Не спеша атаман сел на место, вновь пододвинул к себе кувшин с брагой, растягивая время. В голове, словно спугнутые собакой белки, бежали мысли.
— Либо он дурак — подумал атаман — и все это очень просто. Либо это все не очень просто, и он не дурак.
Он посмотрел на него по-новому. Этот человек был опасен. Нож в груди Очепуя убедил его в этом меньше чем его тон. В нем было что-то родственное ему самому, и он понял что именно. Как и сам атаман в этом городе он не был тем, за кого себя выдавал.
Опасность, исходящая от этого человека, заставила его подобраться, как будто он сидел рядом со зверем.
— А хватит ли у него денег? — подумал атаман и вдруг испугался, что нет, не хватит, и тогда вся его мечта с сапогами, и бесконечным столом обратиться в прах..
Словно прочитав его мысли, тот достал увесистый мешочек. Воздух потревожился тонким звоном. Атаман знал, как звенит медь, слышал и серебро, но этот звон был приятнее.
— Это задаток. А о цене, похоже, придется договориться в другой раз…
Он поднялся, что бы уйти, но голос атамана усалил его назад.
— Цена, цена — проворчал атаман — Что делать то нужно? Может, за твою работу я столько запрошу, что у тебя денег не хватит.
— А я не сказал? — удивился гость. Атаман не поверил ему. Волчий огонек, блестевший в его глазах, не позволял надеяться на слабость памяти этого человека.
— Все не просто «просто», а «предельно просто». Нужно найти женщину и трех мужчин.
Атаман почувствовал какую-то недоговоренность.
— Найти и убить?
Гость прищурил глаза, словно прикидывал по силам эта работа атаману или нет. Атаману это не понравилось, но он ничего не сказал.
— Лучше просто найти. Мне нужны все их вещи. Если удастся получить тела живыми — хорошо. Тогда я еще доплачу. Если нет… Что же. Но вещи в первую очередь.
Он снова прищурил глаза думая о чем-то своем и снова атаман не решился прервать его, и добавил
— Когда я говорю, что мне нужны вещи я, разумеется, имею в виду все вещи. До последней булавки и клочка одежды. Особенно драгоценности, что несет на себе женщина. Я выберу 1–2 вещи из того что вы мне принесете, а остальное верну вам.
Атаман согласился. Драгоценности наверняка того стоили.
— Ты хорошо платишь — мы хорошо делаем. Кто они?
Барон почувствовал к разбойнику какое-то теплое чувство, какую-то симпатию. Этому человеку, может быть единственному их всех с которыми ему еще предстояло встретиться он мог рассказать все, что бы тот ни попросил, ибо в планах барона места живому атаману не было, но барон сдержался. Такая откровенность могла бы насторожить разбойника.
— Тебе это не нужно. Поверь, есть на свете тайны, которые лучше не знать.
— Тогда скажи, кто они, как выглядят и куда идут.
— Идут, скорее всего, в Пинск. Их четверо Трое мужчин и женщина. Женщина молодая, красивая, хрупкая. Ростом тебе по грудь. Звать Ирина.
Эти слова почти ничего не сказали атаману. Он пожал плечами.
— Волосы?
— Черные.
— Как одета?
— Как угодно. Скоре всего переодета мужчиной…
Досадуя на непонятливость гостя, атаман переспросил.
— Как была одета до того, как твои волки ее упустили?