Битва за Севастополь. Последний штурм: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Соединения LIV корпуса продолжали медленно продвигаться вперед, постепенно отсекая 95-ю дивизию от ее соседей. Немецкая 132-я дивизия постепенно сжимала плацдарм вокруг д. Любимовка, создавая предпосылки для блокирования и уничтожения 30-й батареи и захвата д. Буденовка. Соседние 22-я и 50-я дивизии прорвались в верховья Сухарной балки. Выход к Северной бухте стал делом времени.

15 июня

Северный сектор

Схемы № 2 и № 4

На левом фланге LIV корпуса обстановка утром и днем 15 июня оставалась относительно стабильной. Батальоны 24-й дивизии в первой половине дня были заняты зачисткой района между ПМ 032 и дорогой. Проводилась частичная смена войск. С раннего утра 1-й батальон 123-го полка провел зачистку местности на правом фланге дивизии. В 13.00 нападению бойцов 79-й бригады подвергся 121-й полк, также последовали атаки против правого фланга соединения из района дорожного серпантина. Но здесь подготовка к атаке была вовремя замечена и поэтому успешно отражена.

В соответствии с полученным в 14.00 приказом началась непосредственная подготовка к взятию «Старого форта» и Белого туннеля неподалеку от него. В 18.00 усиленный 122-й полк вместе с левым соседом после короткой артподготовки перешел в наступление в направлении от ПМ 033. Этой частной операции было присвоено кодовое наименование «Катцельвурм». Преодолев ожесточенное сопротивление бойцов и командиров, противник смог быстро продвинуться вперед на 300 м. Успех был впечатляющим, только пленных было захвачено 420 человек. Большую роль в успехе операции сыграли тяжелые минометы, которые накрывали своим огнем не только атакуемые позиции, но и близлежащие тылы, не позволяя оборонявшимся перебрасывать резервы на угрожаемые участки. К вечеру 50-я дивизия закрепилась по линии: 400 м юго-западнее ПМ 025–100 м юго-западнее ПМ 032. На остальных участках положение осталось без изменений[213].

В 6.00 против 132-й дивизии была проведена атака с запада в направлении ПМ 019. Не успели немцы отбить одну атаку, как началась новая. Бой длился до 11.00, и в нем с советской стороны приняло участие до батальона пехоты. Все удары немцами были отбиты. На центральном и правом участках обороны дивизии все оставалось спокойно. Но от собственного наступления на этом участке противнику пришлось временно отказаться.

Успешное отражение атак 95-й дивизии позволило ударным группам 132-й дивизии возобновить продвижение вперед. Не встречая серьезного сопротивления, они уже в первой половине дня заняли северную часть балки ПМ 036 и ПМ 035, захватив 16 пленных. Одновременно артиллерия дивизии методично подавляла узлы сопротивления в районе долины р. Бельбек.

Во второй половине дня 437-й полк после мощного огневого налета перешел в наступление в северном направлении. Тогда же 213-й полк атаковал в западном направлении. Оба полка успешно продвигались вперед, встречая на своем пути относительно слабое сопротивление. В скором времени дивизионный штаб мог с удовлетворением констатировать, что противотанковый ров захвачен на всем его протяжении. Для продолжения наступления 437-й полк был усилен 2-м батальоном 436-го полка. В свою очередь, участок, с которого был снят батальон, был передан батальону из 31-го полка. В 15.30 последовала контратака против левофлангового 436-го полка, но она была легко отражена, и полк возобновил движение.

В этот день группа солдат противника прорвалась в виноградники у совхоза им. Софьи Перовской и перерезали воздушную и подземную линии связи, идущие на 30-ю батарею. На следующий день после уничтожения противником радиоантенн исчезла и радиосвязь. Попытки установить с батареей контакт с помощью подземной антенны успехом не увенчались. Эти события можно считать началом непосредственной борьбы за 30-ю батарею.

