Дикие земли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пролог 1

Второй день подряд Черный Ургорт пребывал в тревожном беспокойстве. Великая столица злодейской державы повидала многое на своем многотысячелетнем веку. И ко многому успела привыкнуть. Такие мелочи, как эпидемии, вечно вспыхивающие в бедных кварталах и массово косящие чернь, уже давно не являлись новостью. Хороший пожар, превративший в пепел квартал-другой, уже мог претендовать на то, чтобы сделаться предметом обсуждения, но вялого и ненадолго. С куда большим азартом горожане мусолили столь же зловещие, сколь и сомнительные слухи о проделках безумных колдунов, почитателях запретных культов, тайных добряках и прочих сочных страшилках. Но в целом столичные жители были привычны ко всему, и цены в лавках волновали их куда больше, нежели гипотетические шпионы, колдуны и чума. Рассуждали в том здравом духе, что от чумы или проклятия еще помрешь ли или нет, а вот что хлеб год от года все дорожает и дорожает, ощущаешь на собственном кошельке непрерывно.

Но два дня назад случилось такое, что взволновало и даже напугало всех столичных жителей. Все началось чуть за полдень. Первыми это ощутили жители набережной – люди приличные и состоятельные. Окна их домов выходили прямо на реку Недобрую, на соседнем берегу которой гордо высилась могучая твердыня императорского дворца. Так вот, в полдень или чуть погодя, тамошние жители почувствовали содрогание земной тверди. Трясло вроде бы не сильно – обошлось без разрушений и жертв. Но тарелки в шкафах позвякивали, мебель елозила по полу, да еще один отставной генерал лет ста сорока с изрядным хвостиком из-за тряски оступился и грохнулся с лестницы. Его внуки уже откупорили вино, но не срослось – старый хрыч отделался легким испугом, чем испортил наследникам почти состоявшийся и столь долгожданный праздник.

Сам по себе факт небольшого землетрясения не был бы чем-то удивительным, случись оно где-нибудь в иной местности. Но в том-то и дело, что Черный Ургорт не трясло со дня его основания более трех тысяч лет назад. В этих краях земная твердь была именно что твердью, а не киселем, что имеет привычку болтаться и колебаться когда ему вздумается.

Еще одной странностью внезапной сейсмической активности стала ее продолжительность. Тряска, возникнув, то чуть стихала, то вдруг набирала интенсивность, и тогда ее ощущали не только жители набережной, но и обитатели кварталов, расположенных довольно далеко от реки.

Следующим фактором, заметно усилившим волнение масс, стали тревожные слухи, чьим источником послужили колдуны и ведьмы всех мастей, коих в столице проживало едва ли не больше, чем крыс в городской канализации. Эти деятели, все как один, принялись болтать о жуткой и неопознанной силе, кою они ощутили и чей источник находился где-то в городе, а конкретно в районе императорского дворца. При этом колдуны явно были напуганы, а эту братию трудно было чем-то смутить. Жители встревожились не на шутку. Тем более что колебания земной тверди и не думали утихать.

Затем случилось происшествие, заметно подогревшее градус набирающей обороты паники. На реке заметили дохлую рыбу. Тысячи рыбьих тушек поднялись на поверхность и поплыли вниз по течению Недоброй. Множество свидетелей видели это. И, конечно же, поспешили разболтать об этом во всех городских тавернах.

К вечеру столица бурлила и полнилась слухами. Рыба сдохла. Земля тряслась. Колдуны блажили о грозной и неведомой силе. Все признаки сходились один к одному и указывали на скорый конец света. Тут же отыскались подходящие к случаю древние пророчества. Старинные свитки Темного Края предрекали падение черной звезды и тьму на тысячу лет, что спровоцировало рост цен на свечи. Манускрипты Гиблого Хлада сулили пришествие лютой зимы, что продлится век и еще один день, отчего в городе резко подскочили цены на дрова и валенки. Папирусы из гробницы забытых королей грозили нашествием гигантских слизней – тут горожане немного растерялись, не зная, чем именно им следует запасаться на подобный случай.

Дополнительным топливом в очаг тревоги стало гробовое молчание официальных властей. Обычно, когда происходило что-то из ряда вон, по всей столице на специальных досках, развешивались высочайшие императорские разъяснения, которые всегда сводились к одному: все нормально, паники нет, а кто считает иначе, к тому придут ночью. И эти послания сверху всегда успокаивали горожан. Особенно успокоительно действовало обещание внезапного ночного визита. Но что значило нынешнее молчание? Неужели все настолько плохо? Или уже поздно успокаивать население, ибо неминуемая гибель простерла над ним свои черные крылья?

Немногие столичные жители сумели заснуть следующей ночью. Охваченные тревогой люди томились ожиданием неминуемой катастрофы. А подземные толчки и не думали утихать. При свете дня они переносились куда легче, чем во мраке ночи, когда сама темнота действовала угнетающе, нагоняя мрачные мысли о скором конце всего сущего. Зловещие знамения сулили беду. Или что-то похуже. Что-то такое, что не уложится в рамки определения беды хоть плашмя, хоть боком.

