— А что тогда?
Глупый разговор уже надоел князю. Желая его прекратить, он бросил:
— Ну и посмотрел бы сам, коли любопытство разбирает.
Волхв не обиделся. А может и обиделся, да стерпел обиду.
Когда появился этот пришлый колдун, Круторог строго-настрого запретил Хайкину приглядывать за ним. Сам колдун поставил это условием работы у князя.
— Я бы и рад, только вот ты не велишь. Как же можно?
— А то ты не пробовал…
Волхв пожал плечами.
— Я тебе честно служу. Как можно, если ты не велишь?
Круторог только улыбнулся такой покладистости. Хайкинских хитростей он не знал, но понимал, что есть они у него, есть… Хайкин помолчал и нехотя добавил:
— Да и защита у него наверняка там стоит от любопытных. Колдуны на это дело мастера… Да и сам я…
— Какой же ты княжий волхв, если с защитой пришлого колдуна не справишься? — несколько обиженно сказал князь. — Что ж он сильнее, выходит? Выходит, зря я тебя кормлю?
Понимал волхв, что его подначивают, а всё ж ответил чуть резче, чем следовало бы.
— Да нет. Ты, князь, не путай солёное с зелёным… Я его сильнее. Только ведь он сразу почувствует, когда я начну его защиту ломать, и сразу к тебе побежит. А ты сгоряча можешь…
Волхв провёл рукой по горлу, показывая, что сделает князь. Тот, словно в зеркале отразившись, повторил его жест.
— Это ты правильно рассудил.
— Вот я и не понимаю этого… Чудно мне просто на тебя смотреть.
Он остановился, думая, что князь что-то возразит или, по крайней мере, скажет, но тот молчал.
— Ходишь ты туда, ходишь, третий месяц золото ему носишь… Жемчуга шапку зачем-то отдал… На что ему жемчугу-то столько? Кокошники он там вышивает, что ли?
Круторог понял своего волхва правильно. Два медведя в одной берлоге. Это ж куда не пойдёшь — везде чужие ноги — не вздохнуть, не повернуться. А всё же… Княжий голос звякнул металлом. Не золотом — сталью.
— Кокошники… Что он для меня делает тебе пока знать не надобно. Да и о чём промеж нас разговоры идут — тоже. Хватит того, что я и сам всё знаю.
Хайкин, словно и ждал именно такого ответа, спокойно кивнул.
— Ну, вот всё верно. Сейчас вот ты такой, какой и всегда. Можешь и голову снести, и кожу содрать, и на кол посадить. Тут ты нормальный. Что вот только там с тобой делается?
Он задумчиво подпёр щеку ладонью, начал водить пальцем по скатерти, расправляя складки. Князь ответил:
— Ничего не делается. Разговариваем…
Волхв вздохнул. Непонятно было. То ли князь воду мутит, стравливая его и гостя, то ли и впрямь ничего не помнит. А узнать нужно было.
— От простых разговоров добра не прибавится.
Круторог нахмурился, и вынул ноги из кадушки. Отрок проворно обернул ступни холстиной, а сверху бросил полог из беличьих шкурок. Хайкин понял, что кажется малость перегнул палку.
— Ступай.
Мальчишка подхватил кадушку и быстренько потащил вон из комнаты. Дождавшись, когда тот уйдёт, князь погрозил волхву пальцем.