– Иди к своему рыцарю и больше не попадайся на моем пути. Еще одна наша встреча будет последней. Для тебя.
Не очень-то ее Ариан испугался. Прежде чем пойти к Крису, он подошел к Изабелле.
– Жаль, что так получилось, – грустно сказал он. – Это я виноват в этом. Не надо было мне стоять так долго на башне. Но ты так красиво летела.
– Ты ни в чем не виноват, Ариан, – ответила белая миранда.
– Просто так распорядилась судьба.
– Хватит болтать! – грубо перебила ее Изаура. – Иди за мной! А этот пусть катится своей дорогой.
– Да ты противней любой летучей мыши, – проворчал про себя Ариан и побежал к пиршественному залу, на пути раздумывая, что он скажет Крису о своем отсутствии.
Глава тринадцатая
ЕЩЕ ДВЕ ЖЕРТВЫ МАРКИЗА
А в это время в пиршественном зале происходили следующие события.
Крис тоже хотел покинуть пир и отправиться в свою комнату или поискать оруженосца, но тут его внимание, также как и внимание всех присутствующих, привлекло поведение графа Барбизона. Этот здоровячек выпил слишком большое количество вина и возомнил себя великим героем, который может сразиться с кем угодно.
– Что мне эти страшилы! – начал он кричать своим собутыльникам. – Да я могу с ними со всеми справиться.
А такие же выпивохи и буяны, как и он сам, его друзья обрадовались и стали его дразнить.
– Это ты все хвастаешь, потому что пьян и ничего не соображаешь. А вот дашь тебе меч, и поставишь против кого-нибудь из рабов маркиза, то ты сразу побежишь!
Так они стали ему кричать наперебой, хитро поглядывая друг на друга и перемигиваясь. А граф Барбизон рассердился, выхватил шпагу и стал ею размахивать перед друзьями.
– Да я вас всех могу вызвать на дуэль! Вы слышите? Всех!
Друзья только смеялись над ним.
– Да ты хотя бы с Дроном схватись! О других уже и говорить не хотим.
– Да что с Дроном, я с самим слепым ящером сражусь!
– Сразись, сразись!
– А вот и сражусь!
И граф побежал к слепому ящеру и стал тыкать его своей шпагой в разные места его шкуры. Слепой ящер удивленно замотал головой. Он никак не мог понять, в чем дело. А вокруг все громко и весело смеялись. И еще больше раздразнили Барбизона. Он стал так ожесточенно тыкать в ящера шпагу, что та в конце концов сломалась. А на шкуре ящера даже не осталось царапины. Все засмеялись еще громче. Это привело Барбизона в ярость. Он подбежал к одному из стражников и стал вырывать у него из рук алебарду. Стражник посмотрел на маркиза. Костиньяк сделал ему знак, чтобы он подчинился.
Схватив оружие, граф снова бросился на слепого ящера. Со всей силы он обрушился на чудовище, и то наконец поняло, что на него напали и заревело от боли и бешенства. Слепой ящер покинул свое место и стал искать обидчика. Он тоже выпил немало вина, поэтому ориентировался с трудом, а его чуткие уши и обоняние были обмануты шумом пирующих и запахом вин. Поэтому он долго не мог понять, с какой стороны на него нападают и смешно вертелся на месте. От этого шум в зале еще больше возрос, а граф совсем расхрабрился и стал колотить ящера часто и ожесточенно. Маркиз Костиньяк смотрел на то, что происходит, и когда ящер заскулил от боли и поджал под себя хвост, он покинул свое место и подбежал к графу Барбизону.
– Остановись, граф! – схватил он его за руку. – с какой стати ты напал на моего раба и бьешь его, да еще боевым оружием? Кто тебе позволил?
Он изо всех сил старался быть любезным.
– Я убью эту трусливую скотину! – взревел от ярости Барбизон. – Я всем докажу, кто я такой!
– Пожалуйста, – ответил маркиз. – Но только, учти, что я никому не позволю убивать моего раба. Ему послезавтра нужно будет принимать участие в турнире. Как же он по твоему будет драться, если ты его изувечишь уже сегодня?
– А, так его нельзя убивать сегодня?
– Нельзя!
– Что же мне делать? Каким же образом я докажу моим друзьям, что я не трус, а великий воин?
– Нет ничего легче! – радостно воскликнул маркиз. – Прими участие в турнире, и в честном поединке убей слепого ящера. Никаким другим способом расправиться с ним я тебе не дам.