Мне тоже. Сердце замерло камнем в груди.
Надю изнутри ломает, и я очень хочу ей помочь, успокоить. Но сейчас нельзя давать газу. У нее еще болит…
— Ты меня убил! Своим поступком! Я тебя ненавижу! — кричит громко и с надрывом, прячет лицо в ладонях.
Ее плечи дрожат от слез.
— Надя, — наклоняюсь впепед и осторожно обнимаю.
Прижимаю к себе.
Не могу по-другому.
Мой подбородок оказывается на ее макушке. Дышу нервно и прерывисто, будто только что марафон пробежал, светлые волосы жены колышутся от моего дыхания. Она прижимается щекой к моей груди, всхлипывает. В зеркало вижу, как обессиленно Надя прикусывает свой собственный кулак.
— Я все сделаю, как ты хочешь, Надь. Квартиру отдам, машину. Что еще скажешь, тоже отдам, — шепчу ей в макушку.
— Мне ничего от тебя не нужно.
— Надь, по закону имущество при разводе делится между супругами поровну.
— Лучше оставь меня в покое. Хватит пытаться меня купить, Рогов. Ты же знаешь, что со мной твои подарки не сработают.
Закрываю глаза и шумно выдыхаю через нос.
Не оценила Наденька моих стараний с мягкими игрушками, цветами и конфетами. А я как лучше хотел.
— Я никогда не смогу тебя оставить, ты знаешь это.
— Я хотела попросить тебя только об одном. Не лезть больше в мою жизнь. Неужели ты и этого не можешь сделать!?
— У тебя уже кто-то появился? — по коже бежит озноб.
— Что? — Надя выпрямляется и глядит на меня ошалело.
— Ты уже нашла мне замену? — сжимаю челюсти до скрежета. — Быстро же ты, Наденька. Молодец!
Я ревную ее так, что крышу сносит. Но сейчас говорю все это не для того, чтобы выпустить свои эмоции. Мне нужно посмотреть на ее реакцию, чтобы спланировать дальнейшие действия.
— Ты больной, Рогов!? — вскрикивает и улыбается растерянно.
— Я все понял, Надя.
— Ты трахаешь свою секретаршу и думаешь, что имеешь право на ревность? — хлопает ресницами.
— Ты все еще моя жена, Надь! Да, я имею право ревновать тебя!
— Твоя жена? — распахивает дверь машины, оборачивается через плечо и рычит мне прямо в лицо. — Сейчас мы это исправим!
Надя поднимается по лестнице первая, а мы с Игорем идем за ней. Я смотрю ей в спину, любуюсь ее походкой. Когда потом я снова ее увижу?
Недоступная. Холодная. Но все еще моя.
Моя по документам.
Скоро у меня и этого не останется. И тогда я вновь стану ее молодым романтичным маньяком.
— О, Анастасия! — вскрикивает Игорь, завидев полную женщину у кабинета.