— Понятненько, — тянет Баобабова. — Сам упал. И разбился вдребезги. Давай-ка, Пономарев, ручки вверх. По-хорошему прошу.
Бессмысленно. Бессмысленно и глупо вот так завершать только начавшийся взлет. Все против меня. А вдруг капитан был прав и его смерть только начало конца. Но кто стоит за ужасной смертью? Кто эти таинственные голоса? Чьи тени мерещатся мне? Одни вопросы, на которые я, возможно, никогда не найду ответов.
— Не виноват, — повторяю, чувствуя, что никто уже не поверит. Вот оно — тело. Вот он — я. И красная густая лужа, в которой отражается оскаленное лицо Угробова.
Прапорщик Баобабова перешагивает через труп, трясет перед моим носом наручниками. Неприятный звон. Заунывный.
— Самостоятельно сдашься, или принудительно?
Сопротивление собственному напарнику в данной ситуации будет выглядеть глупо. Протягиваю руки. Какая смешная ситуация. Еще немного, и мы могли бы вот так застегивать наручники на запястьях настоящего преступника.
— Да ты пьян?! — Мария дергает носом, принюхиваясь.
Отрицательно мотаю головой. Впрочем, Машка и сама поняла, что я физически не успел бы за время ее отсутствия набраться. Да и не употребляю я.
— Ну-ка, ну-ка, — у нас одновременно возникает одна и та же мысль, но первой к телу капитана подскакивает Баобабова.
— Не трогайте тело до прибытия следственной группы! — советуют из толпы любопытных.
— Я сама следственная группа, — отмахивается Мария, переворачивая труп.
У трупа довольное выражение лица, слюна в уголке губ и перепачканное кровью лицо.
Сквозь плотные тела зевак протискивается секретарша Лидочка. Картина «склонившиеся сотрудники особого отдела над телом капитана» ее не расстраивает.
— Вот вы где, товарищ капитан.
Мы с Баобабовой переглядываемся и одновременно спрашиваем:
— Так он… того?
— Как вернулся без пистолета, так и расстроился, — вздыхает Лидочка. — Сказал, что без оружия он как бы не при должности. Я еще специально в магазин за томатным соком бегала.
Пока Мария производит качественный анализ красной жидкости, внешним видом напоминающей кровь, размышляю над тем, что за один сегодняшний день слишком много совпадений с соком. Сначала у капитана дома, сейчас у нас в кабинете. Или у капитана устоявшиеся вкусы, или кто-то старательно намекает на возможные негативные последствия.
Во время качественного анализа жидкости, капитан Угробов разлепляет глаза, видит склонившиеся над ним лица, обнимает за шею секретаршу и заплетающимся языком сообщает всему народу:
— Лидка?! Пиши приказ. Всему личному составу немедленно….
Что необходимо сделать всему личному составу остается загадкой. Капитан бормочет слово, похожее на «стерва» и уходит в обратный рейс.
— Лейтенант Пономарев! — Баобабова вытирает руки, испачканные в красной обследованной жидкости о штаны капитана. — Сообщаю, что обвинение в преднамеренном убийстве капитана Угробова с вас снято лично капитаном Угробовым. Следствие выражает огромную благодарность всем присутствующим за помощь и просит немедленно доставить капитана по месту жительства. Можно и на диван в приемной. Лесик, руки опусти.
Выносом тела руководит секретарша Лидочка. Поднимать на плечи Угробова она запрещает, руководствуясь тем, что капитан привык всю жизнь твердо стоять на земле. Тело волокут за ноги. Капитан Угробов не возражает.
— Вот ведь как мужика беда скрутила, — вздыхает Мария, провожая взглядом повеселевшую процессию. — Я, помню, тоже рацию посеяла. В центральном гастрономе в засаде сидели. Так потом тоже три дня отходила. Начальство думало, что загнусь. Ничего, выкарабкалась. А что тут у вас произошло?
Вкратце пересказываю диалог с капитаном. Про тень за окном не упоминаю. Мария и так иногда на меня странно посматривает, а тут еще некие подозрительные тени, которые, не исключено, существуют исключительно в моем воображении. Птица пролетала, туча проплыла, самолет потерялся. А все остальное лишь домыслы.
— Сгорит капитан, — Мария задумчиво теребит колечко в ухе. — Вот и ему голоса мерещатся. Нервы, нервы.
— Не думаю, чтобы Угробов все это придумал. Сама посуди, пистолет пропал при загадочных обстоятельствах. Со мной странная история приключилась. Мальчишка с капитаном голоса слышали. Лично я думаю, что без потусторонних сил данное дело не обошлось.
— Может и тебе, Пономарев, чертики мерещатся? — Мария не сводит с меня пристальных глаз. — Только время чертиков закончилось в средние века. И нет ничего такого, что нельзя было бы объяснить с научной точки зрения. Нет привидений, нет потусторонних сил. Есть только борьба этих, да знаешь ты, противоположностей. Вот.
— И нет никаких голосов, которые заставляют несовершеннолетнего оболтуса принести нам посылку с уликой, которой, по сути, не должно существовать в природе? Кстати, что с уликой?
Баобабова вынимает пакет с кусочком черного материала, изъятого мной на квартире потерпевшего от разбойного налета капитана.