Восточный сектор

Схема № 8

После восхода солнца немецкая пехота не предпринимала никаких активных действий. Боевые действия ограничились рейдами усиленных разведывательных групп для уточнения состояния советских оборонительных позиций по линии: выс. 400 м западнее дороги Севастополь – Ялта – местность восточнее и юго-восточнее группы домов (ПМ 018) – западная окраина летного поля ПМ 019 – район восточнее ПМ 020 и перед линией обороны 28-й дивизии. В начале дня 170-я дивизия своей ударной группой вытеснила оборонявшихся из их позиций западнее изгиба дороги и ПМ 020. Но далее немцы продвинуться не смогли, натолкнувшись на усилившееся сопротивление. Поэтому установить контакт с передовыми частями 72-й дивизии им не удалось. В течение оставшегося дня 170-я дивизия постепенно подтягивала свои силы к передовым рубежам. Действия советских войск, по немецким оценкам, были противоречивыми. В одних местах они оказывали сильное сопротивление, в других – отступали почти без боя. Фланговый огонь из района совхоза «Благодать» резко ослаб, поэтому даже родилось предположение, что основные силы оттуда ушли, оставив только прикрытие[214].

Немецкое командование в своих предположениях оказалось правым, но только частично. Основные силы приморцев отошли на Федюхины высоты и к Сапун-горе. На центральном участке продолжал держать оборону только 778-й полк 388-й дивизии. К 12.00 ударные группы противника ворвались в передовые траншеи его батальонов, в результате чего командный пункт подполковника А.И. Планидина оказался всего в 40–60 м от переднего края. Группе немецких солдат удалось просочиться через разрывы в боевых порядках, и они вышли прямо к блиндажу командира полка. Подполковнику А.И. Планидину пришлось оставить управление частью и лично вместе с несколькими связистами отражать атаку. Неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы не подоспел взвод саперов, который привел на выручку военком полка старший политрук Г.Л. Разумов[215].

Во второй половине дня личным приказом генерала И.Е. Петрова 9-й бригаде морской пехоты была поставлена задача: двумя батальонами занять рубеж по выс. Карагач – восточные скаты выс. 271, 8. Соседом справа становилась 388-я дивизия, слева – 7-я бригада морской пехоты. Еще два батальона оставались в резерве СОРа и размещались в Юхариной балке.

Командир бригады полковник Н.В. Благовещенский для выполнения приказа выделил 1-й батальон под командованием майора Никульшина и 3-й батальон майора Панасюка. Им были приданы соответственно артиллерийский дивизион в составе четырех 76-мм орудий старшего лейтенанта А.А. Зегжда и дивизион 120-мм минометов капитана Цыпина[216].

Произошел отвод частей 7-й бригады на новые позиции, так что первая половина дня для них прошла без атак с немецкой стороны. Но на бойцов обрушилась беда иного рода. Неожиданно оказалось, что поднявшийся восточный ветер принес с собой жесточайший смрад от разлагавшихся под палящим солнцем сотен трупов: «В жарком воздухе стоит такая вонь, что людей тошнит. От нее нет спасения нигде. Моряки, никогда не страдавшие отсутствием аппетита, не прикасаются к пище»[217]. В этот день, во второй его половине, 7-я бригада выдержала две немецкие атаки. К исходу суток ее позиции выдавались вперед в виде полукруга. Опасаясь за фланги бригады, генерал И.Е. Петров отдал приказ отвести батальоны бригады на Федюхины высоты. Этот маневр позволял спрямить линию фронта и укрепить фланги, избегая опасности окружения.

В 20.30 170-я дивизия почти полностью завершила сосредоточение, и ее командир доложил о готовности своего соединения к наступлению. К моменту ввода 170-й дивизии в бой в ее боевых частях насчитывалось более 3 тыс. солдат[218], на данный момент она была самым боеспособным соединением 11-й армии. После окончания артиллерийской и авиационной подготовки она предприняла свое первое наступление. В качестве цели ей был поручен захват высот в 400 м западнее перекрестка шоссейной и железной дорог. В передовой линии выступил 401-й полк, но он сразу же столкнулся с сильным артиллерийским и минометным противодействием со стороны приморцев. Огонь преимущественно велся с Сапун-горы и Федюхиных высот. Вызванная для подавления авиация, несмотря на несколько налетов на артиллерийские позиции оборонявшихся, справиться с проблемой полностью не смогла.

