118]. На некоторое время продвижение противника замедлилось.

Во второй половине дня 8 июня состоялся телефонный разговор между командиром 172-й дивизии и командующим армией. Генерал И.Е. Петров интересовался состоянием дивизии, хотя уже сам понимал, что соединение держится из последних сил. Из доклада полковника И.А. Ласкина явствовало, что основной рубеж обороны противником прорван, собственные резервы исчерпаны, боеприпасы на исходе. Фронт дивизии мог рухнуть в любой момент. Но, несмотря на это, командарм еще раз попросил продержаться до вечера, обещая перебросить для укрепления обороны 345-ю дивизию. Полковнику И.А. Ласкину ничего не оставалось, как заверить генерала И.Е. Петрова, что до прибытия подкреплений фронт непременно будет удержан.

Только положение менялось стремительно. Вскоре после разговора с генералом И.Е. Петровым поступило тревожное известие от начальника штаба 514-го полка капитана П.М. Островского. Он сообщал, что к наблюдательному пункту командира 747-го полка прорвалась немецкая пехота. Полковник И.А. Ласкин немедленно связался с начальником штаба 747-го полка майором С.А. Ширкалиным и потребовал направить на выручку резервную роту автоматчиков. Начальнику артиллерии дивизии полковнику И.М. Рупасову было приказано поставить перед наблюдательным пунктом командира полка заградительный огонь.

Как вскоре выяснилось, резервной роты в наличии уже не было – ее еще в середине дня перебросили на другой участок, где также создалась угроза прорыва. Поэтому майор С.А. Ширкалин собрал всех, кто находился на командном пункте, вплоть до писарей, и этот импровизированный отряд направил на выручку наблюдательного пункта полка. Но выполнить задачу отряд не смог, по дороге он наткнулся на группу немецких пехотинцев и был вынужден вступить с ними в бой. Тогда военком полка батальонный комиссар В.Т. Швец бросил на помощь своему командиру роту связистов под командованием П.В. Ольховникова.

К этому времени наблюдательный пункт подполковника В.В. Шашло был уже фактически окружен и находился под постоянным прицельным обстрелом. Вместе с командиром 747-го полка на нем находились подполковник К.Я. Чернявский, помощник начальника штаба 134-го гаубичного полка капитан В.Н. Майборода, командир взвода артиллерийской разведки Н. Лугин и еще 5 красноармейцев. Попытка прорыва из образовавшегося кольца не удалась. В последующем бою все защитники наблюдательного пункта были убиты[119]. Командование полком принял на себя батальонный комиссар В.Т. Швец.

К исходу дня 8 июня положение в полосе обороны 747-го полка продолжало ухудшаться. В боях 1-й батальон был почти полностью уничтожен. Крупные силы противника прорвались в направлении кордона Мекензи № 1 и вышли к наблюдательному пункту 1-го дивизиона 134-го гаубичного полка. Его командиру капитану Н.Ф. Постою, чтобы отразить атаку, пришлось вызывать огонь на себя. Только так удалось остановить прорыв.

Немцы вновь пытались прорваться на стыке 172-й дивизии и 79-й бригады, развивая достигнутый накануне успех. Чтобы не допустить прорыва на угрожаемый участок, были выдвинуты дивизионы 674-го и 700-го истребительных противотанковых полков, а также 388-й стрелковый полк. Последний не успел закончить формирование, но это было все, чем располагало командование сектора, чтобы закрыть образующуюся брешь в обороне.

Не многим лучше развивалась ситуация в полосе обороны 514-го полка. Возобновились бои за томатный завод, который обороняли красноармейцы 5-й стрелковой и 2-й пулеметной рот. К вечеру почти весь личный состав был убит или ранен, погибли командиры рот. В наступившей темноте только двум небольшим группам бойцов и командиров удалось вырваться из окружения. Захват томатного завода дорого обошелся противнику: взвод 3-го саперного батальона 132-й дивизии был полностью уничтожен.

