Воспоминания пронесись сияющей лентой перед глазами, и у меня появился лишь один вопрос к Ашане:
– Почему я не вспомнила раньше?
– Как-то не было случая. Да и зачем вспоминать бывших любовников, когда такой в настоящем?
– Хм… и много подобного еще скрыто?
– Вовсе нет.
На этом наш мысленный диалог завершился, и я вновь обратилась к Риоллану:
– Так значит, Лаантель все-таки стал принцем?
– Еще бы! Он - особо приближенный, тайной канцелярией заведует.
– И до сих пор седьмой?
– Это всего лишь очередность к трону. Думаю, Лаантелю он и ни к чему.
– Понятно, - влезать в эльфийские интриги не хотелось. Тут бы со своим бедламом разобраться. - Так чем же тебя заставили клятву принять?
– Прости, я не могу об этом говорить. Меня лишь греет мысль, что до ее конца осталось совсем немного.
– Ой, напорются когда-нибудь единороги на свои же грабли!
На эту мою реплику Риоллан лишь скрыл улыбку, отвечая:
– Нам не под силу распутать нити будущего. Сожалею, но мне нужно идти.
– Понимаю. Удачи тебе.
Эльф исчез, а я вернулась в гостиную. К счастью, застала там только Андре. Уж не знаю, каким чудом удалось выпроводить наших кумушек. Надеюсь, обошлось без жертв.
Андре стоял, облокотившись о подоконник, спиной ко мне, и было что-то такое напряженное в этой позе. Я подошла и, тихонько приобняв за плечи, спросила:
– Неужели наши дамы тебя настолько растревожили?
– Нет, не они.
– В чем же тогда дело?
– Ни в чем.
– Но я же чувствую, что это не так, - аромат лжи ни с чем не спутаешь. - Пойдем к нам. По дороге все расскажешь.
Я потянула его за собой к лестнице. Честно говоря, просто хотелось спать, но, видимо, пока звезды располагались иначе. По пути Андре так и не проронил ни слова, только хмурился. Поэтому, закрыв за нами дверь спальни, я проговорила:
– Может, все-таки расскажешь, что тебя так разозлило?
– Я не злюсь, - и снова странный взгляд.
– Досада? Раздражение?
– Я снова словил обрывок твоих воспоминаний, - сказал и опять отвернулся к окну. Астроном прям!
Что ж, в принципе, я даже догадываюсь, что это был за отрывок. Именно тот, что из-за такой яркой эмоциональной окрашенности способен резонировать на других. Весьма… сексуальный отрывок.
– Так ты ревнуешь? - беру его за подбородок, чуть надавливаю, заставляя повернуться.