В большинстве случаев мысли о Диего и о том, что случилось со мной, заставили бы меня почувствовать панику и дрожь, но сегодня это просто напоминает мне о том, как далеко я продвинулась, о том, как мне повезло. Я здесь, свободна и в безопасности, и мужчина, которого я люблю, любит меня в ответ. Вначале я не хотела, чтобы Найл был чем-то большим, чем временным спасением, но в конце концов он оказался моим спасителем.
Макс и Найл ждут под большим деревом на заднем дворе, расставив стулья для менее чем двадцати гостей. Ана ведет меня к концу каменной дорожки, которая будет служить “проходом”, сжимает мою руку и улыбается мне, прежде чем присоединиться к Лиаму в первом ряду, где он сидит, держа на руках Бриджит.
В тот момент, когда Найл видит меня, его лицо озаряется, а мое сердце воспаряет. Мы вместе пошли в церковь в наш первый свадебный вечер, и я думала, что у меня никогда не будет этого момента… стоять в конце прохода и смотреть на мужчину, за которого я собираюсь замуж. Когда-то давно я не надеялась на это, но после того, как я влюбилась в Найла, это стало тем, чего я хотела больше всего на свете.
Я едва слышу музыку, когда подхожу к нему, захваченная выражением его лица. Пока я иду, я замечаю, что здесь есть и другие, о появлении которых я не подозревала: Катерина и Виктор со своими детьми Сашей и красивая пара, которую я не узнаю, сидящая рядом с ними, высокий темноволосый мужчина и великолепная темноволосая женщина с ребенком на руках. Сирша и Коннор отклонили обязательное приглашение, заявив, что им нужно быть дома с новорожденным, но мы с Найлом оба были рады. Присутствие Коннора было бы хорошим знаком того, что он принял наши отношения, но присутствие Сирши только сделало бы ситуацию неловкой.
Проходя по проходу в основном, я смотрю только на Найла. Мы попросили Макса провести церемонию, поскольку нас уже обвенчал рукоположенный священник, и он с радостью согласился. Сейчас, когда я подхожу к Найлу, все, что я вижу, это мужчину, которого я люблю, стоящего там в темно-сером костюме, который он выбрал. Он не позволил мне посмотреть, что на нем надето, и я с трудом сдерживаю смех, когда вижу его красный галстук.
Красный всегда будет нашим любимым цветом.
В тот момент, когда я стою перед Найлом, он протягивает руку и убирает прядь волос с моей щеки.
— Ты прекрасно выглядишь, — бормочет он, и я снова чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, но на этот раз счастливые.
Макс прочищает горло, улыбаясь нам обоим.
— Горячо любимые, — начинает он, переводя взгляд с нас на небольшую собравшуюся толпу, а затем снова на нас с Найлом. — Мы собрались здесь, чтобы отпраздновать любовь между Найлом и Изабеллой, любовь, за которую тяжело боролись и которую с трудом завоевали, но которая, я не сомневаюсь, выдержит испытание временем. Мы просим пары посвятить себя друг другу к лучшему или к худшему, а Найл и Изабелла уже так много пережили, вместе и по отдельности, того, что может быть хуже в этом мире. Сегодня мы празднуем новое будущее для них, то, где они могут надеяться и стремиться к лучшему, поскольку они обновляют свои клятвы друг другу. — Он переводит взгляд между нами. — Я думаю, вы двое что-то приготовили?
Найл смеется, наклоняясь, чтобы взять мои руки в свои.
— Когда я встретил тебя, Изабелла, я так мало знал о тебе, даже твоего имени не знал. То, что у нас было, было чем-то ярким и красивым, и я думал, что это быстро сгорит, потому что ничто настолько невероятное, как то, что я чувствовал с тобой, не могло длиться долго. — Он делает глубокий вдох. — Я слишком долго убегал от этого, и я потрачу всю свою жизнь на то, чтобы загладить свою вину перед тобой. Я думал, что я человек, который никогда ничего не может бояться, и это было так. Но здесь, сегодня, перед всеми людьми, которые важны для меня и для нас, я хочу подтвердить свои обязательства перед тобой. Я хочу, чтобы ты знала без тени сомнения, что я буду любить, почитать и лелеять тебя, защищать и желать тебя до конца наших жизней, какой бы длинной или короткой она ни была.
