Битва за Севастополь. Последний штурм: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Схемы № 2 и № 4

Для противника, находившегося на северной стороне, ночь прошла относительно спокойно, только на тыловые районы были совершены неоднократные налеты советской авиации, не причинившие существенного вреда. Несколько самолетов пытались бомбить и обстреливать передовые линии немецких и румынских войск, но их отогнали артиллерийским зенитным огнем и огнем стрелкового оружия.

В 8.00 началось общее наступление 24-й дивизии сразу несколькими боевыми группами при поддержке штурмовых орудий. Во второй половине дня 31-й полк 24-й дивизии проводил зачистку захваченных районов между ПМ 015 – ПМ 017 – ПМ 02. В ходе коротких боестолкновений и стычек был захвачен ранее обойденный частями 50-й дивизии и блокированный укрепленный пункт в районе южнее ПМ 02, а также немногочисленные позиции западнее и юго-западнее от него. Находившиеся в них и державшие оборону красноармейцы и командиры были убиты или взяты в плен.

Как выяснилось, этот укрепленный пункт ранее не был блокирован полностью, и благодаря разрыву между правым крылом 122-го и левым флангом 121-го полка немецкой дивизии его гарнизон сохранял возможность поддерживать связь со своими частями. Вплоть до 11 июня он получал снабжение боеприпасами и пополнением. В результате, когда началась атака 31-го полка, он наткнулся на оборону, удерживаемую гарнизоном численностью до батальона. Красноармейцы защищались ожесточенно и сдались только тогда, когда кончились боеприпасы и они оказались в полном окружении. Основу обороны составлял бетонный дот, вполне современный, оборудованный электрическим освещением, линиями связи и т. д. Вокруг была возведена система полевых укреплений, окопов и траншей глубиной в человеческий рост.

Потери оборонявшихся составили, по меньшей мере, 250 убитыми, примерно 60 пленными. Немцами были захвачены два противотанковых орудия, много автоматического оружия и минометов. Бой стоил противнику около полусотни убитых[174].

Из показаний перебежчиков немецкому командованию стало известно, что против румынского 33-го полка и левого фланга немецкого 102-го полка планировали нанести контрудар части 25-й дивизии. Начало операции было назначено на 12.00. Уже в 11.00 началась мощная артиллерийская подготовка, огонь которой обрушился на немецкие передовые линии. Через несколько минут он был перенесен в глубину, охватив район вплоть до Камышловского оврага. Зная от перебежчиков и по собственным наблюдениям исходные районы для атаки и место расположения танков, корпусная и дивизионная артиллерия заблаговременно нанесла по ним сильный налет, не дав планомерно изготовиться к атаке. В результате контрудар был сорван[175].

Для утреннего наступления с целью захвата выс. ПМ 050 и «Старого форта» немцы сформировали т. н. группу фон Фибана. В нее вошли 2-й и 3-й батальоны 123-го полка, 2-й батальон 122-го полка, усиленные штурмовыми орудиями 197-го дивизиона и 2-м батальоном 1-го полка «Небельверферов». В случае необходимости их могли поддержать вся дивизионная и корпусная артиллерия, а также орудия 22-й и 24-й дивизий. Справа на «Старый форт» выдвигался 32-й полк, еще правее – части 22-й дивизии атаковали в сторону серпантина дорог.

В целом первая половина дня на участке 50-й дивизии прошла относительно спокойно: обе стороны вели обстрел занимаемых позиций, время от времени над передовой линией пролетали самолеты, сбрасывая бомбы и стреляя из пулеметов. Части группы фон Фибана в мелких стычках продвигались в юго-западном направлении, стараясь выйти на выгодные рубежи для атаки на ПМ 050 и «Старый форт». В 14.30 из района «Старого форта» последовала атака советских войск, которая была быстро отбита. Потери 123-го полка составили за день один унтер-офицер и 8 солдат убитыми, два офицера, 16 унтер-офицеров и 48 солдат ранеными[176].

