Бен попытался что-то возразить, но Джилл не дала.
— Еще не кончилось ожидание, — сказала она и протянула руку.
Бену показалось, что в руку ей вскочила пачка сигарет.
— И ты научилась фокусам?
— Самым простым, — Джилл улыбнулась. — Как говорил учитель, я всего лишь яйцо.
— Как ты это сделала?
— Я позвала ее по-марсиански. Сначала ты вникаешь в предмет, потом вникаешь в то, что ты от него хочешь. Майк! — Она помахала рукой. — Мы здесь.
— Иду! — Человек с Марса подошел к Бену и поднял его на ноги. — Дай посмотреть на тебя! Как я рад тебя видеть!
— Я тоже рад тебя повидать.
— Говорят, ты уезжаешь на три дня?
— У меня работа, Майк.
— Ладно, там видно будет…
— Майк, — сказала Джилл, — ты можешь отдохнуть. Пэтти пошла на урок, а Сэм, Рут и Дон займутся подготовкой праздника.
— Отлично. — Майк сел, одной рукой обнял Джилл, другой Бена и вздохнул. — Бен, не вздумай стать проповедником. Я целые сутки прыгал из одной аудитории в другую, втолковывая людям, почему нельзя торопиться. А тебе я стольким обязан… и не мог найти времени пожать руку. Как дела? Выглядишь неплохо. Дон говорит, у тебя все в порядке.
— Да, вроде, — покраснел Бен.
— Вот и хорошо. Тебе предстоит оргия плоти, но не бойся, я поддержу. В конце ты станешь сильнее, чем был вначале. Правда, маленький братец?
— Правда, — подтвердила Джилл, — Майк может передать тебе часть своей физической силы, а не только оказать моральную поддержку. Я тоже учусь это делать.
— Да, у тебя уже неплохо выходит, — Майк погладил Джилл по голове. — Маленький братец у нас — кладезь силы. Сегодня ночью всех держала. Он улыбнулся и пропел:
— Правда, маленький братец?
— Вот еще! — сказала Джилл, довольная. — Дон тоже желанна не меньше моего.
— Дон занята: собирает пожертвования. Поэтому она желанна в меньшей степени. Правда, Бен?
— Наверное, — Бену было неловко: уж слишком фривольно они себя ведут. Под каким бы предлогом бы уйти?
Майк одной рукой держал Бена за талию, а другой ласкал Джилл; та не противилась. Майк с серьезным видом обратился к Кэкстону:
— После такой ночи, как сегодня (я помогал людям совершить скачок в Восьмой Круг), обычно долго не могу успокоиться. Можно, я прочту тебе маленькую проповедь, которую читаю в Шестом Круге? У нас, людей, есть кое-что, о чем мой прежний народ и не мечтает. Это — величайшая ценность (я это хорошо понимаю, потому что раньше этого у меня не было), это — благодать быть мужчиной или женщиной — самое необычайное чудо, созданное Тем-Кто-Есть-Бог, правда, Джилл?
— Ты совершенно прав, Майк. Бен, тут нечего возразить. Но, милый, давай споем песенку и о Дон.
— О’кей!
— Слушай, в кухне кто-нибудь есть? Я сейчас вспомнил, что не ел уже несколько дней. Или даже лет.
— Кажется, там Рут, — сказал Бен и попытался встать.
Майк не пустил его.
— Эй, Дюк! Найди кого-нибудь, кто нажарит мне гору оладьев и нальет галлон кленового сиропа.