Я не поеду домой. Слишком соскучилась по Диме.
Навещу его на работе.
49. Я хочу знать правду!
Вечереет. На город медленно опускаются сумерки. Я оставила машинку у дома и к Диме приехала на такси.
Устала за рулем за день. Да и Рогов будет ворчать, что с пузом катаюсь сама. Переживает за меня и малышей.
Опустив голову подхожу к большому офисному зданию, утопая в собственных мечтательных мыслях.
Я уже придумала дизайн для спальни в новый дом. Хочу большую кровать, а по бокам две приставные детские. Малыши там будут спать.
Здорово, если все таки будет братик и сестричка! Диме под бок мальчика, мне девочку. И вставать по ночам каждый будет к тому малышу, который спит ближе.
Отличный план!
Закричит сынок три раза за ночь, пусть папочка к нему встает. А девочка… доченька спокойная будет, а я буду высыпаться.
Двери лифта распахиваются, поднимаю взгляд.
Цепенею.
Ноги буквально прирастают к полу, пульс сбивается, а по позвоночнику прокатывается электрическая волна, отзывающаяся болезненными мурашками.
— Ты что здесь делаешь? — бесконтрольно сжимаю пальцы в кулаки так, что ногти под кожу впиваются.
А Алина только глазами хлопает, а затем приобретает невозмутимый вид.
— Я здесь работаю, — выходит из лифта и равняется со мной.
Смотрит с превосходством в мои глаза. Какая же наглая!
Осматриваю ее с головы до ног. По-прежнему худенькая, только один живот и вырос. В короткой юбке и с глубоким вырезом декольте на красной шелковой блузке.
Шумно втягиваю ноздрями воздух.
— Что, Надежда Михайловна, ваш муж вам ничего не рассказывал? — выдает с насмешкой.
А я мысленно уговариваю себя держаться. Хотя вцепиться девке в волосы очень хочется. И малыши пинаются в животе, будто поддерживают меня.
— Не рассказывал что? — щеки горят.
— Про меня, — складывает руки под грудью.
— Алина, тебе лучше меня не злить.
— А я что? Я ничего плохого не сделала! Только захотела жить также припеваючи, как вы!
Вздрагиваю от возмущения.
— Думаешь, подсыпала возбудитель и все? Мужик теперь твой?
— А я на Дмитрия Романовича уже не претендую! — рассматривает свой маникюр. — Сдался мне ваш старый козел!
— Он твой работодатель, Алина. И я бы на твоем месте держала язык за зубами! — говорю спокойно, хотя внутри закипает паника.
— А то что? — переводит на меня безразличный взгляд.