В районе ПМ 021 – восточнее выс. ПМ 014 сосредоточился 391-й полк. Из состава 28-й дивизии 3-й батальон 83-го полка был выделен для атаки на совхоз «Благодать» и высоты севернее 212,1. Три батальона румынской 1-й дивизии в качестве обеспечения северного фланга заняли линию гора Гасфорта – хутор Резниково – ПМ 013. Этим маневром они высвободили часть сил 72-й дивизии, а именно 72-й самокатный батальон, части 401-го полка и один батальон 399-го полка. Теперь их можно было или оставить в качестве резерва, или использовать для усиления на других направлениях [219].

По итогам дня 15 июня у командования XXX корпуса сложилось представление, что начался вывод частей, оборонявших выступ в районе ПМ 04 – совхоз «Благодать», ввиду наметившегося окружения. На позициях оставалось только сильное прикрытие. Поэтому сопротивления следует ожидать теперь в борьбе за Сапун-гору. Фланговый огонь из района д. Кадыковка вряд ли станет существенной помехой, а вот обстрелы с Федюхиных высот могут быть очень опасны, и на них следует обратить самое пристальное внимание.

Итоги дня

День 15 июня в северном секторе прошел сравнительно спокойно. Немецкое наступление в сторону Северной бухты затормозилось, у противника явно не хватало сил, чтобы завершить прорыв обороны 345-й дивизии. Его основные усилия были перенесены на правый фланг LIV корпуса, где главной целью стало блокирование и уничтожение 30-й батареи, а также изолирование 95-й дивизии от основных сил Приморской армии. В восточном секторе противник медленно продвигался в западном направлении, постепенно расширяя прорыв на флангах. Всего за день в войсках СОРа были убиты 597 человек и ранены 938. В Севастополе скопилось 7475 человек раненых, больных – 543, выздоравливающих – 2779. Всего – 10 797 человек[220]. С каждым днем росли потери гражданского населения от артобстрелов и постоянных бомбардировок. Так, только за 14–15 июня погибли 25 и ранены 36 мирных жителей[221]. По воспоминаниям работника городского эвакопункта Е. Смирновой, с середины июня эвакуация гражданского населения заметно замедлилась, что было связано с необходимостью перевозки на Кавказ большого числа раненых: «Эвакуация шла уже только при помощи подводного флота и при строгой конспирации»[222].

16 июня

Северный сектор

Схемы № 2 и № 4

С раннего утра позиции 22-й дивизии подверглись многочисленным атакам, поддержанным сильным минометным и пулеметным огнем. Группы красноармейцев действовали преимущественно вдоль железной дороги в направлении на Мекензиевы Горы. Все атаки были отражены, однако, как отмечал противник, советская пехота «дерется поразительно ожесточенно»[223]. Схожая картина наблюдалась и на участке соседней 50-й дивизии. С утра 16 июня она не вела активных боевых действий, ограничиваясь ведением наблюдения и разведки, пехота приводила себя в порядок. За время наступления 50-я дивизия понесла потери: среди офицеров 11 были убиты, 65 – ранены, среди унтер-офицеров 63 были убиты, 349 ранены и 7 пропали без вести, погибли 300 солдат, еще 1623 получили ранения, и пропали без вести 125 человек[224]. Даже по меркам 1942 года это были тяжелые для немцев потери.

