— Я тоже. Дюк, это попало на пленку?
— Да.
— Отлично. — Харшоу вздохнул. — Все, ребята, разбежались.
Энн попросила:
— Босс, расскажете мне потом, что засняли камеры?
— А ты сама не хочешь посмотреть?
— Что вы! Я не имею права смотреть фильм о том, чему была Свидетелем. Мне просто интересно, насколько верно я передала происходящее.
— О’кей!
Глава 13
Все ушли. Харшоу стал давать распоряжения Дюку.
— Что ты такой кислый?
— Босс, когда этот вурдалак свалит отсюда?
— Вурдалак? Ах ты, деревенщина!
— Пусть деревенщина. Зато у нас в Канзасе людоедство не в чести. Пока он отсюда не свалит, я буду есть на кухне.
Харшоу произнес ледяным голосом:
— Что ж, Энн хватит пяти минут, чтобы выписать тебе расчет. На сборы тебе должно хватить десяти.
Дюк устанавливал проектор. Он отложил взятую было в руки кассету с пленкой и сказал:
— То, что я говорю, не значит, что я собираюсь уходить.
— Для меня значит.
— Почему, черт возьми? Я не первый раз ем на кухне!
— Дело в принципе. В моем доме никто не может отказываться есть за общим столом потому, что он не хочет сидеть рядом с кем-то из моих гостей. Я — представитель вымирающего племени джентльменов, а джентльмен, когда ему нужно, может быть тверже стали. Сейчас мне это нужно, и я заявляю, что не позволю невежественному и суеверному мужлану указывать мне, с кем мне сидеть за одним столом. Я делю свой хлеб с мытарями и грешниками, но не с фарисеями!
Дюк медленно произнес:
— Если бы вы были младше или я — старше, я бы вам этого не спустил.
— Пусть это тебя не останавливает. Я крепче, чем тебе кажется… На шум сбежится весь дом. Ты уверен, что справишься с Человеком с Марса?
— Да я его одной рукой в бараний рог согну!
— Возможно, если тебе удастся достать его рукой.
— Что?
— Ты видел: я целился в него из пистолета. Где этот пистолет? Найди его, а потом будешь говорить, кого ты собираешься гнуть в бараний рог. Только сначала разыщи мой пистолет.
Дюк отвернулся и стал налаживать проектор:
— Это ловкость рук. Прокрутим фильмы — сами увидите.