Его руки крепче сжимают мои, когда я чувствую, как по моей щеке стекает слеза, и я смотрю на мужчину, которого люблю больше всего на свете, чувствуя, как мое сердце бешено колотится в груди.
— Я тоже думала, что то, что у нас было, было только на краткий, прекрасный момент, — говорю я ему тихо, почти слишком тихо, чтобы кто-нибудь, кроме нас, мог услышать. — Я думала, что у меня с тобой будет что-то такое, что я запомню на всю оставшуюся жизнь, но я никогда не ожидала, что мне так повезет, что я буду иметь тебя до конца. Я никогда, даже в самых смелых мечтах, не верила, что буду стоять здесь с тобой в такой день, как сегодня, в таком месте, как это, и слышать, как ты говоришь мне, что будешь любить меня всю оставшуюся жизнь. Это значит для меня больше, чем я могу выразить, но я обещаю тебе сегодня, что проведу остаток своей жизни, пытаясь найти слова, чтобы объяснить, как сильно я люблю и обожаю тебя, как я рада, что нашла тебя, и как невероятно я рада, что ты будешь отцом нашего ребенка. Я люблю тебя, Найл Фланаган, и всегда буду любить.
Глаза Найла тоже полны слез, когда он смотрит на меня сверху вниз, на его лице больше счастья, чем я когда-либо видела. Макс начинает говорить, и на мгновение никто из нас не осознает, что он начал произносить остальные клятвы, мы так увлечены друг другом.
— Да, — говорит Найл в тот момент, когда последние слова слетают с губ Макса. — Навсегда.
— Да, — шепчу я в ответ, и не успеваю я договорить, как его губы оказываются на моих.
Поцелуй длится дольше, чем, вероятно, положено свадебному поцелую, рука Найла скользит по моим волосам, когда он обнимает меня за талию, прижимая к себе и целуя. Я слышу дразнящие хлопки и одобрительные возгласы, но все это отходит на задний план, потому что ничто в этот момент не имеет большего значения, чем губы Найла на моих губах и клятвы, которые мы только что произнесли.
Когда мы наконец расстаемся, Макс тоже ухмыляется.
— Я снова объявляю вас мужем и женой, — говорит он, и его улыбка шире, чем я когда-либо видела. — Я бы сказал, что ты мог бы поцеловать невесту, Найл, но, похоже, ты опередил меня в этом.
— Ну, да, но, похоже, я должен сделать это снова. — Найл тянется ко мне и целует во второй раз под еще более громкие возгласы гостей.
Прием кажется таким же бурным, как и подготовка к нему. Просторный задний двор превращен в сказку с волшебными огоньками на деревьях и натянутыми вдоль возведенного павильона с танцполом. Мы с Найлом решили устроить ужин в формате шведского стола, чтобы все могли пообщаться, выпить и поговорить, и мы вместе пробираемся сквозь толпу, держась за руки так крепко, что у нас нет ни малейшего шанса разлучиться.
— Сегодняшний день был идеальным, — шепчу я ему, когда он кружит меня по танцполу, глядя на меня сверху вниз голубыми глазами, которые я так люблю, чувствуя, как мое сердце вот-вот разорвется в груди. — Я никогда не представляла, что у меня будет такой идеальный свадебный день.
Найл проводит пальцами по прядям волос, рассыпавшихся по моему лицу, прижимая меня ближе к себе, пока музыка замедляется.
— Я рад больше, чем могу выразить словами, что смог дать это тебе, девочка. — Он наклоняется ближе, его губы касаются моего уха, отчего по моей спине пробегают мурашки. — И ночь еще далека от завершения, любовь моя.
21
ИЗАБЕЛЛА
Когда все уходят, а задний двор пуст, за исключением того, что нужно будет убрать завтра, Найл и я возвращаемся в нашу спальню, держась за руки и смеясь. Я, конечно, не выпила ни капли, но все равно чувствую головокружение и опьянение от усталости и счастья, и я слегка пошатываюсь, когда Найл подхватывает меня на руки, сам слегка пошатываясь на ногах, и переносит через порог нашей спальни.
— Я рад, что мне не нужно ждать возвращения в гостиничный номер для этого, — рычит он, целуя меня, его руки ослабляют шпильки в моих волосах. — Я сходил с ума от желания по тебе весь вечер. — Его пальцы теребят пуговицы на спине моего платья, его губы задерживают дыхание на моих, когда он улыбается мне сверху вниз. — Тебе нужна помощь с этим, девочка?