В 9.45 после артиллерийского налета началась операция «Татцельвурм»: 1-й батальон 123-го полка во взаимодействии с 47-м полком 22-й дивизии атаковал выс. ПМ 027–028, 32-й полк с приданной ему саперной ротой готовились к атаке на «Старый форт», который представлялся выгодным плацдармом для захвата Белого тонннеля, 121-й и 123-й полки оказывали поддержку проводимой операции артиллерийским огнем и данными наблюдений. Потери 123-го полка были невелики: погиб унтер-офицер, ранены 2 офицера, 1 унтер-офицер и 4 солдата[225].

Возобновились атаки и против частей 95-й дивизии. Их командование расценило действия немцев как новую попытку решительного штурма. К сожалению, у командования IV сектора практически не было средств для противодействия. Людские резервы были исчерпаны, возможностей для пополнения не было никаких. Кроме того, в частях, которые вели бои на северной стороне, назрел кризис в снабжении боеприпасами. Как отмечал бывший начальник артиллерии 95-й дивизии, «то, что было накоплено на батареях, мы израсходовали, а со складов поступало все меньше и меньше снарядов. Приходилось ограничиваться в основном стрельбой прямой наводкой. Особенно экономно расходовался оставшийся небольшой запас выстрелов на береговых батареях»[226].

Проблема заключалась не в отсутствии боеприпасов вообще. На складах главной базы Черноморского флота их было еще достаточно. Но немецкая авиация, завоевавшая господство в воздухе, не давала возможности вовремя перебрасывать их на позиции. Днем самолеты гонялись не только за колоннами автотранспорта, но и за отдельными автомашинами и повозками. По этой причине транспортный парк Приморской армии стремительно сокращался, автомашин не хватало не только для подвоза боеприпасов, но и для доставки продовольствия и эвакуации раненых. Чтобы избежать излишних потерь, все перевозки стали осуществляться только в ночное время, но обеспечить части всем необходимым за темное время суток транспортники уже не успевали.

Противник интенсивно готовился к назначенному на 17 июня новому наступлению, главной целью которого был прорыв к Северной бухте. К 17.00 завершилось прибытие 24-й дивизии на выделенный ей участок, были установлены связь и взаимодействие с соседями. В течение дня проводилась подготовка к назначенному наступлению в рамках частной операции под кодовым названием «Прайз». Так как 22-я и 50-я дивизии понесли слишком большие потери, основной удар был перенесен в полосу 24-й дивизии. Ее 32-й полк остался в подчинении генерала Ф. Шмидта, поэтому для атаки можно было выделить всего два пехотных полка. Впрочем, полоса наступления была относительно узкой, что позволило эффективно концентрировать силы и средства. На правом фланге расположился 102-й, а на левом – 31-й пехотные полки, их полоса наступления позволяла глубоко эшелонировать войска в глубину и давала возможность в случае необходимости маневрировать резервами. Перед 24-й дивизией стояла задача по захвату фортов «Молотов», «ГПУ» и «ЧК»[227].

[213] NARA. T. 314. R. 1348. Fr. 431, 433.

[214] NARA. T. 314. R. 827. Fr. 662–663.

[215] Волков В.И. У порога дома. С. 37.

[216] Синютин М.В. Батарея задачу выполнила. – СПб., 2010. С. 171–172.

[217] Жидилов Е.И. Мы отстаивали Севастополь. С. 214.

[218] NARA. T. 315. R. 1528. Fr. 865.

[219] Ibid. T. 314. R. 827. Fr. 664.

[220] Шестаков Н.С. Совершенно секретно: Документальная драма. – Севастополь, 2005. С. 144.

[221] ГААРК. Ф. П—35. Оп. 1. Д. 230. Л. 87–90.

[222] Там же. Ф. П—156. Оп. 1. Д. 22. Л. 82.

[223] NARA. T 315. R. 781. Fr. 768.

[224] Ibid. T. 314. R. 1348. Fr. 457.

[225] Ibid. T. 315. R. 947. Fr. 776.

[226] Пискунов Д.И. 95-я Молдавская. С. 125.

[227] Хаупт В. Сражения группы армий «Юг». – М., 2006. С. 135.