— Я извиняюсь, а что такое беспредел? — спросил Енох.
Филимон Поликарпович обидно заржал, явно подначивая Еноха.
Тот замерцал и пошел зелёными пятнами от злости.
— А это то, что вы сейчас здесь устроили, — пояснил я и жестко добавил, — так что принимайте решение прямо сейчас. Если вы со мной, значит играем по моим правилам. Если не нравится что-то — адью! Призраков вокруг много, замену вам я быстро найду.
— Да ты что, Генка, — заискрился нежно-зеленым Филимон Поликарпович, — это мы так шутили. Правда ж, Енох?
Енох немного помолчал, потом с важным видом кивнул, демонстративно не глядя на одноглазого.
— Мы больше не будем, — добавил скелетон, — Я, во всяком случае. Тем более я с тобой с самого начала. Мы многое уже прошли, Генка. Не то, что некоторые самозванцы.
— Самозванцы, да? — тут же вскипел одноглазый, — а я, между прочим, Генке жизнь спас! Ценой своей! Пока некоторые непонятно где прохлаждались…
— Прохлаждались⁈ — заверещал Енох и ссора пошла по второму кругу.
— Так! — сказал я, доставая листочек цыганки, и помахал им в воздухе, — если прочитать эти слова два раза, душа остается в этом мире. А вот мне интересно, а что, если эти слова прочитать в обратном порядке, душа развеется и уйдет с этого мира? Решайте, на ком поэкспериментируем в первую очередь?
Оба призраки испуганно застыли.
— Ты сейчас шутишь! — обличительно уставил костяшку пальца на меня Енох.
— Проверим? — мило улыбнулся я и в комнате повисло молчание.
— Нет, не надо. — торопливо сказал одноглазый. — мы больше не будем. Да, Енох?
— Вы мне это две минуты назад обещали.
— Не знаю, кто там что обещал, — скептически взглянул одним глазом Филимон Поликарпович на Еноха, — но лично я дам клятву. Которую нарушать нельзя. Так что сколько этот дистрофик не будет меня провоцировать, я буду молчать!
Енох возмущенно заискрился и замерцал, но деваться ему было некуда.
— Хорошо, — спокойно ответил я, — давай клятву и оставайся. А ты, Енох, прощай!
— Как прощай⁈ Почему это сразу Енох прощай⁈ — возмутился скелетон.
— Ну ты же не даешь клятву, — пожал плечами я.
— Я не успел просто! Не успел!
В общем, в результате переговоров, я взял с призраков клятву полного подчинения и хрупкий мир воцарился в моём флигельке, хоть и чувствую, что ненадолго.
— Так, есть ещё пару моментов, которые нужно обсудить, если все успокоились, — сказал я. — Первое. Называть тебя Филимоном Поликарповичем слишком длинно и неудобно.
— Согласен, — слишком уж торопливо сказал одноглазый.
— А что, если я буду называть тебя Филей? — предложил сокращённый вариант имени я.
— А других имён нету? — жалобно скривился тот.
— А как тебя называли в жизни?
— Филимоша, Моня…
— Моня? — засмеялся я, вспомнив раневское «Моня, не нервируй меня», — отлично, буду называть тебя Моня. Ты согласен?
— Ладно, называй, — вздохнул одноглазый.