Квача кивнул, не понимая куда тот клонит. Купец звякнул мешочком, и восторг только что переполнявший голос, пропал куда-то.
— С другой стороны все видели, что он шёл мирно и никому не хотел зла.
Стражник нахмурился, всё ещё не понимая, куда клонит хитрый купец.
— Отпусти его с миром!
— Должна же быть в мире справедливость! — возмутился Квача. — Он чуть не убил…
Купец не дал ему закончить.
— Он защищался. И каждый из наших подтвердит это.
— Что ты хочешь? — с отвращением спросил Квача, догадываясь уже, о чём пойдёт речь.
— Он нужен мне.
— Зачем?
— Человек, отобравший меч у Могуль бен Зейды заслуживает того, чтоб рассказать о том, как он это сделал.
— Он не боец. Ты же видел.
Купец ухмыльнулся. Нагло.
— Я видел, как твои стражники разлетелись словно груши, когда он голой рукой разбил бочку. Это зрелище возрадовало моё сердце и я при случае готов посмотреть на такое ещё раз.
Десятник пожал плечами.
— Если Могуль бен Зейда и впрямь погиб, то чего тебе бояться?
— Если он погиб, — купец выделил голосом это слово «если». — Даже если он погиб, то сколько разбойников ещё встретятся на пути моего каравана.
Из мешочка он достал пару монет и протянул десятнику.
— А это — вместо пролитого пива…
Квача глотнул, кадык дёрнулся вверх-вниз.
— Ты, безусловно, прав… Мир далёк от совершенства, но и впрямь должна же быть в мире хоть какая-то справедливость.
Глава 19
Гаврила ощутил покачивание, которое походило на полёт, таким, каким он бывает во сне. Он шевельнул рукой и тут же кто-то оказался рядом.
— Живой?
Глаза сами собой открылись. Масленников, не говоря ни слова, поднялся. Слабость всё ещё наполняла тело, но голос уже был при нём. Сперва оглянулся. Телега медленно, с достоинством ехала по улице.
— Где я?
— В славном городе Экзампае.
Это, положим, Гаврила и сам понял. Дома вокруг стояли каменные, пахло не лесной сыростью, а перекалённой солнцем пылью. Узнать бы ещё, что произошло с того момента как он вошёл в ворота и до того как он очутился посреди этой улицы в чужой телеге. Опережая его вопросы, купец вывалил на него всё, что знал.
— Ты, как в город вошёл, со стражниками подрался. Сразу.
— Убил кого? — с замиранием сердца спросил Гаврила, мгновенно представив, во что превратится его жизнь в этом городе, если купец кивнёт, но, слава Богам, обошлось.