— Ну, гляди… Вся слава нам.
— Вам слава — вам и шишки… — Муря притворно закряхтел, показывая немощность.
— Куда мне, старому, за вами? Нет уж. Без меня…
Конечно, колдун в таком деле был бы хорошим помощником, — воевать с магами дело не простое, но поди, сдвинь его… Гаврила дал знак и хазарин притащил ковер поближе. Масленников глянул на Избора. Тот едва заметно пожал плечами. Перегибать палку и стращать колдуна было опасно.
— Ладно, — сказал богатырь. — Довези хоть…
— Денег с ваз взять что ли? — сказал Муря почесываясь. В голосе его было согласие. — А то возишь вас, возишь… Ни прибытку, ни спокойствия.
— Зато интересно, — напомнил Избор. — То мордой в грязь, то спиной, то боком… Чего стоим?
Тот толкнул хазарина в спину, что бы шел побыстрее. Тот ногой развернул загнувший угол.
— Чудно…
В голосе Исина слышалось и удивление и глубоко спрятанный страх.
— Летучий корабль — понятно…
— Что тебе понятно? — насмешливо спроси Муря. Исин на мгновение задумался.
— Ну, там хоть парус есть, чтобы летать.
— А ковер тот же парус, — нашелся Избор. Он подтолкнул его плечом, заставляя ступить на ковер. — Только он плашмя лежит, как ты после доброй выпивки…
— Садитесь, садитесь… — насмешливо сказал Муря. — Довезу в целости…
Исин вдруг посмотрел на Гаврилу и лицо у него сделалось твердым. Он даже сделал шаг назад.
— Нет, — сказал он. — Не полечу!
— Боишься? — сощурился воевода.
— Сейчас и ты бояться начнешь, — пообещал хазарин и поднял палец над головой, привлекая внимание. — Мы взлетим.
Муря кивнул. Хазарский палец описал полукруг и показал на Гаврилу.
— Он вспотеет… Куда с ковра убежишь?
Избор почесал в затылке. Вспотевшего Гаврилу он видел всего дважды, но оба этих раза запомнились на всю жизнь
— Да-а-а-а, — протянул он глядя на Гаврилу. — Задача….
— Может связать его? — посоветовал Сераслан. — У меня веревка есть…
Исин ухмыльнулся так, что Сераслан, не видевший Масленникова потным, понял, что сказал глупость.
Гаврила ничего им не ответил, а первым ступил на ковер.
— Садись, не бойся… Не вспотею.
Исин на ковер не пошел, а остался стоять где стоял.
— Это ты тут говоришь. Обещать-то ты горазд, а там поздно будет.
— Садись! — уже прикрикнул Гаврила. — Я высоты не боюсь. Это страх для меня не страх… Это я в себе выжег.