Части 22-й дивизии в течение дня не предпринимали крупных наступательных операций, вели артиллерийскую и минометную перестрелку с оборонявшимися перед фронтом советскими частями. Советская контратака в направлении ПМ 024 была успешно отбита, артиллерия накрыла изготовившихся к атаке в северной части Сухарной балки красноармейцев огнем и сорвала ее. Насколько можно судить, речь в этом оперативном документе шла о попытке 345-й дивизии выйти к станции Мекензиевы Горы. Вечером в полосе 22-й дивизии было отражено несколько мелких контратак силами до роты со стороны форта «Волга» в общем восточном направлении.

В 5.00 22-й артиллерийский полк 132-й дивизии предпринял обстрел позиций 95-й дивизии на всем северном и западном участках обороны. Следом в атаку перешла ударная группа 437-го пехотного полка в составе: 3-я рота 437-го полка, 2-я рота 173-го саперного батальона и 132-я противотанковая рота[177]. Перед ней была поставлена задача: блокировать долину р. Бельбек с юга и запада на участке между ПМ 031 и южным берегом реки. В ходе наступления передовая линия продвинулась вперед всего на 30 м, и атака сорвалась вследствие высоких потерь, понесенных немцами от сильного заградительного огня.

Тем временем батальоны 7-й бригады возобновили выполнение ранее поставленной перед ними задачи, пытаясь прорваться к виадуку. Их атака началась в 4.00. После короткого артиллерийского обстрела батальоны капитана А.С. Гегешидзе и комиссара А.И. Модина, заменившего раненного накануне вечером капитана А.Я. Рудя, рванулись вперед. Вскоре 3-й батальон попал под плотный пулеметно-минометный обстрел, роты стали нести потери и залегли. Находившийся в это время в 9-й роте старший политрук А.И. Модин попытался личным примером увлечь бойцов через простреливаемое пространство, но был убит. В командование батальоном вступил старший лейтенант Попов[178]. С трудом ему удалось повторить атаку, но успеха она не принесла.

В 10.00 батальоны бригады попали еще под бомбежку и штурмовку немецкой авиации. Бойцы растерялись, попав одновременно под огонь с земли и воздуха. Кто-то упал на землю в поисках укрытия, кто-то побежал назад в окопы. Им наперерез бросились лично командир и военком бригады. Силой, словами и угрозами они смогли повернуть бегущих вспять, и положение было восстановлено.

Тем временем часть 2-го батальона, следуя, видимо, по лощине, по которой проходили шоссейная и железная дороги, прорвалась к виадуку. Но никого из бойцов 25-й дивизии здесь не оказалось. Не было видно или слышно звуков приближающегося боя. Стало ясно, что прорыв 54-го полка не удался: его атака была остановлена противником, и окружить немцев уже не получится. Тогда полковник Е.И. Жидилов отдал батальонам приказ закрепиться на достигнутых рубежах и окопаться. Сам он вернулся на свой командный пункт и около 12.00 доложил в штаб армии о результатах атаки и о том, что батальоны вышли на рубеж 30-я батарея – выс. 107, 2 – виадук, но здесь никаких частей 25-й дивизии не встретили[179].

В ответ прозвучало, что… командование его действиями удовлетворено. Сказанное настолько не соответствовало обстановке, что пораженный услышанным командир бригады непроизвольно дернул шнур телефона, вместе с телефоном упала полка, на которой он стоял. На полке, как оказалось, лежала снаряженная кем-то из разведчиков граната, она сдетонировала, и раздался взрыв. Чудом полковник остался жив, его оглушило и ослепило, мелкие осколки посекли лицо. Несколько часов он не мог раскрыть глаза, но постепенно зрение вернулось. А вот глухота прошла лишь через несколько дней. К сожалению, в результате этого казусного случая управление батальонами на некоторое время оказалось расстроенным.

