– Да занимайся на здоровье.
– Спасибо.
– Не за что. Ты свой в этом доме, и можешь брать все, что тебе понадобиться. Но разве в библиотеке тебе было бы не удобнее?
– Когда как. Просто тут все как-то под рукой.
– По-моему, тебе пора сделать свой кабинет. Извини, что не подумал об этом раньше. У тебя столько занятий, конечно, нужно место.
– Да ладно. Я прекрасно размещаюсь, – смутился Тадеуш. – Ты и так столько всего для меня делаешь!
– И рад сделать еще больше, – ответил Франц, присаживаясь на этот же диван, так что парню пришлось чуть подвинуться и повернуться на бок, чтобы видеть собеседника.
Проделывая это, Тадеуш сладко потянулся, так что мужчине захотелось погладить его по спине, как большого кота, но он сдержал порыв, проговорив:
– Ты никогда не будешь мне в тягость. Надеюсь, ты знаешь об этом.
– Ты говорил. Спасибо.
– Перестань рассыпаться в благодарностях. Ты член семьи и точка. Просто иногда я запоздало понимаю, как ты повзрослел. Уже вот совершеннолетний. И с кабинетом…
– Забудь, это ерунда, – отмахнулся Тадеуш, одновременно желая и отстраниться и прижаться к опекуну. Но первое было невозможно чисто технически.
– Как посмотреть, – возразил Франц. – И, кажется, я стал уделять тебе меньше времени, поэтому некоторые вещи замечаю позже необходимого.
– Но у тебя же компания, твое детище. Я прекрасно все понимаю.
– Все равно. И, мне кажется, ты слишком сильно игнорируешь своих сверстников.
– Просто у нас сейчас много занятий, а у меня еще и дополнительно…
– Если хочешь, я попрошу Эдварда загружать тебя меньше.
– Нет! – тотчас встрепенулся Тадеуш. – Мне очень нравятся эти занятия!
– Это хорошо, но не стоит себя перегружать.
– Все нормально, честно. Просто я не очень люблю ходить… в шумные места. И повышенное внимание чужих тоже…
– Вот никогда бы про тебя такого не подумал!
– Наверное, я достаточно повидал улицу во всех ее проявлениях.
– Я немного не об этом, Тадеуш. Можно быть домоседом, но неужели тебя никто не привлекает? Некоторые из твоего окружения разве что из кожи вон не лезут, чтобы стать тебе ближе.
– Иногда меня это беспокоит, – тихо признался парень.
– Почему? В твоем возрасте такое как раз нормально.
– Знаю. Но мне это не нужно.
Франц сразу почувствовал ложь, но не стал уличать в ней воспитанника, а только проговорил, зарывшись рукой в его светлые локоны:
– Это не так. И мне было бы неприятно знать, что ты пытаешься поломать свою природу. Твой дар вовсе не делает тебя изгоем.
– А если я совсем не такой, как остальные?
– Забудь о своих шрамах. В них нет ничего такого уж ужасного.