К утру столица балансировала на грани паники. Земля под ногами продолжала подрагивать, а городские колдуны как с цепи сорвались – бегали по улицам с дико выпученными глазами и вопили, что ужасное нечто вот-вот обрушит на них свою адскую мощь. Некоторые уже начали покидать Черный Ургорт. Но основная масса горожан оставалась на месте – молилась, боялась и с нетерпением ожидала разъяснений со стороны руководства. С незапамятных времен граждан черной империи приучали к тому, что руководству виднее. Приучали, в том числе, и методом искусственного отбора. Тех, кто сомневался во всевидящем таланте начальства, топором палача вырубали из генофонда нации. Так что население Кранг-дана было хоть и злое, но в целом пассивное и послушное. Оно охотно и с радостью творило злодейства на землях Ангдэзии, когда оказывалось там в составе воинских формирований. Но это всегда осуществлялось по чужой воле, по прозвучавшему сверху приказу. Проявлять же личную инициативу подданных черной империи отучили давно и успешно. Вот они и ждали, когда же кто-то из взрослых придет и объяснит им суть зловещих предзнаменований. Как же хотелось услышать им, что все хорошо, паники нет, а кто думает иначе, тому следует этой ночью ждать гостей. И сразу же наступит успокоение. Сразу как гора с плеч.

Но верховной власти в лице императора Дакроса Безжалостного в настоящий момент было не до презренных подданных. Куда больше его волновала собственная резиденция – грандиозный монумент величия и бесчеловечности, возведенный его предками. Если на соседнем берегу реки трясло терпимо, то императорский дворец буквально ходил ходуном. Постоянно что-то падало, трескалось и рушилось. С потолка отваливалась лепнина, штукатурка лопалась и осыпалась, обнажая кладку. Стекол потрескалось столько, что их не успевали заменять новыми. Смертельно перепуганные слуги безрезультатно пытались скрыть от верховного властелина всея зла свои дрожащие руки и бедные физиономии. Даже стражники были встревожены, хотя для охраны императорской резиденции привлекались отборные кадры, фанатично преданные правителю и готовые с радостью отдать жизнь за его плевок. Но проняло и их. Да и трудно было сохранить хладнокровие, когда пол непрерывно дрожал под ногами, стены протяжно стонали, а с потолка отваливались куски штукатурки и падали то рядом, то на голову. В такой нервной обстановке даже черные рыцари утратили свою твердокаменную невозмутимость. При каждом следующем колебании пола под ногами, они испуганно оглядывались по сторонам, а те, что несли почетный караул, в обход уставу старались поместить себя поближе к дверным проемам, которые, в случае обрушения потолка, могли бы послужить им убежищем.

Хуже приходилось тем рыцарям, что несли караул в зале черной славы. В этом большом помещении с высоким потолком негде было спрятаться от летящей на голову лепнины. Приходилось, стиснув зубы, превозмогать. Но всякий раз, когда на каменные плиты пола с грохотом падал очередной шмат штукатурки, черные рыцари невольно приседали и задирали головы.

И лишь один человек в огромном зале никак не реагировал на перманентную бомбардировку. Он недвижимо стоял почти в самом центре, сложив руки за спиной и низко опустив голову. В его облике угадывалась стать бывалого воина, чья сила и ловкость медленно и неохотно уступали под бременем лет, но все еще были на приличном уровне. Его несколько помятый вид указывал на то, что человек этот не так давно пережил некое бурное приключение. А мрачное выражение сурового лица говорило о том, что приключение завершилось не совсем так, как он бы того хотел.

Вдруг послышался звук торопливых шагов, и все черные рыцари, заслышав его, вытянулись по струнке, и думать забыв о летящей с потолка лепнине. Человек в центре тоже выпрямился, прижал руки по швам и постарался придать своему суровому и грозному лицу выражение горячего и искреннего подобострастия.

В зал быстрым шагом вошел невысокий мужчина лет сорока, в простом черном мундире без знаков отличия. Как раз в момент его появления здоровенный кусок штукатурки отвалился от потолка, и грохнулся об пол так, что ближайший к нему черный рыцарь едва не запятнал офицерскую честь. Мужчина даже бровью не повел. Он быстро подошел к стоящему в центре зала человеку. Тот при его приближении смертельно побледнел и вытянулся так, что едва не воспарил над полом.

- Ваше… - начал он тоненьким писклявым голоском.

- Мое, мое, - прервал его подошедший мужчина.

- Позвольте выразить….

И вновь ему не удалось закончить.

- Нет уж, Мортус, позволь мне выразить все, что накипело. А ведь накипело. Напомни, что я тебе приказал?

- Вы…. Ваше….

- Да хватит блеять, мать твою! Не прекратишь, отправлю на бойню. Там барану самое место. Ну-ка отвечай, как положено, без всяких там ваше, наше.

- Ва….

- Опять начинаешь? Нарочно злишь? Думаешь, ты незаменимый?

- Не думаю, - тихо вымолвил лорд Мортус.

- И правильно делаешь, - заверил его император Дакрос. – Дураков у меня полно. Найдется, кем тебя заменить. У меня с умными дефицит. Ну, отвечай, разбойник, как ты умудрился слить мой лучший легион? Моего имени подразделение. Что ни боец – душегуб и изверг, что наградного клейма негде ставить. И где он теперь, Безжалостный легион? Валяется на нейтральной полосе. Ну и свинья же ты, Мортус. Я тебе второй шанс дал. Второй! Хотя я редко кому и первый-то даю. И вот как ты мне отплатил.

- Но не все же… ваше величество. Не все же….

- Что ты там опять блеешь?

- Не все же погибли, ваше….