Противник, как это ни странно, почти не ощутил на себе удара батальонов 7-й бригады. В течение первой половины дня немцы отмечали только ведение разведки со стороны обороняющихся силами от взвода до роты. Однако вплоть до 15.00 132-я дивизия не решалась перейти к активным действиям, оставаясь на своих прежних позициях.

В 15.00 полковнику Е.И. Жидилову было приказано оставить батальоны на северной стороне, а самому вернуться в район расположения основных сил бригады на Федюхиных высотах. Между тем 2-й и 3-й батальоны продолжали воевать в составе войск IV сектора и вернулись оттуда только 20 июня. К тому времени в них осталось всего около сотни бойцов. Командир 7-й бригады убыл с северной стороны накануне момента, когда 132-я дивизия возобновила наступление.

В 15.00 началась атака левым флангом и центром 132-й дивизии с целью повторного захвата противотанкового рва и ПМ 019. Основной удар наносился 213-м и 438-м полками, но как только они начали атаку, то сразу наткнулись на сильное противодействие со стороны красноармейцев 95-й дивизии. В ходе ожесточенного боя, стоившего противнику серьезных потерь, удалось продвинуться вперед всего на 100 м. Немцы стали спешно окапываться, предвидя скорые контратаки.

Около 12.30 из штаба 11-й армии поступило сообщение, что в распоряжение LIV корпуса прибыл 97-й полк из состава 46-й дивизии, который можно будет использовать для развития наступления. Кроме того, в подчинение генерала Э. Ханзена переходит румынская 4-я дивизия.

В 21.00 командир LIV корпуса разговаривал по телефону с майором Виллутцки, офицером связи при начальнике штаба 11-й армии, и сообщил, что в ходе предшествующих боев части корпуса понесли серьезные потери, численность рот снизилась до 25 человек в среднем. Вследствие этого продолжение наступления без соответствующего пополнения становится невозможным. Генерал Э. Ханзен напомнил, что командующий армией пообещал ему усиление частями 46-й дивизии, чего сделано не было. Поэтому он считает, что в создавшемся положении следует подумать о прекращении штурма. По его мнению, пехота уже не в состоянии продолжать наступление, тогда как противник по-прежнему удерживает позиции в хорошо оборудованных узлах сопротивления. Выбить их оттуда без поддержки артиллерии очень сложно, а боеприпасы для орудий, особенно крупных калибров, подходят к концу[180].

В 23.00 командиру LIV корпуса позвонил уже сам командующий 11-й армией. Генерал Э. фон Манштейн упрекнул генерала Э. Ханзена в том, что 132-я дивизия, несмотря на то что ей был придан свежий 213-й полк, так и не смогла переломить ситуацию в свою пользу. За последние дни она добилась ничтожных успехов, что командир соединения пытается оправдать слишком большими потерями. Командование армии не может считать такие объяснения вескими, поскольку убыль личного состава в остальных соединениях армии была не меньше, а результат – выше. Генерал Э. Ханзен возражал, указав, что существенные потери 132-й дивизии, понесенные ею в ходе боев на Керченском полуострове, так и не были восполнены. Прибывший в ее состав 213-й полк также не был полного состава: в нем было всего два батальона, роты которых насчитывали по 50 человек.

Напоследок генерал Э. фон Манштейн еще раз напомнил, что 132-я дивизия должна сделать все от нее зависящее, чтобы добиться решительного успеха на своем участке.

Восточный сектор

Схема № 7

На 12 июня противник в полосе наступления XXX корпуса запланировал захват высот южнее и юго-восточнее д. Кадыковка. Основной удар предусматривался против выс. ПМ 016. Начало атаки было назначено на 7.00. В случае успеха предполагалось использовать 170-ю дивизию для его развития[181].

