Павший комар до земли не долетел — его на лету подхватил Белоян. Комар в его руках дергался, пытался шевелить крыльями. Волхв задумчиво разглядывал того, держа за лапу. Исин снова зачесался, и под пальцами у него расползалось кровавое пятно. Тут Масленникова и осенило.
— Точно! — не сказал даже, а промолвил Гаврила. — Комары!
И, разделяя звуки тишиной, по слогам, добавил.
— Ко-ма-ры….
На него посмотрели с удивлением. Тогда он выхватил из воздуха жужжащего надоеду и показал всем.
— Даём такому вот куснуть Исина и протаскиваем через камень. Много-много раз…
— И они разлетаются в разные стороны! — осадил его Исин.
— Ничего подобного.
Киевлянин повернулся к Белояну.
— Неужели ты с комарами не справишься?
— С комарами-то? С комарами справлюсь… — осторожно ответил волхв, ожидая, что еще скажет Гаврила.
— И потом что? — поторопил его Исин. — Думаешь, сами долетят, раз с крыльями? Да их птицы враз поклюют…
— Какой из комара летун? — согласился Гаврила улыбаясь. — Никакой. Если уж на ковре туда за день не долететь, то и комару своим ходом туда и подавно не добраться…
Вместо объяснения он ткнул пальцем в небо.
Товарищи подняли головы. Там, по нежной голубизне вереницей бежали пушистые облака. Резво бежали, словно гнал их кто-то.
— Белоян. Колдовство. Ветер…. Набираем бочку таких комаров, — продолжил Масленников. — Бочку на ковер ставим. Там же парус устанавливаем… А Белоян ветер делает. Быстрый-быстрый…
— С бочкой крови, и вшестером? — перебил его Белоян. — Ковер с такой тяжестью вообще может и не взлетит…
— Нда-а-а-а… — остыл Гаврила. — Задача….
— Жаль, что быстрее ветра не полетишь, — сказал Избор, оглядывая несущиеся по небу облака. — Вот бы нам хотя бы так! Паутинками осенними…
Белоян посмотрел на него. Воеводе показалось, что в глубине волховского взгляда что-то заблестело. Надежда? Может быть и она…
— Паутинками? — пробормотал Белоян. — Паутинками, говоришь….
Он говорил это, глядя не на Избора, а на Исина.
— Паутинками — это хорошо, — наконец сказал волхв. — Но мы сделаем еще лучше!
…Поднявшееся Солнце осветило полянку, на которой уже стояли люди и вертели головами. То один, то другой вскидывали руки, тыкая пальцами в пустое небо. Впрочем, не такое уж и пустое — высоко над ними летели облака, а чуть ниже — метались комары.
— Вон!
— Нет. Тот побольше!
— А этот вообще…
Только летучих тварей носило где-то в вышине, и не одна не зарилась на раздетого до пояса хазарина.
— Есть, — наконец чуть сипловатым от волнения голосом сказал Исин. Все застыли.
— Вот он, разбухает…