Батальоны 79-й бригады также находилась в тяжелом положении, на всем протяжении ее фронта шли бои, периодически переходящие в рукопашные схватки. Примерно четыре роты атаковали 2-ю стрелковую роту 1-го батальона, оборонявшую выс. 195, 2. Используя поддержку артиллерии, минометов и авиации к середине дня противник занял высоту, частично уничтожив, частично вытеснив оттуда оборонявшихся. Вклинение на этом участке к исходу дня достигло 600 м.

На центральном участке основные бои развернулись за обладание выс. 145, 4 и 137,1. Противник стремился сломить сопротивление советских войск и захватить кордон Мекензи № 1. После полудня немцы вплотную подошли к командному пункту 2-го батальона. Майор Я.М. Пчелкин был вынужден перебраться на новый конмадный пункт, оборудованный за позициями 6-й роты. К исходу дня немцы захватили выс. 145, 4, вытеснив оттуда части 3-го батальона, и полностью заняли южные скаты выс. 137, 1[120].

Особую тревогу у командования 79-й бригады во второй половине дня стало вызывать направление в сторону кордона Мекензи № 1. От него было не так далеко до берега Северной бухты – главной цели немецкого наступления. Здесь располагалась в виде плавно изогнутой линии вторая линия обороны 79-й бригады, обращенная фронтом на северо-восток. Создавалась необходимость выделения ее в отдельный участок с собственным командиром. Поскольку майор Я.С. Кулиниченко получил ранение, туда было решено направить майора И.И. Кохно, командира дивизиона противотанковых орудий.

Таким образом было образовано подразделение, получившее название «отряд майора Кохно». Оно насчитывало около 150 бойцов, в том числе роту противотанковых ружей лейтенанта Ф.М. Грабового. Для улучшения управления в отряд был направлен начальник оперативного отделения бригады старший лейтенант П.Г. Банкет. Перед отрядом была поставлена задача: закрыть противнику выход из Камышловского оврага и не допустить прорыва к кордону Мекензи № 1 с этого направления[121].

132-я дивизия, также преодолевая сопротивление и отбивая контратаки, продвинулась далеко вперед. Ею была полностью взята выс. 104, 5, что позволило глубоко продвинуться центром, вплоть до ПМ 016 – ПМ 013. В ходе боя у противника создалось впечатление, что перед центральной частью сопротивление более сильное, чем перед правым флангом. Захваченные высоты позволили немцам наладить визуальное наблюдение за северной стороной. Если 7 июня 95-я дивизия полковника А.Г. Капитохина оставалась на второстепенном направлении, то 8 июня все изменилось: 132-я дивизия, достигнув успеха на своем левом фланге, перешла в наступление на всем своем фронте.

[111] NARA. T. 315.R. 947. Fr. 765. Немцы отметили, что если прежде советские минеры выставляли мины в виде полей, то на этом участке – по отдельности или небольшими группами.

[112] Коломиец Т.К. На бастионах – чапаевцы. С. 112–113. Судя по воспоминаниям, описанные события произошли 8 июня. Но сам Т.К. Коломиец немного выше, на с. 108, говорил, что ранение майор М.С. Антипин получил 10 июня.

[113] NARA. T. 314. R. 1348. Fr. 211.

[114] У черноморских твердынь. С. 401–402.

[115] Ларкина Л. Война. Трагедия и бессмертие. – Днiпропетровськ, 2008. С. 350.

[116] Моргунов П.А. Героический Севастополь. С. 340.

[117] Bruns. Grenadier-Regiment 16. S. 14.

[118] Огненные дни Севастополя. – Симферополь, 1982. С. 219.

[119] Ласкин И.А. На пути к перелому. С. 135.

[120] Боевые действия стрелковой дивизии. С. 433.

[121] У черноморских твердынь. С. 403.