По распоряжению командира 72-й дивизии была предпринята ночная атака на ПМ 08, которая принесла нападавшим успех, и к утру вся высота была ими захвачена. В 7.00 в соответствии с планом началось общее наступление. После мощной артподготовки и при поддержке авиации пехота 72-й дивизии пошла в атаку на д. Камары и выс. ПМ 011. Еще ночью на это направление были подтянуты три пехотных полка соединения, и с утра все они были брошены в атаку. Советские войска по-прежнему ожесточенно сопротивлялись. Особые неприятности атакующим доставляли глубоко эшелонированные минные поля и огонь минометов, приносившие большие потери.

Но, несмотря на это, уже в 8.25 противник подошел к юго-западной окраине д. Камары, обороняемой 782-м полком 388-й дивизии. Развернулся бой за деревню, сдавать которую без сопротивления никто не собирался. Постепенно, дом за домом, сад за садом, немцы отвоевывали пространство, вытесняя оборонявшихся за пределы населенного пункта. Атака одним полком 72-й дивизии на ПМ 011 оказалась менее успешной. Немцы натолкнулись на яростное сопротивление и вдобавок на фланкирующий огонь со стороны ПМ 04.

Чтобы поддержать наступление 72-й дивизии, генерал Й. Зиннхубер должен был захватить холмы ПМ 03 и ПМ 02. Авиация VIII корпуса нанесла удар в 9.30 по первой цели, а в 10.00 – по второй. Поддержка «штуками» предусматривалась и в ходе развития самой атаки[182], что позволило наземным войскам постоянно наводить самолеты на наиболее опасные участки. Такое более тесное, чем в предшествующие дни, взаимодействие принесло долгожданный успех.

Сломив сопротивление бойцов дивизии, немецкая пехота ворвалась в траншеи на холме ПМ 03. Но дальнейшее продвижение вновь застопорилось, поэтому пришлось вызывать поддержку люфтваффе. С 13.30 до 14.00 немецкая авиация с пикирования методично обрабатывала советскую оборону. Одновременно бомбо-штурмовые удары наносились по высотам ПМ 014, ПМ 011 и ПМ 04, чтобы обеспечить наступление 72-й дивизии на д. Камары. После полудня, завершив зачистку холма ПМ 03, 28-я дивизия при поддержке правофланговых полков приступила к штурму холма ПМ 02.

Посильное содействие ХХХ корпусу оказывали румынские войска. Румынская 1-я дивизия могла выделить в помощь соседней 72-й дивизии только два своих батальона. Их бросили в атаку против находящейся севернее горы Гасфорта выс. ПМ 07. Но первое наступление закончилось неудачей, и немецкие, и румынские части были отбиты. Корпусное командование приняло решение повторить атаку в 20.00 после дополнительного артиллерийского обстрела и бомбардировки с воздуха[183].

В 20.30 72-я дивизия возобновила наступление на д. Камары и выс. ПМ 011 силами 124-го и 266-го пехотных полков. Перед самым ударом батареи минометов «Небельверфер» дали залп по позициям обороняющихся на этом участке. Но, как только немецкая пехота пошла в атаку, по району д. Камары неожиданно открыла заградительный огонь советская артиллерия. Причем стреляли наряду с легкими орудия больших калибров, как предположили немцы – с береговых батарей. Стало ясно, что командиры оборонявшихся дивизий разгадали используемый противником метод ведения наступления: как только заканчивается артиллерийская подготовка, в атаку немедленно идет пехота. Вот по ней и ударили сейчас орудия.

[174] NARA. T. 314. R. 1348. Fr. 339.

[175] Ibid. Fr. 341, 343.

[176] NARA. T. 315. R. 947. Fr. 774.

[177] NARA. T. 314. R. 1348. Fr. 337.

[178] Жидилов Е.И. Мы отстаивали Севастополь. С. 205.

[179] Жидилов Е.И. Мы отстаивали Севастополь. С. 206.

[180] NARA. T. 314. R. 1348. Fr. 353.

[181] NARA. T. 314. R. 827. Fr. 636.

[182] NARA. T. 314. R. 827. Fr. 636. Fr. 637.

[183] NARA. T. 314. R. 827. Fr. 638.