То, что колдун оказался мерзавцем, к сожалению, не сделало его ещё и лгуном. Камень стоял несокрушимо, а по залу метался вихрь из золота, серебра и драгоценных камней — отбрасываемая камнем сила щедрыми пригоршнями разбрасывала по залу содержимое мешков и сундуков и крушила все вокруг себя. Наконец Гаврила устал и остановился. Тишина висела лишь мгновение и тут же сменилась капелью — зазвенели, отлипая от каменных стен золотые кружочки монет, со змеиным шорохом сползали драгоценные цепочки и украшения. Все это освещал единственный оставшийся целым светильник, качающийся на единственной цепочке. Под этот звон и шорох Избор негромко спросил:
— А стену пробить не пробовал?
Высунувшиеся из-за сундуков девушки спрятались снова.
— Пробовал, — хмуро ответил Гаврила после недолгого молчания. Качающаяся полутьма и золотая капель не давали забыть слова колдуна.
— Прыгали, прыгали и допрыгались…
— И что с того? — бодро спросил Исин. — Плащ нашли? Нашли! Пошли отсюда. Я дорогу знаю.
Гаврила посмотрел на довольного хазарина и взгляд его прояснился. Увидев, как киевлянин воспрянул духом, сотник утвердительно кивнул, отвечая на не озвученный вопрос.
— Вот именно. Можно, конечно, ещё тут что-нибудь полезное поискать, но кто знает, как оно будет действовать.
— Полотно! — догадался Избор, наблюдая, как переглядываются повеселевшие товарищи.
— Точно, — подтвердил Исин догадку, искоса поглядывая на Ирину. — Для нас сейчас важно не куда, а откуда…
— А потом как?
— А потом придумаем что-нибудь. Первый раз, что ли?
Ещё не вполне доверяя пришедшему в голову решению, Гаврила поднялся по ступенькам к камню. Колдовство ли это было или просто вмешалась Судьба, но на камне не оказалось, ни единой трещины, ни одной щербинки. Силу свою Гаврила знал и потому недоверчиво покачал головой. Получалось, что и впрямь приложил тут имперский колдун своё умение. Не просто весом камень к земле прижало, а ещё и колдовством притянуло.
— Уйдем, — продолжил за спиной хазарин. — А когда захотим — вернёмся…
Безо всякой надежды на успех Гаврила толкнул камень плечом, уже понимая, что ничего не выйдет.
— А может ведь так оказаться, что оттуда, — сотник мотнул головой. — До Киева нам поближе будет. И все под горку.
— Без ковра? — напомнил Избор.
— Ну, значит без ковра. Обходились же как-то раньше?
— Тем более если под горку, — сказал, наконец, Гаврила, приняв решение.
Исин, чувствуя, что его слова и есть единственный путь отсюда, не спеша подошёл к комом лежащему на крышке сундука куску ткани.
— Может, это тоже чей-то плащ… — пробормотал он, обернулся тканью и… Исчез. Материя всколыхнулась парусом, поймавшим ветер и бессильно опала на камни пола.
Не появлялся хазарин довольно долго. Гаврила успел отойти от камня, девушки выбрались из-за сундуков и принялись перебирать какие-то золотые украшения.
— Да чего он там… — пробормотал Избор и только хотел поднять тряпицу, как та, словно фонтанная струя взмыла вверх и распахнулась, выпуская хазарина. В этот раз вместе с сотником в подземелье ворвался сухой прокаленный воздух, словно только что отошёл он от кузнечного горна, только что раскаленным железом не пахло.
— Это пещера в горах, — сказал сотник. — Небольшая… А внизу, у подножья — песок. Много песка. До окоема.
Вздохнув поглубже, Избор, как только что перед ним сотник, вошёл в волшебный покров. Шелест, порыв горячего ветра и по ногам вдарило, словно спрыгнул с невысокой ступеньки. С мягким шорохом опала за спиной волшебная материя. Несколько мгновений Избор стоял, вглядываясь и вслушиваясь, впитывая в себя новое место. Тихо. Пусто. Жарко.
Меч с тихим укоризненным шипением вернулся в ножны. Ни человеку, ни волшебному полотну тут, похоже, ничего не грозило. Избор поднял покров, встряхнул и аккуратно разложил на камне. Пригодится ещё. Впереди светилось отверстие выхода. Оттуда волнами накатывался жар, заставлявший глаза прищуриваться. Осторожно наступая на камни, воевода пошёл ему навстречу. Нет, не выход. Просто дыра в стене. Голову просунуть, да и только… Однако, видно кое-что… Оранжевое море песка на окоеме переходило в голубоватое, выжженное солнцем небо. Далеко-далеко, насколько хватало взгляда, песчаные валы расходились в разные стороны, словно именно тут и начиналось песчаное море, а горы, в которых пряталась пещера — стали его берегом. Избор посмотрел направо, налево. Точно. Это и было началом песчаного моря, тут даже пахло как на берегу. Точнее воняло… Избор повел носом.
Ветер переменился и теперь тянул из пещеры наружу. Рука сама собой протянулась к рукояти меча. Знакомый запашок-то, ой какой знакомый… Пахло грязью, нечистотами… Неволей пахло…
Повернувшись спиной к дырке в стене, он разглядел в дальнем конце пещеры ход, ведущий куда-то вглубь. Воевода не успел сделать нескольких шагов, как послышался шорох материи и по камням ударили сапоги хазарина.
— Ты тут живой?
— Живой. И не один, вроде. Туда ходил?